На Лазурном Берегу уже не отсидеться
Наша коррупция при всем разнообразии схем имеет типическую черту. Как только над мздоимцем сгущаются тучи, он улетает за кордон и там живет в свое удовольствие на нажитое непосильным трудом. Местные власти чаще всего закрывают глаза на источник происхождения миллионов. Но бывают исключения.
Начало 2019 года подарило надежду, что даже давно убежавшие казнокрады могут оказаться в нашей тюрьме. На днях рейсом «Аэрофлота» из Франции в сопровождении следователей прибыл бывший первый вице-премьер Московской области Алексей Кузнецов. Франция выслала его на родину по итогам пятилетней баталии нашей прокуратуры в международных инстанциях.
Следственный комитет уже предъявил фигуранту обвинение в организации и совершении таких преступлений, как «мошенничество», «растрата в особо крупном размере», а также «легализация похищенного». Общий ущерб от махинаций экс-чиновника оценен в 14 млрд рублей. Сам репатриант свою виновность категорически отрицает. Но раз уж были собраны доказательства, достаточно веские, чтобы убедить французскую юстицию выдать беглого Кузнецова, то наш суд точно отнесется к ним с должным вниманием.
Тем более что состав преступления налицо. Учрежденные чиновником и подельниками в Подмосковье конторы через кипрские офшоры переправляли деньги на зарубежные счета и вкладывались в недвижимость и антиквариат. Убедить в том, что такое имущество честно заработано и спрятано в Европе от «гонений режима», было трудно даже либеральное французское правосудие.
В Россию должна вернуться приличная сумма в евро, которую французская полиция заморозила на счетах еще в 2013 году. Потом по запросу Генпрокуратуры суд арестовал находившиеся в собственности обвиняемого и его супруги, гражданки США Жанны Булах, одну квартиру с антикварной мебелью и живописью в Париже, две квартиры в Швейцарии, виллу в Сен-Тропе и две пятизвездочные гостиницы в Куршевеле — «Кристалл» и «Пралонг». Приблизительная стоимость объектов — более 120 млн евро. Собственно, парочка еще в 90-е годы, трудясь в обанкротившемся впоследствии Инкомбанке, отмывала за рубежом суммы покрупнее, но впервые поданный Россией ордер Интерпола дошел до адресата.
Еще на 100 млн евро потянут конфискованные в ангаре в Санкт-Петербурге 82 предмета антикварной мебели, 113 картин известных художников, две старинные иконы и 13 ящиков с редкими изданиями книг. Все артефакты принадлежали Кузнецову, госпожа Булах хотела переправить их контейнерами в Финляндию, но не успела.
Парадокс в том, что, хотя обвиняемый уже сидит в СИЗО, следствию нужно поспешать. По закону после экстрадиции Кузнецов может находиться под стражей не более полугода, за которые нужно завершить следствие, а само уголовное дело — передать в суд. Вдобавок преступления были совершены в 2005-2008 годах, формально по многим эпизодам истек десятилетний срок давности. Следственный комитет настаивает, что его истечение приостанавливалось в связи с розыском фигуранта. Но решать будет суд.
В любом случае будет принято во внимание, что, дожидаясь экстрадиции, Алексей Кузнецов почти четыре года находился в тюрьме города Лиона, а потом еще полтора ждал своей апелляции в Госсовет Франции — с электронным браслетом в парижской квартире. Если это время зачтут, то даже при максимальном сроке главному расхитителю подмосковного бюджета предстоит провести в местах заключения несколько годков.
Тем не менее, Генеральная прокуратура РФ может гордиться, что дело об экстрадиции доведено до логического конца. Генерал СК Александр Филин, который руководил расследованием и посадил соучастников, уже вышел в отставку. Но он своего добился, и Кузнецова будут судить. Немаловажную роль сыграл и помощник генпрокурора Денис Грунис, который блистал знанием французского на заседаниях лионского суда, где давал разъяснения для коллег.
К месту вспомнить, что попытки добиться выдачи банкира Мухтара Аблязова, обвиненного в хищениях в России, Казахстане и на Украине, а также нашего банкира и бывшего сенатора Сергея Пугачева пока к успеху не привели. Теперь для наших коррупционеров, облюбовавших французскую Ривьеру, создан пугающий прецедент.
Всего по каналам Интерпола сегодня разыскиваются более 3 тысяч россиян, обвиняемых или заочно осужденных на родине. В год удается добиться выдачи нескольких десятков преступников, в основном мелких преступников с уголовным следом. Но теперь все знают, что в сети можно поймать и крупную рыбу. Если будут представленные железобетонные аргументы.