Куда ведёт российская культура или Какова государственная культурная политика в современной России?

«В будущем законе важно чётко отразить особенности, специфику сферы культуры, её всеобъемлющий характер и значимость как миссии, как общественного блага», — заявил В.В.Путин (выделено в тексте нами).

Многие понимают, что настала необходимость пересмотра отношения к культуре, которую необходимо перестать рассматривать только как к отрасль, оказывающую «услуги», на что прямо указал Владимир Путин. Если культура в её всеобъемлющем характере — это вся информация, передающаяся от поколения к поколению вне генетического аппарата нашего вида, то как это отразить в государственной культурной политике? И чем она должна заниматься? Понимают ли всеобъемлющий характер культуры сами так называемые «деятели культуры»? Что они несут в общество? Что именно должно государство финансировать, проводя культурную политику? Даст ли ответы на эти вопросы новый закон? Зная чисто личное потребительское отношение «деятелей культуры» в данной сфере, уже можно сделать кое-какие выводы. Об этом — статья.

Под термином «культура» следует понимать, прежде всего, всю ту информацию (знания и теоретически неформализованные навыки), которая в обществе есть, но не передаётся от поколения к поколению в готовом для употребления виде на основе работы генетического аппарата.

Культура передаётся от поколения к поколению на основе взаимоотношений людей в обществе и на основе «артефактов» — памятников культуры, носителей информации, что в совокупности составляет культурную среду общества в целом.

Из животного мира человека выделяет генетическая обусловленность развития в определённом возрастном периоде дискретного мышления (абстрактно-логичекого), членораздельной речи и способностей к реализации в разнообразной трудовой деятельности своих предумышлений на основе предвидения разных возможностей. Возможно, что генетически обусловлены ещё некие, пока не используемые возможности. Но именно эти три фактора:

• речь,
• мышление (включая абстрактно-логическое),
• способность к труду, некоторая свобода поведения от диктата инстинктов

— стали основной современной человеческой культуры.

Культура является носителем ещё одного (кроме инстинктов, безусловных и условных рефлексов) вида поведенческой информации — социально обусловленной, которую каждый человек получает из информационной среды общества.

Если под культурой понимать результат разнообразной внегенетически обусловленной деятельности поколений особей вида Человек Разумный, то нельзя отрицать, что генетически обусловлен потенциал освоения среды человеком, в том числе и за счёт развития культуры.

Наряду с развитием культуры генетически обусловлена лежащая в её основе социальная организация вида Человек Разумный. В силу этого культура изначально и всегда — один из многих факторов глобального эволюционного процесса биосферы Земли.

Нет «хорошей» культуры и «плохой», т.е. «некультурности», а есть единая многоликая культура — внегенетически передаваемая от поколения к поколению информация, а в ней издержки культуры, представляющие опасность для всей культуры человечества и биологической основы культуры — вида Человек Разумный и всей биосферы.

Иными словами, это приводит к вопросу об объективности Добра и Зла, их различии и различении. И процесс развития культуры — глобальный исторический процесс — один из частных процессов глобального эволюционного процесса биосферы.

Теории и практике познания в культуре общества необходимо уделять особое внимание потому, что эффективность культуры познания (в смысле её способности к выявлению и разрешению проблем в жизни общества), её распространённость и воспроизводство в обществе в преемственности поколений во многом определяют перспективы обществ — возможности развития и выбор возможностей.

Мы переживаем кризис культуры. Этот кризис системный. Системность его обусловлена тем, что культуру рассматривают в очень узком смысле. Описанное выше определение культуры некоторые «деятели» даже не смогли бы прочитать («слишком сложно» — сказали бы они), не то, чтобы понять.

Слом советского жизнеустройства, обрушение или деформация практически всех институтов нанесли всему населению тяжёлую культурную травму. Она инерционна, передается молодым поколениям.

Фон тяжелый: дезинтеграция общества,народов, массовая аномия (безнормность).

Социолог и культуролог Л.Г. Ионин так писал о последствиях разрушения советской культуры:

«Гибель советской культуры привела к распаду формировавшегося десятилетиями образа мира, что не могло не повлечь за собой массовую дезориентацию, утрату идентификаций на индивидуальном и групповом уровне, а также на уровне общества в целом…».

