Коммунальная гидра
Вы будете смеяться, но коммунальные платежи с 1 июля этого года вновь вырастут. И с 1 июля следующего года вырастут. И в июле 2027 года они скакнут вверх. И так же будет в 2028, и в 2029, и 2030 годах. И далее. В Америке, вновь почти любимой, есть поговорка: «Налоги неизбежны, как смерть». Впору переложить её на нашу реальность: «Повышение коммуналки будет идти до смерти». Скорее всего, вашей, а не коммунальной гидры. Она бессмертна, как Кощей.
40% роста. Полёт нормальный?
Итак, с 1 июля этого года коммуналка для граждан большой энергетической державы, владеющей самыми большими запасами питьевой воды, нефти, газа, угля и прочего, вырастет в среднем на 11, 9%. Это коснётся газа, электроэнергии, воды и отопления. Например, тарифы на газ поднимутся на 10, 3%, а на электроэнергию – на 12, 6%.
В 2024 году тарифы также выросли с 1 июля. Средний размер повышения по стране – 9, 8%. Однако в некоторых регионах он оказался кратно выше. В городах Рязанской, Калужской и Тюменской областей сумма платежей увеличилась в 1, 5–2 раза. Кроме того, прогнозируется, что с 1 июля 2026 года тарифы вырастут, по скорректированному прогнозу Минэкономразвития, вместо 5, 4% на 9, 8%, а ещё через год вместо 4, 8% на 7, 9%. В 2028 году ещё на 5, 9%.
Экономисты подсчитали, что за ближайшие четыре года рост тарифов за коммунальные услуги составит безумные 40%! Но это пока предварительный прогноз, который наверняка качнётся в сторону увеличения.
Если вам проценты ничего не говорят, то сайт Банки.ру подсчитал наглядно, в рублях. Если среднестатистическая российская семья в 2023 году в среднем платила по 6545 рублей в месяц (а это 9, 3% от их бюджета), то с 1 июля 2024 года эта же семья платит уже по 7186, 41 рубля (индексация 9, 8%). То есть при индексации в 11, 9% с 1 июля 2025 года среднестатистическая российская семья будет платить уже по 8041, 59 рубля. На 1500 рублей в месяц больше. Или на 18 тыс. в год.
В России, по данным переписи 2021 года, 66, 1 млн домохозяйств. И 70 с небольшим миллионов квартир. Возьмём среднее арифметическое – 68 млн единиц и умножим на 18 тысяч. Мой калькулятор показал 1 224 и девять нулей. Или один триллион двести двадцать четыре миллиарда рублей. Именно столько, а может быть, и больше из-за корректировки дополнительно получат реальные хозяева воды, тепла и электроэнергии.
Интересные цифры получаются и если 8 тыс. ежемесячной средней квартплаты умножить вначале на 12 месяцев (96 тыс. рублей), а затем на 70 млн квартир. 6 720 000 000 000 полновесных российских рублей. Такой щедрый урожай соберёт орда коммунальщиков с покорённой Руси в качестве повального ясака. Плюс бюджетные деньги: 884 млрд рублей в 2024 году, 506 млрд – в 2025-м и 381 млрд – в 2026 году. Бедствуют господа коммунальщики, ничего не скажешь.
А ещё 1200–1300 в месяц за грядущий капремонт дома, до которого я лично вряд ли доживу. Итого квартира обходится нам в среднем в 100 тыс. рублей в год. Аппетит у ребят отменный.
Круговорот инфляции в природе
С высоких трибун дорогим россиянам объясняют: «Во всех ваших бедах виновата непобеждённая пока инфляция!» Растёт она – растут цены на энергосырьё. Дорожает нефть и газ – дорожает выработка тепла и электроэнергии. Следовательно, растут и тарифы для промышленности и населения.
