Директор СЗИУ РАНХиГС Шамахов: Высшее образование лишним не бывает, а вузы — бывают

Чем сейчас живут российские вузы и как научиться адекватно реагировать на современные вызовы, в интервью ФАН рассказал директор Северо-Западного института управления РАНХиГС Владимир Шамахов.

Директору Северо-Западного института управления РАНХиГС Владимиру Шамахову в январе предстоит покинуть свой пост. На протяжении десяти лет он возглавлял один из ведущих вузов Петербурга. В преддверии своего 70-летия руководитель Президентской академии в интервью ФАН рассказал, чем сейчас живут российские вузы и как научиться адекватно реагировать на современные вызовы.

— Что самое сложное в руководстве высшим учебным заведением в России?

— Самое сложное — одновременно выполнить все предписания и ограничения и при этом умудриться найти время и возможности для развития. Сейчас очень жестко предписывается различными циркулярами выполнение условий. Вплоть до того, что деятельность преподавателя сведена к деятельности учителя, когда маневра для творчества не остается. На мой взгляд, это не очень хорошо. Такую модель сплошной отчетности исповедовали в здравоохранении, и если бы не пандемия, то мы бы угробили здравоохранение окончательно. В наши дни эта тенденция пришла в школы. Теперь уже добрались до вузов, и [это] идет даже в науку. Сплошные бумаги, отчеты, а на подумать — не говорю о том, чтобы творить, — времени уже не остается. Надо развиваться, поскольку сейчас острая конкуренция между вузами всего мира. Ведь дистанционное образование дало возможность заходить в любые вузы. А нас все это сковывает.

— Что Вы можете ответить тем, кто говорит, что качество высшего российского образования — довольно низкое?

— Не соглашусь с этим. Но низкое качество встречается. У нас слишком много высших учебных заведений. До недавнего времени практически любой вуз вводил образовательные программы и готовил специалистов любого профиля. Немыслимая история, когда в университете культуры готовили юристов, а в медицинских вузах — специалистов PR и так далее. Качество было размыто. Это все равно, что вы приходите в ресторан и видите там в меню блюда из 20 кухонь мира. Где набрать столько поваров, чтобы каждое блюдо было качественным?! Так же и здесь.

Сейчас эта проблема все-таки решается. Но все равно — высших учебных заведений слишком много. Вот высшего образования много быть не может, оно не бывает лишним, а вузы — бывают. Количество университетов нужно уменьшить, а в остальных выделить более точную специализацию. Должны остаться классические вузы с базовыми дисциплинами общеконцептуального свойства. А в остальных — надо делать специализацию по конкретным отраслям и ведомствам. Тогда не будет лишних участников в этой сфере, и мы увидим более реальную конкуренцию.

Кстати, западные рейтинги не говорят о качестве образования в российских высших учебных заведения. Сейчас в Петербурге работают около 44 вузов, и две трети из них, по моему мнению, дают образование, сопоставимое с международным.

— Как Вы относитесь к тому, что депутаты и очень обеспеченные люди отправляют своих детей учиться за границу?

— Сейчас эта тенденция пошла на спад. Когда высокие должностные люди советуются со мной, куда лучше отправить учиться ребенка, мой ответ такой. Если вы хотите, чтобы ваш ребенок остался там потом жить и работать, тогда отправляйте за рубеж. Если хотите, чтобы он жил в России — этого делать не стоит. Возвращаясь после заграничной учебы, выпускники не готовы к работе в России — подготовка другая. Поэтому ответ каждый выбирает сам.

— Каким должен быть идеальный студент: творчество, свобода или упорный труд, усидчивость?

— Я выступаю за творчество, за свободу, за критическое отношение, за поиски себя и максимально широкое участие в любой деятельности. Молодой человек должен себя проверить, найти. Для этого и дана молодость. В юные годы надо пробовать и ошибаться. Пока ты молод, ошибиться не страшно — все впереди и можно исправить. А вот потом человека захватывает боязнь, особенно если не было испытаний ранее. Ты будешь сидеть и бояться что-либо предпринять или изменить, потому что не привык находиться в зоне риска, а без риска нет развития.

Советская система была заточена на другое: все было системно и спланировано. Но при этом существовала активнейшая общественная жизнь, где каждый мог себя проявить: пионерские, комсомольские организации, профсоюзы. Например, я хорошо учился, собирался поступать в аспирантуру, а потом меня выбрали секретарем комсомольской организации, райкома, и понеслось. В итоге стал управленцем, меня так подготовили — я ничего не боялся и готов был браться за новые участки.

— Как обстоит дело с обновлением кадров в вузах?

— Действительно были проблемы. Года три назад тенденция начала улучшаться. Молодежь проявляет интерес к науке, к образовательной деятельности, зарплаты подтянулись. В этом смысле мы ото дна оттолкнулись. Поэтому сейчас надо бережно холить и лелеять первые росточки. Если раньше все наши студенты хотели пойти в чиновники, то сейчас от силы один из пяти студентов видит себя в чиновничьем кресле. Остальные хотят работать в науке, образовании, бизнесе, предпринимательской деятельности, и это хорошо.

— У Вас скоро юбилей, есть какой-то рецепт — как сохранить гибкость ума, способность к развитию и адекватный взгляд на современные вызовы?

— Я всегда любил рискованные зоны: экзамены, конкурсы и прочее. Многие в трудных ситуациях теряются — меня это наоборот мобилизует. Когда все тихо и спокойно, я не вылезаю. Как только сложности — выдвигаюсь на лидирующие позиции. С чем это связано — трудно сказать. Думаю, большую роль сыграл спорт. Особенно в командных видах спорта прослеживается определенная жизненная модель, там все есть: конкуренция, взаимодействие, помощь. Сейчас уже очевидно, что если футбольный клуб купит одну мировую звезду, то он не выиграет чемпионат. Поскольку важно правильное взаимодействие всей команды. Надо уметь оптимизировать все эти процессы и не бояться. Моя жизненная позиция — от рисков не спрячешься. Чем больше будешь пытаться спрятаться — тем дальше будешь уползать от главной дороги. А во-вторых — тебя все равно когда-то это накроет, а ты не готов. Рисками надо управлять. А главный принцип по жизни — пусть не первый, но лучший.

Ранее Владимир Шамахов раскритиковал закон о предельном возрасте для руководителей вузов и научных организаций. Согласно закону, после 70 лет ректоры вузов должны покинуть занимаемый пост с возможностью перевода на иные должности, соответствующие их квалификации. Директор СЗИУ РАНХиГС считает такое условие несправедливым, поскольку те же директора музеев могут занимать должность хоть до 100 лет, закон их в этом не ограничивает.