Исчезает прошлое как развивающаяся система, ибо исчезло будущее как критерий его оценки и интерпретации. Прошлое превращается в неупорядоченный набор событий и фактов, не обладающий собственной внутренней целостностью.  Болезненнее всего гибель советской культуры сказалась на наиболее активной части общества, ориентированной на успех в рамках сложившихся институтов, то есть на успех, сопровождающийся общественным признанием. Такого рода успешные биографии в любом обществе являют собой культурные образцы и служат средством культурной и социальной интеграции. И наоборот, разрушение таких биографий ведёт к прогрессирующей дезинтеграции общества и массовой деидентификации, что мы и наблюдаем в данное время.

Тема «Государство и культура» вызывает сегодня в профессиональном сообществе «мильон терзаний». На самом же деле терзаний никакой не «мильон». Терзаний у «деятелей культуры» всего два: о деньгах и о свободах. Консервативное большинство гражданского общества возмущается тем, что государство безынициативно, ограничивается раздачей материальных благ и ничего не запрещает. Творческое же сообщество, напротив, при малейшем проявлении государственной воли не менее возмущенно указывает на «возвращение цензуры» и «долг государства» регулярно финансировать как плоды, так и сам процесс «свободы творчества» (вспомним публичные терзания К.Райкина — читайте нашу статью: http://inance.ru/2016/11/raikin-zaldostanov-stalin/).

Причём критерий, если не лицемерить, прост: чем больше денег и чем меньше требований к результату — тем как бы больше «свободы».

Необходимость разработки закона о культуре, определяющего стратегию государственной политики России в сфере культуры, определяется, прежде всего, двумя угрожающими тенденциями.

• Первая заключается в биологизации бытия, разрушении культурных норм, отказе от высоких культурных образцов в пользу примитивности, подмены духовных ориентиров материальными,
• Вторая тенденция состоит в замещении цивилизационно идентичной культуры иноцивилизационными культурными стандартами, то есть переходу от идеалов русской цивилизации к идеалам западной.

Обе тенденции представляют собой угрозы в отношении общественной безопасности. Они взаимосвязаны друг с другом.

Посредством биологизации низвергается цивилизационно идентичная культура, а на втором этапе её место занимают иноцивилизационные культурные образцы.

К сожалению, ни Минкульт, ни гражданское общество не обозначают в полной мере данные угрозы, поэтому при разработке нового закона о культуре должна идти речь о расширении предметного проблемного поля в данной сфере. Решит ли будущий закон данные проблемы, сказать сложно, поскольку в нашем правительстве превалируют либеральные западные воззрения.

Эксперты и специалисты делят проблемы культуры в целом на две группы: биологизация и цивилизованная подмена. Что они из себя представляют?

Критические проблемы — биологизация:

• культ потребления, навязывание потребительской моды;
• гедонизм, пропаганда «удовольствий»;
• пропаганда садизма, тиражирование садистских образов и сцен;
• пропаганда секса, добрачная и внебрачная сексуальность как норма;
• пропаганда сексуальных извращений, позиционирование гей-поведения как проявления «креативности» (творческого начала — это даже просто звучит странно);
• утрата ценности знания, образование для получения диплома, но не для расширения познавательно-творческого потенциала;
• сквернословие, мат на телевидении, в СМИ, в повседневной жизни стали нормой;
• отсутствие системы общепринятых общественных идеалов;
• пропаганда девиантных типов поведения — наркотики, пьянство, курение;
• размытие ценности труда, нормативность нетрудовых доходов, спекулятивный капитал, отсутствие позитивного образа трудового человека в массовой культуре;
• развитие индустрии развлечений;
• кризис семейных ценностей, разводы;
• утрата ценности высокой детности, депопуляция;
• изменение традиционных гендерных ролей и типов поведения;
• распространение представлений о прибыли как главном критерии эффективности на уровне государственного и корпоративного управления;
• жестокость (прежде всего в молодёжной среде);
• утрата ценностной нормативности милосердия;
• эгоизм, утрата ценностной нормативности альтруизма;
• перенос норм и символов криминальной субкультуры на общество в целом;
• игромания, компьютерная зависимость, негативные психологически и психиатрические последствия компьютеризации;
• неравенство в доступе к высоким культурным образцам;
• недофинансирование культурно-досуговых учреждений;
• кризис традиционной библиотечной системы, тенденция сокращения численности библиотек;
• кризис инфраструктур российских музеев, низкие доходы музейных работников;
• высокая конфликтогенность на бытовом уровне, конфликтная лексика, рост немотивированной агрессии;
• высокая частотность сцен насилия и секса в художественной киноиндустрии;
• жестокость и насилие в компьютерных играх, психическая травма, наносимая подросткам;
• индивидуализм, размытие идеалов коллективизма;
• гипертрофированное понимание идеи свободы, восприятие свободы как отсутствие социальных обязательств;
• дезавуирование идеи государственного служения;
• отсутствие системы текущего мониторирования состояния культуры.

