История России: почему её немцы писали
Среди поклонников «фолк-истори» распространена теория, что немецкие академики в XVIII веке по заказу Романовых сфальсифицировали историю России. В частности, приписав Рюрику скандинавское происхождение. Правда, они так и не ответили на вопрос – а зачем это было нужно, если иноземная династия в европейских странах совсем не является чем-то необычным, да и зачем Романовым придумывать что-то про предыдущую династию, чья история никак не подрывает легитимность Дома Романовых?[С-BLOCK]
В чём корень проблемы
К слову, в последнем российском императоре, Николае II, было всего 1/124 русской крови, что не мешало ему быть русским самодержцем и стать православным страстотерпцем.
Впрочем, вернёмся к временам создания Петербургской академии наук Петром I в 1724 году. Тогда просто неоткуда было взять национальные научные кадры в нужном количестве, и император призвал иностранцев. Впрочем, для Петра I это был привычный образ действий. Например, русскую армию нового образца во многом создавали иностранные офицеры, наиболее известны из которых шотландец Патрик Гордон и швейцарец Франц Лефорт. К слову, российскую физику развивал немец Георг Вильгельм Рихман, друг Ломоносова, но никто что-то не кричит о фальсификации физики при Романовых. Впрочем, историю России немцы начали писать уже после смерти Петра I.
Первым, кто начал исследовать русские летописи в подлиннике, стал Август Людвиг Шлёцер. Александр Пушкин писал о нём в превосходных тонах, в частности: «Мы и потомство наше будем за Вас Бога молить, как за Шлёцера и Ломоносова», обращаясь к помогавшему ему историку Михаилу Погодину. Шлёцер в числе первых безоговорочно признал подлинность «Слова о полку Игореве». В Россию Август Людвиг прибыл в 1761 году, по приглашению. Ему было 26 лет, он закончил два университета: Виттенбергский и Геттингенский, защитил диссертацию на тему: «О жизни Бога». Русский язык Шлёцер выучил за 2 месяца и спустя это время уже участвовал в создании «Русского исторического сборника». В 1762 году становится адъюнктом при Академии наук, изучает древнерусские летописи, предварительно «подтянув матчасть» в древнерусском и старославянском.
Старший современник, Готлиб Зигфрид Байер, выпускник Кенигсбергского университета, имеет защищённую диссертацию на стыке лингвистики и богословия, а также магистерскую степень. С 1725 года руководит кафедрой древностей и восточных языков в Петербургской академии наук. Пишет работы по-латыни - по ориенталистике, филологии, исторической географии, они выходят в специальных изданиях Академии наук. Изучает, в том числе, Скифию, Кавказ. Байер получает годовой оклад в 600 рублей, с казенною квартирою, отоплением и освещением. Долгий период – он единственный в российской Академии наук представитель историко-филологической науки, что привело его к занятиям русской историей. По этой теме он выпустил множество статей и книг.
И это – два самых выдающихся представителей немецкой науки на российской службе, были и другие, менее именитые.
Норманнский вопрос
Байер и Шлёцер, опираясь на данные «Повести временных лет» и иных древнерусских источников, выдвигают версию о скандинавском происхождении Рюрика, к тому времени многие века считавшегося основателем первой русской правящей династии. Кстати, Рюриковичи не могли похвастаться чистотой крови – тут были половецкие, английские, скандинавские, литовские предки.
Екатерина I, сама немка по происхождению, не поддержала учёных по политическим соображениям, связанным не столько с внутренней, сколько с внешней обстановкой. В частности, именно так трактует ситуацию историк Клим Жуков, научный секретарь семинара военной археологии при Институте истории материальной культуры РАН.
Михаил Ломоносов тоже выступает против норманнского происхождения Рюрика, но выводит его генеалогию не к русским, а к прусским корням. Впрочем, вопрос о происхождении Рюрика был далеко не самым актуальным и острым. Важнее было провести непрерывную историческую линию от древней Руси к современной на то время России, что имело и политическое измерение. А вот это как раз было сделано немецкими историками Петербургской академии наук. Правда, мы ныне помним, скорее, Ключевского или Татищева в качестве создателей фундаментальной истории российского государства и русского народа. А был ещё Иловайский. Пару лет назад на этом поприще отметился писатель Борис Акунин (Чхартишвили).