«Фрак с балалайкой». Как купец Андреев ввел моду на народные инструменты

«Концерт балалаечников сопровождался таким огромным успехом, какой выпадает на долю разве только великих европейских виртуозов. Билеты были заранее все распроданы, и целые толпы разочарованных уходили из кассы ни с чем», - писал 130 лет назад «Петербургский листок».

«Зал дрожал от аплодисментов»

Выступление «Кружка любителей игры на балалайках», состоявшееся в зале Кредитного общества, оказалось ярким событием культурной жизни столицы. Тот вечер стал временем триумфа Василия Андреева, руководителя коллектива, сына уважаемого купца I гильдии, который заново открыл для современной публики забытый народный музыкальный инструмент.

В тот вечер зрители услышали исполнение песен «Барыня», «Выйду ль я на реченьку», «По улице мостовой», «Камаринская» с басовым аккомпанементом a la Глинка. Газеты писали, что восторгам в зале не было конца, когда Андреев сыграл на бис все лучшие места из «Жизни за Царя» на миниатюрной гармонике.

«Зал буквально дрожал от аплодисментов, - рапортовала пресса, отмечая, что темпы, которые брал господин Андреев, «отличались такой огненной живостью и быстротой, что наиболее пылкие слушатели невольно притопывали ногами, готовые пуститься в пляс».

«Итак, вопрос о законности и пригодности балалайки как старинного российского инструмента практически разрешен утвердительно. Из сферы загнанности и забвения усовершенствованная балалайка вышла на музыкальную дорогу, на которой ей, если и не суждено сделать более того, что ей принадлежит, как инструменту, во всяком случае, бедному и мало музыкальному, то все же она может получить не только в народе, но и в образованном обществе, такое же право гражданства, какими пользуются гитара и мандолина в Европе. Г-ну Андрееву принадлежит первая честь в деле возрождения русской балалайки ... », - резюмировал журналист «Петербургского листка».

Доступная музыка для народа

Душа коллектива, Василий Андреев, с детства рос в музыкальной среде. Его мать Софья Михайловна происходила из старинного дворянского рода, обладала прекрасными манерами и великолепно играла на рояле. Возможно, от нее сын и унаследовал любовь к музыке.

Однажды, услышав, как играет на трехструнной балалайке соседский дед Антип, он сам захотел освоить это инструмент. Ему было около 20 лет, когда он занялся его усовершенствованием. Для начала он изменил материал, из которого делался кузов (вместо березы стал использовать гулкий горный клен), заменил кишечные перевязки на грифе на пять постоянных металлических ладов, и балалайка ожила, зазвучала совсем иначе.

В этом деле ему помогал столяр-краснодеревщик Семен Налимов, служивший в его имении. Талант Налимова был такой, что позже он получил прозвище «балалаечный Страдивариус». Позже они открыли мастерскую в Марьино, где и появились новые балалайки, домры и гусли, по образцу которых изготавливают инструменты и по сей день.

«Народу надо дать доступную музыку, музыку национальную, и балалайка, домра, гусли являются именно такими историческими национальными инструментами», - считал Андреев.

Его мечте - «соединить фрак с балалайкой» — то есть сделать балалайку любимицей светской публики – суждено было сбыться. Своим увлечением он смог заразить других музыкантов, вдохнуть в них веру, что возрождение национальных инструментов необходимо обществу. В Петербурге в Соляном городке он открыл учебные классы, где и обосновался его Кружок любителей игры на балалайках.

Один из его современников, писатель Леонид Ленч вспоминал: «Андреев был влюблен в Россию, в русский народ, в русское искусство. Но Андреев не был квасным патриотом и надутым поклонником стиля «рюс». Его «русский дух» был органичным и естественным выражением его влюбленности в Россию».

Триумф балалайки

После первого концерта в зале Кредитного общества кружок отправился в гастрольное турне, в ходе которого посетил Москву, Курс, Орел, Тулу и Тверь. В будущем коллектив ждали выступления и за рубежом: Андрееву удалось чопорное европейское общество заставить полюбить эмоциональность и простоту русской балалайки. Газеты публиковали восторженные рецензии на их концерты в Париже и других городах Франции.

Выдающийся французский композитор Массне писал об этих концертах: «Я слушал с громадным интересом Кружок русских балалаечников. Я в восторге от их талантов и звуков, которые они извлекают из своих столь живописных инструментов».

Эти поездки за границу превратились в настоящее триумфальное шествие: число поклонников Андреева стремительно росло, оркестры народных инструментов стали возникать повсюду.

Почти десять лет понадобилось кружку, чтобы превратиться в великорусский оркестр. В 1897 году премьера обновленного коллектива, состоявшего уже из 14 человек, состоялась в зале Дворянского собрания. К слову, Андреев пользовался высочайшим вниманием Царской Семьи. Во время одного из выступлений император Николай II подарил ему золотой портсигар, усыпанный бриллиантами. Еще более щедрым подарком стало присвоение Великорусскому оркестру в 1914-м звания «Императорский Великорусский оркестр», а Андрееву - звания «Солист Его Императорского Величества».