Критические проблемы — цивилизованная подмена:

• цивилизационная неопределённость, размытие в мировоззрении идеалов русской цивилизации;
• проблемы формирования единой гражданской идентичности, приоритетность локальной и региональной идентичности над общегражданской;
• отсутствие определённого мировоззренческого стандарта, как основы системы образования;
• несформулированность на государственном уровне перечня высших идеалов российского государства, отсутствие «культурной хартии» современной России;
• заимствование и нормативизация западных культурных образцов поведения;
• пропаганда представлений об универсальности западного пути развития и связанных с ним ценностным ориентирах;
• голливудизация сознания, герои подражания по образу американского супергероя, герой-индивидуалист вместо традиционного для России понимания героического;
• культ силы, разрыв с традиционным русским пониманием «Не в силе Бог, а в правде»;
• кризис исторических знаний, отсутствие преемственной исторической памяти;
• отсутствие народного пантеона героев;
• этнический сепаратизм, сепаратистская этническая мифология;
• английская языковая экспансия, недиверсифицированность обучения языкам;
• замещение русских традиционных игрушек игрушками «нового типа», не связанными с цивилизационным пониманием воспитания;
• отказ от традиционной русской педагогики;
• десакрализация, отсутствие сфер сакрального в современной России;
• поколенческая ценностная инверсия, межпоколенческие разрывы;
• распространение мифов, дезавуирующих историю России, негативизация российского прошлого;
• эмиграционные мотивы, высокая доля желающих в молодёжной среде выехать из России на ПМЖ за рубеж;
• ценностная релятивистичность, постмодерн, размытость категорий добра и зла;
• эрозия патриотичности, россиефобия и русофобия в СМИ и интернет;
• предпочтительность внешнего туризма перед внутренним;
• замещение русских национальных сказок анимационными версиями по типу «Уолт Дисней»;
• перенос в нашу культуру подходов, выработанных применительно к западному обществу и утверждающих западно-центристскую парадигму мироустройства;
• болонский процесс, переход к системе образования, соотносимой с западной культурой;
• выхолащивание русских идей в литературе, искусстве, кинематографе;
• ориентация на западные рейтинги и индексы в сфере творчества, в т.ч. на западные базы индекса цитирования;
• деградация центров народно-художественных ремёсел;
• доминирование в современной музыкальной культуре западных течений музыки;
• отсутствие акцентированной поддержки цивилизационно-идентичной культуры, недифференцированность при государственной финансировании;
• создание псевдорусских брендов (водка, икра, балалайка, матрёшки);
• попытки развалить русский народ, как цивилизационную общность на отдельные локальные группы — казаки, поморы, сибиряки, вымышленные народы;
• утрата народных обрядов, потеря их смысла;
• замещение традиционных русских представлений о красоте;
• искажённые представления о России в мире, низкая эффективность применения технологий «мягкой силы» во внешнеполитической деятельности.

Балет К.Серебренникова «Нуреев» как диагноз российской «элите»

Яркий пример биологизации бытия.

Автор балета находится под следствием: ему предъявлено обвинение в присвоении бюджетных средств в размере 133 млн. руб. Тут своё слово скажут следствие и суд. Мы — о другом. Как человек, не имеющий специального образования, работает в данной сфере и ставит высокооплачиваемые бюджетные постановки.