Вроде бы всё логично, но дьявол, как говорится, в деталях. Очень многие экономисты считают, именно повышение тарифов естественных монополий, мотивируемое ростом инфляции, само порождает рост инфляции. Даже монетарист Алексей Кудрин, будучи министром финансов, писал в своей статье «Инфляция: российские и мировые тенденции», что главным фактором, обусловливающим подъём цен в России, является рост тарифов на услуги естественных монополий: «Коэффициент эластичности инфляции по тарифам равняется 0, 37». Другими словами, каждые 10% повышения тарифов дают 3, 7% дополнительной инфляции.
Вторым по значимости фактором, считает Кудрин, оказывается рост зарплат: «Коэффициент эластичности инфляции по заработной плате в среднесрочной перспективе составляет 0, 12, в долгосрочной – 0, 28». И только третье по значимости место занимают монетарные факторы с весьма скромным коэффициентом эластичности: после 2003 года краткосрочное влияние денежной массы на инфляцию оценивается в пределах 0, 06, а долгосрочное, с учётом всех возможных лагов, – 0, 15.
Некоторые эксперты считают, что доля вклада тарифов естественных монополий в совокупной инфляции составляет от 50 до 70% инфляции, то есть это основной фактор роста цен.
Между тем профильные энергетические министры говорят, что влияние повышения тарифов на галопирующую инфляцию сильно преувеличено. Такие разброд и шатания мнений говорят как об уровне профессионализма экспертного сообщества, так и о том, что серьёзных научных исследований на эту щекотливую тему не проводилось. Да и зачем?! Это же такой вечный двигатель: монополисты говорят: «Мы поднимаем тарифы из-за инфляции!», инфляция из-за этого растёт, и они снова поднимают тарифы.
При такой схеме все в профиците, кроме населения страны, которое под страхом смертной судебной казни отъёма квартиры за долги безропотно платит всё больше и больше за коммуналку.
Кстати, буквально на днях стало известно, что владелец «Зенита» и газовой кладовой страны «Газпрома» в 2025-м на 21, 3% поднимет стоимость газа для предприятий электроэнергетики и объектов ЖКХ. Для населения голубое золото подорожало за три года на 37%. Однако «народное достояние», как говорят, собирается строить в Санкт-Петербурге ещё два небоскрёба: «Лахта-2» и «Лахта-3». Ранее сообщалось, что по итогам 2024 года «Газпром» получил 1, 076 трлн рублей чистого убытка по РСБУ. Средняя скорость, грубо говоря, с которой «Газпром» терял деньги, достигла 20, 6 млрд рублей в неделю, 2, 94 млрд рублей в день, или 122 млн рублей в час.
Вторым фактором, который гонит инфляционное цунами, является денежно-кредитная политика Центробанка и финансового блока правительства страны. Первый, напомним, после введения вечером 12 июня прошлого года новых санкций, которые коснулись Мосбиржи, а также Национального клирингового центра (НКЦ), который является контрагентом во всех валютных операциях на бирже, и Национального расчётного депозитария (НРД), стал определять курс рубля по внебиржевым торгам по запутанной схеме. В условиях сокращения валютных предложений из-за санкций рубль порой «взлетал» до 100 с лишним единиц за доллар. И это при 60–80%-ной зависимости нашей экономики от импорта!
Так что, суммируя вышеизложенное, пора прекратить мечтать не то что о снижении коммунальных тарифов естественных монополистов и облегчении кабальной зависимости от них отнюдь не богатеющего российского населения, но даже о простой их заморозке. Так и будем дальше бежать, как белка бежит в колесе: «Тарифы растут из-за инфляции. Инфляция растёт из-за тарифов». На колу мочало, начинай сначала.
Хотя 22 апреля этого года вице-премьер Марат Хуснуллин и открыл глаза на то, как сократить затраты на ЖКХ.
«На 20% можно снизить затраты, не вкладывая денег, чисто за счёт управления, прекращения воровства, повышения качества работы и ещё целого ряда мер», – сказал он на панельной сессии «Стратегии роста: эффективное управление территориями» Форума «Малая Родина – сила России». Но это, конечно, лишь мечты.