Паломничество к стенам тюрьмы: как и зачем сегодня хранить память о новомучениках
– Новомученики – это люди, которые пострадали за Христа и Церковь после времен раннего христианства, если мы говорим о вселенском православии, о христианстве вообще. Употребляя слово «новомученики» в России, мы можем иметь в виду почти исключительно новомучеников и исповедников Церкви Русской ХХ века. Это люди, которые страдали от советской власти в течение того, как эта власть осуществлялась в России и других странах, которые были включены в Советский Союз.
Отношение к христианам в Советском Союзе было чем-то похоже на отношение к христианам в Римской империи. Это были люди, которые не вписывались в доминирующий проект.
Вот строим мы светлое будущее, исходя из марксистского представления о мироздании, и вы, дорогие граждане Советского Союза, которые при этом придерживаются убеждений христианских, вы в это наше светлое будущее не вписываетесь. Как говорил один из видных чекистов 20-х годов XXвека: «У религии есть только один путь, и этот путь – в архив истории».
На разных этапах советской власти по-разному с Церковью боролись. Люди, которые в результате этой борьбы погибли, есть новомученики, а пострадавшие, но не умершие, – исповедники Церкви Русской.
– Что нужно для канонизации такого человека?
– Существуют базовые основания для канонизации – человек имел правильную веру, правильную жизнь. В случае с мучениками – еще и правильную смерть, которая может быть признана смертью за Христа и за Церковь.
В случае с XX веком, признаком мученического героизма может быть такой важный момент: человек никого не предал, не сдал, не назвал на допросе и не признал свою вину.
Получается, человек должен принадлежать Православной Церкви, не иметь серьезных нравственных проступков и – ключевой критерий – должен не стать причиной бед других людей. То есть не признать вину, ни на кого не показать, не свидетельствовать ни против кого из своих близких и дальних.
Когда я кому-то объясняю, кто такие новомученики, я говорю, что это люди, которые стали святыми не благодаря своим выдающимся дарованиям, не благодаря своим аскетическим подвигам (хотя они в такой ситуации тоже были), не благодаря дару молитвы или каким-то другим духовным дарам, который Господь человеку дает в ответ на его праведное житие, а благодаря своей порядочности.
Они остались людьми в ситуации, когда это было довольно сложно – в ситуации тоталитарной диктатуры, когда человек должен был встроиться в систему или исчезнуть.
Они умудрялись не встраиваться и при этом оставаться людьми, христианами и не становиться причиной страданий других.
– Во многих общинах не так уж активно почитаются новомученики, о них мало говорят. Как мы можем эту ситуацию менять?
– Зависит от того, кто мы в этой ситуации. Допустим, мы просто люди, миряне, которым это интересно. Надо узнавать о своих локальных новомучениках, рассказывать о них. Вот ходим мы в какой-то храм или в городе в нашем есть или был храм, в котором служил кто-то из новомучеников. Нужно хранить о них память: ставить им иконы, детей в честь них называть, храмы в честь них строить.
Кажется очень важным просто даже сделать так, чтобы в месте, где я молюсь, мои со-молитвенники, мои со-прихожане видели икону Собора новомучеников и исповедников Церкви Русской. Чтобы они могли осознать, какая это огромная сумма святых, которые очень близки нам по времени, и которым мы в общем-то обязаны тем, что наша церковная жизнь есть.
Русская Церковь не ушла в небытие как раз благодаря таким людям, как новомученики, и эти люди пронесли сквозь свою жизнь что-то важное, что нам нужно у них воспринять.
Важно помнить своих духовных прабабушек и прадедушек – тех людей, которые в ситуации, когда это было большим риском, несли веру сквозь свою жизнь и умудрялись в совершенно не благоприятствующих этому обстоятельствах сохранять свое христианство.
– Вы упомянули, что новомученики – очень близкие к нам по времени святые. Чем это может быть полезно для нас?
– Если мы хотим включиться в Предание Церкви, очень важно его получать из рук предшествующего поколения христиан. Чтобы понимать древних святых, нам нужно узнавать о наиболее близких. Благодаря тому, что эти люди жили в близком нам быту, их жизнь гораздо более понятна. Они говорили на том же языке, что и мы, пользовались теми же понятиями.
Мы мало знаем о семейной жизни и тем более о дружбе древних святых, нам сложно представить, как они общались. А новомученики писали письма членам семьи и друзьям. И у нас есть возможность читать эти письма. Странно не пользоваться шансом чему-то научиться у своих единоплеменников.
