Рефлекторный переворот. СКА откатывается назад ради долгосрочных перспектив?

СКА переживает самое масштабное переформатирование за последние годы. После ухода Романа Ротенберга с поста главного тренера и управленца началась тотальная чистка состава и пересмотр идей, эффективность которых так и не была оправдана.

Изменения уже произошли в нескольких направлениях — от тренерского штаба и хоккеистов до логотипа и возвращения в «Ледовый дворец». Вместе с тем перед новым главным тренером СКА Игорем Ларионовым были обозначены приоритеты — пересобрать клуб под свою специфику, не опираясь на прежние ориентиры.

Символическим началом эпохи Ларионова в Северной столице стала недавняя череда расставаний с игроками, представлявшими так называемую «эпоху Ротенберга».

Всего за один день накануне из команды ушли шесть человек, и практически во всех сделках СКА не просто отдавал хоккеистов, но и доплачивал сверху. Причем в некоторых случаях клуб даже не стал официально озвучивать детали, ограничившись стандартным «спасибо за игру» в соцсетях.

Одной из наиболее обсуждаемых стала сделка с «Салаватом Юлаевым», где вместе с Дмитрием Юдиным и Сергеем Андроновым в Уфу ушла немалая сумма. Взамен петербуржцы получили права на юного Алексея Бондарева, который перешел в «Ошаву Дженералз» из лиги Онтарио.

Подобными шагами СКА демонстрирует готовность избавляться от активов любой ценой, даже если это подразумевает потери с точки зрения любой стратегической выгоды.

Тем временем Павел Дедунов, обладатель Кубка Гагарина и крепкий ветеран, был отправлен в «Сочи» с доплатой. В обратную сторону армейский клуб получил лишь права на нападающего из студенческой лиги Петербурга.

Защитник Артем Земченок и Николай Поляков были обменяны в «Ладу» — снова с финансовым довеском от СКА — на Александра Кондратенко — оборонца, последний сезон которого прошел в Турции.

Все это сопровождается параллельными расторжениями контрактов — Сергей Толчинский и Михаил Григоренко пополнили ряды «Металлурга» Мг и «Трактора» соответственно — и намеками о том, что очищение платежной ведомости еще не завершено.

Взамен СКА пока не делает громких подписаний. Исключением стал Тревор Мерфи — лучший атакующий защитник прошлого сезона, договоренность по которому была достигнута еще при Ротенберге.

Остальные новички вызывают гораздо меньше оптимизма. Например, Бреннан Менелл, потерявший место в «Динамо» и не игравший даже в плей-офф, или Маркус Филлипс, успевший засветиться в Венгрии, а затем перебраться в «Торпедо».

Контракт на 30 миллионов получил и сын главного тренера, Игорь Ларионов-младший, что в любом другом клубе вызвало бы массу вопросов, но в СКА стало частью нового мышления. Возвращение 35-летнего Андрея Локтионова тоже вписывается в свежую концепцию.

Особое внимание привлекает вышеупомянутое решение СКА играть в старом «Ледовом», отказавшись от недавно построенной «СКА-Арены», которую в клубе ранее называли «лучшей в мире». Позже выяснилось, что проведение одного матча на новом стадионе обходится в 15 раз дороже, чем в прежнем, и клуб попросту не может себе позволить таких затрат.

«СКА-Арену» занял «Куньлунь», у которого внезапно появились средства и интерес к Санкт-Петербургу. Говорят даже о том, что арена сменит название, окончательно утратив связь с клубом, ради которого строилась.

Еще одним шагом к тотальному ребрендингу стала смена логотипа. Параллельно был переименован и фарм-клуб: «СКА-Нева» отныне носит название «СКА-ВМФ».

В условиях этих перемен возникают закономерные вопросы: что вообще строит руководство и есть ли у этого проекта четкая стратегия? Формально СКА до сих пор остается без спортивного директора и генерального менеджера, что объясняет спонтанность многих решений.

Кажется, главным архитектором всех процессов стал сам Игорь Ларионов, получивший в руки полную свободу, но скорее — инженерную, а не финансовую.

Использует он ее не столько для громких трансферов, ссылаясь на «переоценку многих игроков», сколько для внедрения своей философии, основанной на контроле шайбы, вере в молодежь и высоком уровне трудовой дисциплины.

Подобный подход принес краткосрочный результат в «Торпедо», но в Петербурге ставки гораздо выше, а риски — несравнимо больше.

Одним из таковых в нынешних реалиях можно назвать отсутствие ударного состава. На данный момент ряд экспертов выделяет лишь одну по-настоящему мощную связку — Михаил Воробьев — Марат Хайруллин. Воробьев, некогда сидевший на лавке при Ротенберге, теперь может стать центральной фигурой команды.

Однако молодые вратари, недостаточная глубина в обороне и общий дефицит боеспособных игроков заставляют скептиков рассматривать СКА не с точки зрения борьбы за Кубок, а в контексте шансов на выход в плей-офф. Особенно на фоне укрепившихся конкурентов: ЦСКА, «Локомотива», «Динамо» Москва, «Спартака».

Тем не менее до начала сезона остается больше месяца, а потому складывается впечатление, что тренер еще не сказал последнего слова. Вполне вероятно, новый штаб активно изучает североамериканский рынок, где у него достаточно связей, позволяющих рассчитывать на топ-приобретения.

СКА вступил в фазу перестройки с осознанием, что нельзя вечно жить в логике «денег хватит на всех». Теперь клубу приходится выбирать между громкими именами и целостным проектом.

Возможно, уже в предстоящем сезоне один из флагманов Запада предстанет в роли типичного коллектива Ларионова — с живым, цепким хоккеем и акцентом на технику. Но стоит еще раз прояснить, что бюджет и требования к результату в Петербурге совсем не такие, как, скажем, в Нижнем Новгороде.

Поэтому сегодняшний пересмотр приоритетов либо превратит армейский проект в один из самых дерзких в нынешнем сегменте лиги, либо запомнится как дорогостоящий провал. Все будет зависеть от того, сумеет ли новый СКА преобразовать реформу в результат.