«Кончилась жизнь, началась распродажа», — писал ещё Евтушенко на смерть Высоцкого.

Основной драматургический конфликт балета — это свобода артиста, бегущего от «удушающих объятий родины» в сторону милых травести, свободной молодёжи в костюмах прет-а-порте, олигархических вечеринок с шубой на голое тело. Родина же воплощается в казённом женском хоре в плюшевых платьях, песнях о любви к родной стороне и прочих «гадостях, которые мешают нам жить».

В общем, да извинит нас изысканная публика, всё это примитивно до одури.

Тут ведь в чём главная проблема? В самой личности великого, тут без дураков, танцовщика Рудольфа Нуреева. Который умудрялся сочетать в себе «гениального художника» с бешеной животной харизматичностью и «дикого зверя из светской гостиной» — редкого, в сущности, экземпляра, человеческая составляющая облика которого никак не сочеталась ни с какими этикой и моралью.

Чтобы это понять — одна небольшая деталь: в реальности Нуреев не прыгал ни в какую «свободу». Просто, находясь в 1961 году на гастролях в Париже вместе с труппой Кировского театра, учинил там настолько адский дебош, что, несмотря на наличие высоких покровителей в Ленинграде, был снят с лондонского продолжения гастролей «за нарушение режима нахождения за границей». Кстати, подставив тем самым и своих покровителей, в том числе прима-балерину Наталию Дудинскую, благодаря которой он и попал в театр. После чего, подумав и убоявшись наказания, дал по тапкам. Всё.

По сути, спектакль «Нуреев» является открытой пропагандой содомского греха.

«Это спектакль про бесконечное стремление к красоте, поиск свободы через красоту. И про иллюзии и разочарования с этим связанные», — так в своё время описал идею балета Серебренников.

В чём же здесь красота и свобода? Нормальному человеку этого, по всей видимости, не понять. Красота — в моральном уродстве. Свобода — в отсутствии всякого самоконтроля и самодисциплины, свобода — в отсутствии любви к Родине, свобода — в неутолённом смертном грехе. Похоже, эти черты сегодня импонируют многим представителям компрадорской «элиты» и их богемному окружению. Слова Серебренникова раскрывают сущность «современного» искусства. Предлагая и навязывая «новые ценности»: греховность вместо праведности, скверность вместо чистоты, вседозволенность вместо ответственности, хаос вместо гармонии, бессмысленность вместо мудрости  — так называемое «прогрессивное искусство» диктует человеку «новое понятие красоты».

Если традиционно эстетическим идеалом в искусстве, природе и обществе являлось прекрасное как должное, желаемое и общезначимое, то в «новом искусстве»  «эстетическим идеалом» — высшим образцом красоты — является безобразное.

Злополучная премьера ещё раз обнажила ту нравственную пропасть, которая пролегла между правящей «элитой» и здоровыми силами общества.

Приведём некоторые народные комментарии к хвалебным статьям о «шедевре» Серебренникова:

«Все, кто способен был создать культурное событие для всей страны и постоянно создавал, в многом ушли и продолжают уходить с ужасающей частотой. Неужели их место займут Серебренниковы со своими Нуреевыми?!»…

«Я думаю, государству надо полностью прекратить финансирование сомнительных театров. Для кого они создают свои «шедевры»? Ну, точно не для нас. Значит, пусть на свои кровные. Презираю всех тех деятелей от искусства, которые бурно аплодируют такому убожеству»…

«Спектакль удался? Для кого? Для VIP персон? При Сталине и Брежневе — тоже было много успешных премьер, о которых сегодня никто и не помнит. Почему всего одна точка зрения? И что значит — безумно дорогой? За чей счет? Населения в регионах? Вопросов много… Ответов нет…»

Таково мнение народа, который не заражён западными ценностями. В целом к Нурееву никаких претензий. Человек прожил жизнь так, как хотел. Выше всяких высоких идеалов типа Родины, но хоть не плевал в сторону своей бывшей Родины.

Вернёмся к «нашим»… К балету, к его оценкам.

В целом — порнография, как внешне, так и внутренне. И оплевывание всего, до чего смогли дотянуться «гениальные» Серебренников и композитор Демуцкий.