В проекте «Слово новомучеников» мы читаем письма святых ХХ века. В них мы видим их личные особенности: как они страдали, чувствовали свое несовершенство, молились, отчаивались, находились силы вновь молиться, бороться. Мы видим живых людей.
В житиях бывает сложно разглядеть индивидуальность человека. Наш проект позволяет услышать слово новомучеников, которое было сказано ими самими, а не авторами житий.
Через тексты мы можем увидеть не только тот результат жизни, который зафиксирован в житие, но и взглянуть на эту жизнь в разрезе. Это нужно для того, чтобы в деталях их бытия увидеть то, в чем можно подражать их вере. В Послании к Евреям сказано: «Поминайте наставников ваших, которые проповедовали вам Слово Божие, и, взирая на кончину их жизни, подражайте вере их» (Евр. 13:7).
Иногда кажется, что мученики – это те, кто учит нас любить только Христа и от всего остального отказываться. На самом деле, это люди, которые учат нас правильно ставить приоритеты в жизни.
– В вашем проекте вы не просто читаете тексты авторства новомучеников, вы делаете это в тех местах, где они были написаны или произнесены. Для чего это нужно?
– Когда мы говорим о святости, мы не можем не вспомнить о почитании святых. Одной из самых массовых форм почитания является паломничество.
По всей России есть места для паломничества, о которых мы не знаем ничего или знаем мало. Поехали мы в Лавру, в Донской монастырь, поклонились мощам святителя Тихона, почитали о том, кто это. Но при этом многое пропустили.
Рядом с любым крупным городом у нас есть расстрельный полигон. На каждом из этих расстрельных полигонов погибло много людей, как правило, несколько тысяч. Среди этих людей были новомученики, и сейчас их тела лежат где-то в земле, среди множества тел других невинно убиенных.
Их останки находятся рядом с теми городами, в которых мы живем или в которые мы ездим, чтобы помолиться тем святым, которые просияли в древности в этих городах. А про новомучеников мы забываем.
– Почему так происходит?
– Обычно главный почитаемый объект у нас – это мощи. Если мощи есть, то и святой есть, а если их нет, то не очень понятно, где ему молиться. Наличие храма или монастыря, где святой просиял, наличие мощей в этом монастыре делают его центром притяжения и паломничества. А расстрельный полигон так не работает.
Это такая травма – в буквальном значении слова, то есть рана. Это место, где нашу землю, наш народ, наше общество поранили. Это боль.
Мы стараемся ее пластырем заклеить, мы не хотим про это вспоминать. А помнить об этом очень важно даже просто с общегуманистической точки зрения – что людей не стоит убивать, людей стоит любить и принимать разными.
Кроме того, это люди, явившие нам пример своего человеческого героизма, своей верности убеждениям, и многие из них – наши братья по вере.
Поэтому очень важно, приехав в Петербург на Смоленское кладбище или в Александро-Невскую Лавру, не забыть про Левашовскую пустошь. Приехав в Донской или Данилов монастырь, не забыть про Бутово и Коммунарку. В Твери не забыть про полигон Медное, в Карелии – про Сандармох.
Этих мест огромное количество по всей России, даже там, где нет древних святых. Во всех этих местах есть новомученики. Посетить непосредственные места их смерти, их мученической кончины – это важный христианский акт, такое неочевидное паломничество.
Конечно, многие из этих мест расстрелов далеко от наших наиболее населенных городов. Наш проект помогает дистанционно к этим местам прикоснуться, почувствовать их, совершить мысленное паломничество. Но если у кого-то после просмотра наших выпусков возникнет желание, прикоснуться к этим местам своими ногами, руками, глазами, то это будет значить, что мы достигли своей цели.
– Но ведь таких мест для неочевидных паломничеств еще больше – это не только расстрельные полигоны, но и тюрьмы, лагеря, где будущие новомученики претерпевали испытания?
– Да. С местами заключений все еще сложнее, потому что, если мы говорим про большие города, то на этих местах в основном остаются СИЗО.
Но можно попробовать совершить паломничество в Бутырскую тюрьму, если вы в Москве. На Шпалерку или в Кресты, если вы и в Питере. Конечно, внутрь вас никто не пустит, но вы можете подойти к стенам, посмотреть на них, подумать. Если это Кресты, можно почитать «Реквием» Ахматовой, представить себя на ее месте. Это тоже важный опыт, хоть текст и не мученический.
