Ровно четверть века назад ушёл из жизни Владимир Новиков — фигура, масштабом мало уступающая Дмитрию Устинову и Михаилу Калашникову. В этот день редакция Udm-info публикует статью, посвященную памяти выдающегося организатора отечественного ВПК, сыгравшего важную роль в истории Удмуртии и России. Тихое прощание с человеком-легендой 21 июля 2000 года в Москве ушел из жизни 92-летний генерал-майор инженерно-артиллерийской службы в отставке, бывший зампредседателя Совмина СССР, Герой Социалистического Труда, кавалер множества других высоких наград Владимир Николаевич Новиков. Печальная церемония на Троекуровском кладбище прошла малозаметно, не отозвалась большими некрологами в прессе, а в Удмуртии об усопшем вообще практически никто не вспомнил. Между тем, этот незаурядный государственный деятель заслуживал и заслуживает гораздо большего уважения. Начало большого пути — в Ижевске Уроженец новгородской земли, он окончил на малой родине техникум, а с 1928 года трудился на ответственных инженерных должностях Ижевского завода, заслужил здесь первый орден. Его рационализаторские предложения были оценены даже в Кремле. В столице Удмуртии Владимир Новиков получил высшее образование, в филиале Ленинградского военно-механического института. В 1939-м, после разделения предприятия на машиностроительное и металлургическое, стал первым директором будущего всемирно известного «Ижмаша» (тогда — завода №74), и занимал эту должность до 1941 года. Вскоре после начала Великой Отечественной войны Новикова назначили заместителем народного комиссара вооружения Дмитрия Фёдоровича Устинова. Один из фактов о первых месяцах работы Владимира Николаевича в новом качестве приводится в книге доктора исторических наук Евгения Шумилова «Трудфронт»: «Конец июля. Член ГКО (Государственного комитета обороны — прим. авт.) Л. П. Берия провёл совещание по проблеме необходимости резкого выпуска стрелкового оружия. От В. Н. Новикова, курирующего уже в должности замнаркома Ижевский завод от Наркомата вооружения СССР, потребовали обеспечить срочно, всего за три месяца, выход на рубеж пяти тысяч трёхлинейных винтовок в день вместо обычных двух тысяч. Зная реальные возможности завода, которым он совсем недавно руководил, Новиков смело возражает всесильному члену ГКО, требуя дистанции на разбег в 7-8 месяцев. На этом совещании пришлось образовать комиссию. За два дня она должна была выработать некий компромисс. Кроме Новикова в неё вошли заместитель председателя Госплана СССР В. В. Кузнецов и П. Н. Кирпичников. Новикову обещали всяческую помощь, но он дал согласие под роспись, то есть под персональную ответственность, лишь на реальный срок в 7,5 месяцев. Ценой огромного напряжения сил всех ижевцев это невероятное задание (5000 винтовок в день) и будет исполнено за согласованный срок», — отмечается в книге Е. Шумилова. Внимательность к людям Несмотря на тяжелейшую нагрузку на основной работе, Владимир Новиков находил тогда время и для решения проблем тружеников предприятий, оставаясь депутатом Горсовета, о чём рассказывал в своей книге издания 1988 года «Накануне и в дни испытаний»: «В первый период войны, как уже упоминал, я в основном находился в Ижевске. Об этом все знали. И многие рабочие, инженеры и служащие обращались ко мне с различными просьбами личного характера. Кому-то позарез нужно было жильё, другой нуждался в улучшенном питании, третий хотел сменить место работы и т. д. Обычно на первых порах я спрашивал: „Были ли у директора?“ Мне, как правило, отвечали: „Были, но вопрос не решается“. Чтобы упорядочить дело, я назначил день, когда принимал людей по личным вопросам. Это был обычно четверг. Приём начинал с четырёх часов. В первое время в моей приёмной собиралось от 100 до 150 человек. Если начать рассказывать о каждом, никакой, конечно, бумаги не хватит», — вспоминал Новиков в мемуарах. Между серьезными делами приходилось решать подчас забавные проблемы. Старожилы завода припоминали, например, такой эпизод. Однажды группа работников пожаловалась Новикову на расплодившихся в цехах крыс. Нашествие серых воришек удалось пресечь благодаря неожиданному решению: были оперативно завезены… служебные коты-крысоловы! И они справились с поставленной задачей: грызуны заводчанам больше не досаждали. Пушки лучше, чем у немцев В дальнейшем, во многом благодаря связке Устинов — Новиков, машиностроительный завод №74 освоил более 10 новых высокотехнологичных образцов оружия. Далось это тоже с колоссальным напряжением: иной раз люди находились на производстве буквально сутками, однако не подвели. Из воспоминаний заслуженного деятеля науки и техники Удмуртской АССР, ветерана «Ижмаша» Бориса Фёдоровича Файзулина, опубликованных в «Удмуртской правде» к 40-летию Победы: «В самом начале войны наш завод начал делать авиационную пушку Б. Г. Шпитального. Пушка „Ш-37“ была сложна в изготовлении, тяжела, не удовлетворяла и её скорострельность. При поддержке Дмитрия Фёдоровича конструкторы