Знаете, что больше всего удивило? А удивил полный ноль реакции. «Матильду» помним и всё, что с ней связано? Бурные призывы, обращения, вандализм даже. Как же, плюнули в царя-батюшку… А когда в целую страну плюют, получается, ничего, можно. Даже нужно, учитывая, что эта страна — Советский Союз. Ну и в тех, кто в ней жил, заодно. Кто Родину себе не выбирал.

Господин Песков выдал, что ничего такого провокационного он в шабаше «Нуреев» не увидел. Странно, многие увидели, а Песков нет. Ну, наверно, большая часть населения с ним из разных стран однозначно не согласна. Они вот из той страны, где, кроме Нуреева, были великие артисты балета, о которых можно и нужно и фильмы снимать, и балеты ставить. Вся проблема в том, наверное, что Анна Павлова, Галина Уланова, Екатерина Максимова и Майя Плисецкая не были феминистками и лесбиянками. А Марис Лиепа, Михаил Барышников и Владимир Васильев не были гомосексуалистами.

По-видимому, недостойны.

Напрашивается вопрос: а кто дальше? Ладно, в «киношедеврах» у нас уже оплевали всех, оптом, так сказать. Воинов Красной Армии, верховного главнокомандующего, космонавтов, тружеников. Всех.

Видимо, пришла пора поименного восхваления, чтобы чётко расставить точки над буквами.

Кто будет следующим героем «чудо-постановки»? Если так посмотреть, то, наверное, Солженицын или Власов.

Раз так ставится вопрос, почему нет? Оба борцы против ненавистного советского режима. Оба «радели» за светлое будущее для нас. Одного, правда, наградили верёвкой, но ещё пяток лет — и вполне себе жертва будет, достойная спектакля, тем более, что  «Ельцин-Центр» пытается реабилитировать бандеровцев.  

Ну а как продолжают упорно пихать бородатого умничающего предателя сегодня одними «солженицынскими чтениями», так мы просто молчим. Ещё и памятник в Москве сейчас состряпают, и этот год объявлен в его честь. А народ спросили?

Итак, балет «Нуреев» — это перед и зад современной действительности. В целом же обычный антисоветский шабаш. Прямо в духе девяностых. Только с голыми задами и передами как дань свободе и раскрепощению. Очередная «Матильда», и снова за наш счёт.

Спектакли К. Серебренникова как искажение русской классики

Для того, чтобы иметь представление о постановках данного режиссёра, представляем вашему вниманию несколько фото из спектаклей Гоголь-Центра, которым руководит К.Серебренников.

Как вы думаете, что показано на этом фото:

Оргия западных геев? Нет… Это русский поэт-классик Некрасов в переработке Серебренникова. Да, он всех подряд такими изображает, потому что это самая близкая и понятная ему тема.

Кирилл Серебренников — креатура Сергея Капкова, известного как помощник депутата Государственной Думы РФ от Чукотки Романа Абрамовича, директор департамента культуры Москвы, инициатор трансформации театра Гоголя в Гоголь-центр, бенефициар назначения Кирилла Серебренникова на должность художественного руководителя Гоголь-центра. Режиссёр-любитель, без вкуса, внутренней культуры, приверженец ЛГБТ и открытый русофоб, с «Голой пионеркой» —  дебютом в театре «Современник» — он «схватил бога за бороду». Секс и власть — декларировал свои главные темы. Последовала «Сладкоголосая птица юности», и Виталий Вульф — переводчик пьесы, знаток и хранитель традиций Русского театра, блестящий искусствовед потребовал снять своё имя с афиши спектакля, поклялся не переступать впредь порога театра, с которым связана вся его жизнь. Дальше — «Околоноля» по роману «серого кардинала» Кремля Владислава Суркова в «Табакерке» и — новые горизонты. «Загадочный ростовский принц с разбойничьей серьгой в ухе, в чёрной шапке на голове» выходит на большую дорогу. Большой игры в большую политику.

