Ленин с трибуны сообщает о том, что революция свершилась, в это время переодетый в Фанни Каплан Сталин стреляет в него из револьвера. Затемнение, финальные титры. Именно таких сюжетов в фильмах и сериалах нам не хватает. Когда в начале 90-х в нашей стране наконец-то был изданы книги Джона Рональда Руэла Толкиена (да, Толкин правильнее, но Толкиен красивее), появились так называемые толкиенутые, буквально «жившие» в произведениях этого автора, ставшего известного широкой публике после того, как Голливуд наконец договорился с наследниками и выпустил кинотрилогию «Властелин колец».
«Толкиенутость» делилась на несколько степеней, и последняя называлась «Не прав профессор, не так все было!». Над дошедшими до этой стадии, как правило, потешались даже толкиенутые предыдущих степеней погруженности в мир Средиземья. Потому что спорить с автором вымышленного мира – ну это как-то не очень нормально. То есть совсем ненормально.
Именно «толкиенутые» последней стадии вспоминаются, когда читаешь многочисленные отзывы на псевдоисторические фильмы последних лет – начиная с брутального «Викинга», продолжая проказницей «Матильдой» и заканчивая «Демоном революции Троцким» (да, я в курсе, что это два разных фильма).
Основная претензия авторов рецензий – это именно что «Не так все было!». И Древняя Русь была другая, и Николай II не таким, и Троцкий с Парвусом ну никак не могли сказать того, что они говорят в сериалах.
Да, Толкиен создал абсолютно вымышленный мир, а герои вышеупомянутых фильмов носят имена исторических деятелей. Но когда, в какой момент и кто сказал, что к художественным произведениям должны применяться те же критерии, что к документальным?
Представляю, какой неистовой критике подвергались бы Вальтер Скотт, Александр Дюма и прочие отцы-основатели исторического романа, если бы они жили в наше время.
«Заклепочники» неистовствали бы из-за неправильного описания оружия и деталей костюмов, моралисты – из-за разврата, которого «ну никак не могло быть», а серьезные историки писали бы длинные и скучные статьи о том, чем на самом деле был вызван тот или иной исторический конфликт.
Виктор Пелевин в одном из лучших своих романов S.N.U.F.F. пишет о том, из-за чего начнется третья мировая война, которая почти полностью уничтожит человечество – из-за того, что люди начнут путать новости и художественные фильмы. Собственно, именно это мы сейчас видим на CNN, когда домыслы по поводу России выдаются за реальные факты.
Но путать реальную историю и художественные фильмы ничем не лучше. Режиссер и автор сценария имеют право придумать любую галиматью, продвигать любую конспирологию. И даже, как авторы сумасшедшего фильма «Мушкетеры», показывать летающие корабли в XVII веке, или, как Квентин Тарантино, заканчивать Вторую мировую войну убийством Гитлера в парижском кинотеатре.
Главное – не смешивать художественное и документальное и никогда не оценивать одно с точки зрения критериев другого. Художественный фильм можно критиковать за плохую игру актеров и за провалы в сюжете. А вот писать «реальный Николай такого сделать не мог» или «реальный Парвус был совсем другим» – то же самое, что спорить с Толкиеном относительно деталей эльфийской истории.
Причем, как это зачастую бывает, спорящие с вымыслом с точки зрения документалистики вопреки своему желанию добавляют реальности фантазиям авторов.
Потому что человек, читающий рецензию, где критикуются отдельные факты, по итогам прочтения остается в убеждении, что все остальное – полностью соответствует реальности. То есть происходит легитимизация фантазии – со всеми вытекающими последствиями.
Именно поэтому в США никто не возмущается, когда Тимур Бекмамбетов снимает фильм, в котором Авраам Линкольн предстает в образе охотника на вампиров, и не пишет, что такого никак не могло быть на самом деле. И никто не клянет Квентина Тарантино за то, что его версия окончания Второй мировой оскорбляет память героев высадки в Нормандии.
