Право на выбор
Принято считать, что возможность выбирать является естественным правом каждого человека. Было ли так всегда?
Осталось совсем немного времени в преддверии значимого для всей страны мероприятия — выборов Президента Российской Федерации. Реализовать свое право призывают с экранов телевизоров, уличных афиш и транспарантов. Кажется, что суета, связанная с голосованием, поглотила буквально все ведомства: от государственных структур требуется обеспечить и соблюсти, от общественных — наблюдать и контролировать. Все при деле, все в заботах. И только граждане с некоторой ленцой поглядывают на суматоху. Пару дней назад я разговорилась с нашим подъездным активистом, который работает учителем в средней школе. Конечно, обсудили последние «новости от кандидатов» и сами выборы. Я спросила, пойдет ли он голосовать, и получила ответ: «Да, пойду. В школе привлекли к обеспечению процесса, поэтому вместо поездки на дачу в воскресенье буду выбирать Президента». На следующий день провела среди коллег по работе маленькое исследование на тему «Собираются ли граждане Российской Федерации реализовывать свое активное избирательное право?», то есть поискала энтузиастов и пессимистов. Оказалось, что энтузиастов все же больше, но не сказать, что коллектив продемонстрировал единодушие в данном вопросе. После небольших самостийно возникших дебатов о значимости выборов осталась навязчивая мысль: давно ли мы стали воспринимать свои гражданские избирательные права как данность, как рутину? Ведь еще несколько поколений назад наши предки боролись за возможность свободного волеизъявления. А в некоторых странах эта борьба до сих пор не закончена.
Думаю, накануне Большого Дня нелишне вспомнить некоторые факты из истории избирательного права.
Формирование выборных институтов власти, да и вообще многие избирательные принципы, связывают с периодом Античности — начиная с VIII века до нашей эры. Считается, что в греческих городах-государствах (полисах) сложилась традиция собираться всем миром на рыночной площади, обсуждать насущные вопросы и выбирать из граждан представителей-управляющих на разные должности. Конечно, имелось множество ограничений — цензов: высказывать свое мнение, выбирать или быть избранным мог только свободнорожденный мужчина, достигший совершеннолетия, обладавший земельной собственностью, а также способный нести военную службу. Рабы, женщины и иностранцы права голоса не имели и гражданами не являлись. Теоретически каждый свободный мужчина за свою жизнь мог занять какую-нибудь политическую должность. Поэтому проявлять гражданскую активность было нормой — сообщество свободнорожденных даже в моменты расцвета древнегреческой демократии (V–IV век до н.э.) было относительно небольшим и не превышало несколько десятков тысяч человек.
Античные идеи и принципы народовластия (демократии) оказали большое влияние на государственные системы последующих эпох.
Справедливости ради стоит отметить, что колыбель западноевропейской цивилизации — Древняя Греция — подарила миру много неоднозначных явлений: политический лоббизм (когда законы разрабатывались и принимались в угоду определенной группе людей), коррупцию и манипулирование общественным мнением (один из светочей афинской демократии образцовый политик Перикл был обвинен недругами в растратах и смещен с должности). Кстати, при Перикле возникает термин «диета» — изначально он тоже имел некоторый политический оттенок. Тем, кто тратил время на общественные дела, например в качестве присяжного заседателя в суде, выплачивалась денежное вознаграждение — один обол. Эту сумму, достаточную для пропитания одной семьи, стали называть «диета», что с греческого можно перевести как «образ, уклад жизни».
А вот избирательные кампании с регистрацией участников, дебатами и тайным голосованием появились позже в Древнем Риме, в период V–I вв. до н. э. Именно любовь римлян к ярким политическим шоу сформировала механизм управляемой политической борьбы между отдельными гражданами и партиями.
В нашей стране историю выборов связывают с народными собраниями — вече — в Новгородской феодальной республике в XII–XV вв. Хотя вече как политический орган, решавший самые важные вопросы как политический институт местного и государственного значения, имело широкое распространение на Руси. Так что отечественная демократия также имеет глубокие исторические корни и традиции.
Вплоть до Великой французской революции (1789–1784 гг.) в Европе в той или иной форме действует сословно-представительная система выборов. То есть лишь некоторые сословия делегировали своих представителей, в основном в органы местного самоуправления. Кстати, зачастую сословный барьер ужесточался имущественным цензом: нет денег — нет власти.
Революционная Франция серьезно меняет избирательное законодательство. Конституция 3 сентября 1791 года впервые в истории предоставила значительной части населения страны реальную возможность непосредственно участвовать в выборах различных органов власти — от местных до государственных. Кстати, именно тогда был введен и широко использовался в юридических документах термин «активный гражданин». Чтобы обладать всей полнотой избирательных прав, необходимо было отвечать основным требованиям: необходимо было наличие французского гражданства, соблюдение возрастного ценза (25 лет) и имущественного ценза (уплата обычных налогов), ценза проживания (не менее одного года).
Женщины по традиции выборных прав не имели. На этот факт обратила внимание известная писательница и идеолог революционного движения Олимпия де Гуж. В своей «Декларации прав женщины и гражданки» она призвала распространить гражданские права и на женщин. Соратники по партии ее недопоняли, заклеймили как сочувствующую монархии и казнили.
Вплоть до середины XIX века женщины радикальных попыток заявить гражданские права не делали. Но время пришло и дам было не остановить. Все началось… с обществ трезвости. Женщины стали объединяться в попытках противостоять пьянству супругов. Эти сообщества, окрепнув, потребовали от государства обратить внимание на, говоря современными терминами, социальные вопросы. По логике активисток, если мужчины не в состоянии разработать необходимые законы, то женщины вполне могут сами этим заняться. Предводительница одного из таких общественных объединений в Новой Зеландии убедила своих соратниц развернуть масштабную кампанию за предоставление им избирательного права и вскоре стала лидером женского движения в стране. Решительные действия дам привели к тому, что в 1893 году в британской колонии они первыми получили право избирать (но не избираться). А вот в самой Британии женщины в начале ХХ века громили магазины, метали камни в окна министерств, доказывая свою, так сказать, гражданскую полноценность.
Кстати, в этот период в России дела обстояли гораздо спокойнее. Наших женщин значительно больше интересовала возможность свободного доступа в учебные заведения и равные с мужчинами экономические преференции в бизнесе. Однако без давления на политиков все же не обошлось. В 1917 году Временное правительство и Советы рабочих и солдатских депутатов сочли, что избирательное право для представительниц прекрасного пола несвоевременно и неактуально. Как следствие — 40-тысячная демонстрация дам в Петрограде под лозунгами «Свободная женщина в свободной России!», «Без участия женщин избирательное право не всеобщее!» переубедили революционных мужчин. В 1917 году ряд постановлений, а затем и Конституция 1918 года навсегда закрепили возможность полноправного участия в выборном процессе всех граждан нашей страны независимо от расовой и национальной принадлежности, вероисповедания, имущественного благосостояния, пола.
В нашей стране пройден долгий путь к свободной возможности выбирать. Сто лет назад наши предки делали свой выбор и равнодушных не было. 2018-й — юбилейный для нашей страны год. Теперь выбор делаем мы!