Мы понимаем, что часть тех, кто прославляет творчество Серебренникова, с ним просто не знакомы и реагируют на общую картину «режим гнобит художника». А раз режим гнобит, художник должен быть гениален. Но им стоит как-то ознакомиться — и подумать, точно ли это то искусство, с которым они хотят быть связаны. Правда, тут возникает чисто материальная проблема — каким образом эти люди получают финансирование? Но эту проблему должно решить государство — и для начала признать, что финансирование подобных вещей есть серьёзная ошибка. Не потому, что средства разворовали — а потому, что они шли на финансирование очевидного зла.

«Стена скорби», Год Солженицына, «Ельцин-центр», десоветизация на государственном уровне, а поножовщина в пермской школе — это на бытовом.

В лихие 90-е годы главным объектом воздействия в сфере культуры было культурное ядро советского общества. Удар был нанесён столь сильный, что была повреждена культура России в целом как система, во всех её элементах и связях.

Не будем углубляться в историю и рассматривать латентный период культурного кризиса, начало которого можно отнести к середине 1950-х годов. Рассмотрим его «открытую фазу».

Тяжёлый удар по культуре был нанесён во время перестройки, когда официальной стала концепция свободы, автономной от ограничений ответственности. Это — утопия освобождения разума от совести.

Человек является общественным существом, обладающим культурой, а культура и есть прежде всего ограничение свободы животного. Первое дело культуры — научить нас быть Человеками — реализовать свой познавательно-творческий потенциал, полностью раскрыть свою генетическую программу. Дело культуры — дать нам знания, умения и мотивы, чтобы жить в обществе и непрерывно создавать его. Культура даёт нам квалификацию — быть членом общества. Культура подчиняет нас внутренней цензуре совести, если она — человечная культура. Культура даёт нам знания и умения быть частицей народа, а не соринкой в людской пыли. Это сложное обучение и трудное дело.

Кризис культуры — это более или менее глубокое расчеловечение. Никакой государственной программы блокирования этого процесса и восстановления повреждённых частей системы «культура» после 2000 года не выработано ни в государстве, ни в обществе. Сопротивление распаду носит неорганизованный характер бесструктурного самоуправления народа. Для полного успеха требуется программа и организация на общегосударственном уровне. Пока же причины «кризиса культуры», которая при этом понимается только как одна из сфер жизни общества, видят только в нехватке денег.

И как результат всего этого — то, что перечислено в подзаголовке.

Культурное ядро России покоится на идее соборности: Человек человеку — брат. Конечно, общество усложнялось, эта идея изменялась, но её главный смысл был очень устойчивым.

Кризис культуры возникает, когда в неё внедряется крупная идея, находящаяся в непримиримом противоречии с другими устоями данной культуры — люди теряют ориентиры, путаются в представлениях о добре и зле. И вот, авторитетные деятели культуры России стали убеждать общество, что «человек человеку волк», а «элита» гуманитарной интеллигенции — прямо проповедовать социальный расизм. От того, что у нас наговорили, и кальвинисты остолбенеют.

Разрывом в культуре был подрыв символов, связанных с Великой Отечественной войной.

Английский военный историк Дж.Эриксон отмечал, что во время перестройки в СССР возник «капитулянтский курс на демонтаж принципиальных итогов войны». Эта кампания переживалась бы легче, если она велась только «западниками», обиженными Россией. Тяжело воспринималось участие в ней «патриотов».

Так началось лавинообразное обрушение всех структур культуры. Из духовного пространства России удалены целые пласты культуры — Блока и Брюсова, Горького и Маяковского, многие линии в творчестве Льва Толстого и Есенина. Каков масштаб опустошения культурной палитры! Зато заставляют изучать  Солженицына….

Художественная элита России стала «играть на понижение». Как будто что-то сломалось в её мировоззрении. На телевидении возникла система, снижающая уровень образованности и мировоззрения населения. Экран испускает поток пошлости, в нём захлебывается сам вопрос о бытии. Телевидение крутит западные игровые шоу типа «Слабое звено», «За стеклом», «Последний герой». Их идейный стержень — социал-дарвинизм: неспособные уничтожаются, а приспособлённые выживают в «естественном отборе» (читайте нашу статью — http://inance.ru/2016/11/darvin/).