Сказка – это сказка, а реальность – это реальность. Сказка может быть основана на реальных событиях, но подходить к сказке с точки зрения реальности губительно в первую очередь для реальности, а не для сказки.
Уже скоро выйдет на экраны (возможно, в нашей стране и не выйдет) фильм «Смерть Сталина», где события 1953 года отображаются в жанре «черной комедии».
И если появятся рецензии, авторы которых будут апеллировать к реальным событиям того года – ничего, кроме сожалений, это вызвать не может.
Всерьез рассматривать сюжет этого фильма – то же самое, что спорить с книгой
«Как размножаются ежики», основанной на анекдотах про Штирлица, или изучать Гражданскую войну по анекдотам про Чапаева.
Более того. Нам не хватает фильмов и сериалов, в которых исторические события трактовались бы нарочито неправдоподобно. Просто для того, чтобы отучить критиков судить художественные произведения с точки зрения документалистики.
Отлично смотрелся бы многосерийный фильм со следующим сюжетом:
Владимир Ленин (актер Владимир Машков, набравший мышечную массу) обнаженный до пояса тренируется в Альпах, фехтует японским мечом, стреляет из двух револьверов по движущейся мишени, боксирует с огромным негром.
После этого приходит домой и долго и страстно занимается любовью с Надеждой Крупской (актриса Любовь Аксенова). Затем садится за пишущую машинку, но в этот момент приходит Александр Парвус (актер Кристоф Вальц).
Парвус сообщает, что в России началась революция, и предлагает Ленину бронированный вагон в Петербург, миллион марок наличными и передачу Украины Германии – в обмен на выход из войны.
Оскорбленный Ленин дает Парвусу пощечину, они долго дерутся с использованием как огнестрельного оружия, так и различного домашнего инвентаря (как в фильме «Мистер и Миссис Смит»), Парвус практически побеждает, но тут в бой вступает Крупская и убивает его десятью кухонными ножами в сердце.
Взяв деньги и билет на поезд, Ленин и Крупская садятся в бронированный вагон и едут в Петербург. По дороге на поезд нападают восставшие казаки (предводитель – актер Владимир Зеленский), но Ленин и Крупская успешно отбиваются мечами, ножами и топорами.
В Петербурге (в роли Петербурга – Будапешт) их на вокзале встречают Сталин (набравший мышечную массу режиссер Леван Габриадзе), Троцкий (актер Евгений Миронов) и Свердлов (актер Максим Аверин).
Все вместе они едут на конспиративную квартиру, где хранится большое количество обрезов, многоствольных пулеметов и прочего красивого оружия. Вооружившись до зубов и раздевшись до пояса, они идут по городу, стреляя во все, что движется.
Доходят до «Авроры», вырезают экипаж, плывут по Неве, стреляя из пушек по Зимнему дворцу. Эффектно разлетаются осколки. Возле Зимнего они высаживаются на берег, взрывают решетку, которую в фильме Ромма перелезали восставшие, и с боем идут по дворцу.
В последнем зале их встречает Николай Второй (актер Сергей Безруков), вооруженный двумя японскими мечами. Они долго фехтуют с Лениным, и наконец Ленин побеждает.
Финальная сцена – Ленин с трибуны сообщает о том, что революция свершилась, в это время переодетый в Фанни Каплан Сталин (Леван Габриадзе, напомним) стреляет в него из револьвера. Затемнение, финальные титры.
А уж сколько продолжений можно наснимать – «Ленин против Сталина», «Ленин убивает», «Как трусливый Иосиф Сталин убил Владимира Ленина» и так далее.
Возможно, кому-то подобный сюжет покажется кощунственным. Но путать правду с вымыслом куда как более кощунственно по отношению как к русской истории, так и к нашему настоящему и будущему.
Теги:
революция, история, Владимир Ленин, Иосиф Сталин, общество, Октябрьская революция