В большинстве городских СИЗО были старые действующие тюрьмы. Там страдали люди и страдают сейчас, вечная история. Но если вы перед этим читали жития, воспоминания об эпохе гонений, письма мучеников, то, когда вы окажетесь у этих стен, это вызовет у вас гораздо больше размышлений.
Я помню, как оказался в такой ситуации максимально бытовым образом. Моя дорогая супруга просила меня забрать какой-то товар, который купила на «Авито». Дело было на улице Лесной. Захожу я во двор дома, смотрю – красная стена. Понимаю, что это Бутырская тюрьма. И тут на меня нахлынуло… я вспомнил, как читал воспоминания Сергея Фуделя, такого замечательного, хотя и не прославленного, но выдающегося духовного писателя.
Он занимал активную церковную позицию, которая властям очень не нравилась. В какой-то момент его арестовали и поместили в Бутырку, где он сидел в одной камере с отцом Валентином Свенцицким, известным автором «Диалогов» и «Монастыря в миру». И вот Сергей Иосифович вспоминает, как отец Валентин в простенке между окнами в камере Литургию служил.
Это какие-то совершенно первохристианские истории, которые при этом происходили всего лишь сто лет назад. Фудель выжил, отец Валентин скончался в ссылке в Сибири. И это лишь одна история, через Бутырскую тюрьму прошло множество мучеников. Спустя какое-то время после этого случая я снова оказался в том же дворе – уже на съемках выпусков.
Оказываясь в подобных местах, ты прикасаешься к мученичеству, к людям, которые в этих камерах, стенах, которые ты видишь сейчас перед собой, страдали, жили, молились.
– Сейчас у вас идет производство выпусков, где письма новомучеников будут прочитаны на берегах Беломорканала. Расскажите об этом проекте.
– В прошлом году мы выиграли президентский грант, который позволил нам делать съемки в Москве и ее окрестностях, когда мы снимали выпуски, посвященные первому послереволюционному десятилетию. Сейчас мы работаем над вторым сезоном. Почти все наши действующие лица перемещаются в тюрьмы, лагеря, ссылки.
Пока ты находишься в Москве и других крупных городах, это осознать достаточно сложно. Ты просто понимаешь, что их высылали куда-то далеко. Для того, чтобы дать людям прикоснуться к этому опыту, осознать его, мы едем в экспедиции. Два раза мы уже собирали деньги на Планете.ру и сняли благодаря поддержке добрых людей выпуски в Петербурге, республике Коми, в Удмуртии.
Был такой важный этап, не побоюсь этих слов, в жизни Русской Церкви – строительство Беломорканала. Событие совершенно экономическое, но каково количество задействованных в нем людей и страданий, которые они при этом претерпели… выкопали Беломорканал, построили вокруг него заводы. А кто за этой стройкой стоит? Те самые мученики. Не только они, конечно, кроме них была куча народа, в общем-то ничего плохого не сделавшего. Этих людей отправили туда, где они никогда не хотели бы быть.
Цикл выпусков «Письма с Беломорканала» – это наше совместное делание со студентами ПСТГУ и СПбДА. И мы надеемся, что нам удастся это дело завершить. Но сделать все, что задумали, мы можем только в том случае, если соберем достаточное количество денег на Планете.ру. Пока у нас не очень хорошо получается, но мы не теряем надежду, что количество людей, которым небезразлична тема новомучеников, немало.
Здесь есть еще одна большая задача, которую я вижу. Каждая такая экспедиция вызывает определенные изменения внутри участников съемок. Хочется, чтобы студенты, в том числе будущие священники, произнося слова новомучеников, перешли от восприятия их как благочестивого рассказа к тому, что имеет непосредственное отношение к их собственной жизни.
Сейчас, наблюдая за съемками, я понимаю, что ровно так это и происходит. Человек читает в первый раз в том же режиме, как он читает житие. Благочестивое, душеполезное чтение. Читает во второй раз и уже начинает проникаться. В третий раз читает уже сквозь слезы.
Ради этого уже стоит тратить время, деньги, силы. Ради того, чтобы это переживание произошло с человеком. И мы очень надеемся, что люди, которые посмотрят выпуски, тоже смогут хотя бы немного его почувствовать.
Осталось совсем немного времени, чтобы поддержать проект, и мы будем очень благодарны тем, с чьей помощью он увидит свет. Поддержать нас можно на портале Планета.ру.
Запись Паломничество к стенам тюрьмы: как и зачем сегодня хранить память о новомучениках впервые появилась Милосердие.ru.