Война с историей. Как «элита» проигнорировала 100-летие Великой Октябрьской социалистической революции

Почему поощряется новая попытка реализации в России программы десоветизации? В 2017 году было 100-летие Великой Октябрьской Социалистической Революции, при этом до выборов президента России осталось немного времени. И именно сейчас поднимается градус антисоветской пропаганды во всех центральных СМИ. Формируются новые штампы, развиваются и дополняются исторические мифы, транслируется откровенная ложь, используются манипуляции и подмена понятий для очернения советского периода истории. Это наблюдает вся страна, и немногие люди из профессиональной исторической среды осмеливаются публично опровергать антиисторические информационные вбросы. На данный момент неясно, чем мотивируются представители СМИ, кино, деятели культуры и публичные лица, когда ведут войну с историей своей страны, но создаётся впечатление, что все это достаточно организованное действие с очень широким охватом.

Давайте кратко разберём, что такое десталинизация и декоммунизация для России, для народов стран бывшего СССР. Это не просто осуждение определённого исторического периода, имеющего чисто символическое значение. Последствия для России после десталинизации и декоммунизации будут самыми серьёзными, как внутри страны, так и на международной арене. Результатом будет изъятие и осуждение всего, что связано с СССР, признание всего советского периода преступным, кровавым, античеловечным по своей природе. Это коснётся культуры, искусства, экономики, СМИ, истории, включая и Великую Отечественную войну. После этого международное сообщество заявит, что если весь период СССР был преступным, то значит народ, который создавал его, является преступником, а раз народ преступный, то его нужно судить и наказывать по всей суровости международного права. В мировой истории есть уже пример реализации подобного плана — это денацификация Германии после поражения во Второй мировой войне. Подчеркиваем: после поражения в войне.

Первые попытки уравнять коммунизм и фашизм были сделаны английским политиком, интеллектуалом, одним из создателей Королевского института Chatham House Лайонелом Кертисом ещё в конце 30-ых годов ХХ века. Кроме того, Кертис на протяжении всей жизни продвигал и развивал идею об исключительности англосаксов, единственных, кто способен управлять миром. За Кертисом идею приравнивания коммунизма и фашизма развивали австрийский мыслитель, экономист Фридрих фон Хайек и философ Карл Поппер. После развала СССР Запад с новой силой подхватил эту идею. Так, в 2009 году на июльской Парламентской Ассамблее ОБСЕ в Вильнюсе была принята резолюция, в которой были приравнены нацизм и советский коммунизм. Этот документ считаем необходимым частично процитировать:

«…в двадцатом веке европейские страны испытали на себе два мощных тоталитарных режима, нацистский и сталинский, которые несли с собой геноцид, нарушения прав и свобод человека, военные преступления и преступления против человечества… напоминая государствам-участникам ОБСЕ об их обязательстве «четко и безоговорочно осудить тоталитаризм»… напоминая об инициативе Европейского парламента объявить 23 августа, т.е. день подписания 70 лет назад пакта «Риббентроп-Молотов», общеевропейским днём памяти жертв сталинизма и нацизма во имя сохранения памяти о жертвах массовых депортаций и казней».

Вполне внятно написано, что весь наш народ-победитель, который разбил фашистскую скверну, — преступник, что все социалистические завоевания — преступны. В данном документе грубая манипуляция, нет исторического контекста и причинно-следственных связей, зато есть штампы и шаблонные обвинения, направленные против всей русской цивилизации. А далее резолюция призывает:

«— настоятельно призывает государства-участники:
a) продолжать изучение тоталитарного наследия и повышать осведомлённость о нём общественности,
b) разрабатывать и совершенствовать учебные пособия, программы и мероприятия, особенно для молодых поколений, о тоталитарной истории, человеческом достоинстве, правах и основных свободах человека, плюрализме, демократии и терпимости,
c) поощрять и поддерживать деятельность НПО, проводящих исследовательскую и просветительскую работу о преступлениях тоталитарных режимов;
— просит правительства и парламенты государств-участников полностью избавиться от структур и моделей поведения, нацеленных на то, чтобы приукрасить тоталитарное правление, попытаться к нему вернуться или же стремиться продолжить его существование и в будущем, препятствуя полной демократизации;
— вновь обращается с призывом ко всем государствам-участникам открыть свои исторические и политические архивы;
— выражает глубокую обеспокоенность по поводу восхваления тоталитарных режимо