А. Э. Нудельман и А. С. Суранов в кратчайшие сроки разработали новый образец, который обладал надёжностью автоматики, удобством в эксплуатации, меньшими массой и габаритами, в полтора раза большей скорострельностью. Это изделие и поручили делать нашему предприятию. В сентябре 1942 года оба конструктора прибыли в Ижевск. В кабинете у главного конструктора завода В. И. Лаврёнова шёл разговор о том, как быстрее организовать подготовку производства. Заместитель главного технолога А. А. Модзелевский и я, в то время ведущий технолог, доложили присутствующему здесь заместителю наркома В. Н. Новикову, как идёт подготовка к перестройке. Не утаили при этом и больших трудностей — крайне сжатые сроки, нехватка людей, производственных площадей и материалов. Дело осложнялось и тем, что нужно было заменить одно изделие другим, не останавливая производства. Владимир Николаевич передал нам срочное задание наркома: не ожидая, пока будет технологическая оснастка, прямо по чертежам разработчиков сделать 40 пушек, испытать их и отправить в действующую армию. К выполнению этого сверхоперативного задания привлекли, можно сказать, весь завод. Крупные детали поручили станкостроителям и инструментальщикам, как наиболее квалифицированной части коллектива. В считанные дни была налажена сборка», — вспоминал ветеран «Ижмаша» Борис Файзулин. Далее предстояло решить новую задачу — поставить новую авиапушку «НС-37» на серийное производство. Работа была сложнейшая: отдельные детали, такие как кожух, требовали до 150 технологических операций. Днём и ночью, не выходя из цехов, трудились машиностроители. Металлурги варили уникальные стали для тонкостенных конструкций. Очередное ответственное задание было с честью выполнено. Снова обратимся к мемуарам Владимира Новикова: «Гитлеровцам так и не удалось почти до конца войны создать ничего подобного нашим крупнокалиберным авиационным пушкам. Они устанавливали на некоторые самолеты наземные орудия 50-мм и даже 75-мм калибра с ручным заряжанием. Выдержать схватку с мощными и скорострельными советскими пушками они, конечно, не могли. Установка наземных орудий на самолёты свидетельствовала об отсталости немецкой технической мысли в области авиационного вооружения. Появление на заключительном этапе войны 30-мм немецких авиационных пушек уже не могло сыграть существенной роли, так как наши воздушные орудия превосходили их по всем показателям», — отмечал Владимир Николаевич Новиков. На мирные рельсы В послевоенное время талантливый инженер и руководитель успешно работал, в частности, председателем Госплана и заместителем председателя Совета Министров СССР Алексея Николаевича Косыгина. Также стоит отметить заслуги Новикова в качестве многолетнего депутата Верховного Совета страны. Он немало сделал для организации в Ижевске массового выпуска мотоциклов, создания механического института, ныне ИжГТУ имени М. Т. Калашникова. «Важно, что заводы вооружения сравнительно быстро перестроили своё производство на выпуск мирной продукции, нужной народу и народному хозяйству. Сохранили коллективы рабочих, инженеров и служащих, так беззаветно трудившихся в период войны. Осталась и верность традициям, сложившимся в эти тяжелейшие годы. Отдавая дань почёта передовым людям, показывающим образцы беззаветного труда в настоящее время, помнят и тех, кто не щадил своих сил для фронта. Трогательно видеть, как на большинстве бывших оборонных заводов хранится в музеях всё, что связано с войной. Новые поколения не забывают своих отцов, матерей, братьев и сестёр, а теперь уже дедушек и бабушек, безропотно переносивших все трудности в работе, лишения в жилье, питании и многое другое ради того, чтобы враг был разбит», — писал в конце жизни Владимир Николаевич Новиков. Где эта улица, где этот дом? С огромным сожалением приходится ещё раз констатировать, что имя Владимира Николаевича Новикова в родниковом крае практически забыто, память о нём не увековечена. Потому было бы справедливым назвать в его честь одну из улиц города трудовой доблести Ижевска или новый жилой комплекс. Аналогичное следует сказать и о других исторических личностях той славной эпохи — например, директоре завода №74 во время Великой Отечественной войны Михаиле Александровиче Иванове, крупнейшем конструкторе-оружейнике Александре Эммануиловиче Нудельмане, первом секретаре Удмуртского обкома ВКП (б) тех лет Анатолии Петровиче Чекинове — всех достойных не перечислить. Подобные решения могут послужить хорошей заменой иностранных названий для тех же жилых комплексов, в свете неоднократных пожеланий высшего руководства России, и просто здравого смысла. Кстати, в Великом Новгороде, в окрестностях которого Владимир Новиков родился, о нем помнят лучше. С 1983 года он был почетным гражданином города, в честь него здесь установлена мемориальная доска. За помощь в подготовке материала редакция благодарит секретаря Ижевской организации Союза журналистов Удмуртии Дениса Модзелевского.
