Малороссия: Провозгласили. Что в сухом остатке?
У инициативы Александра Захарченко по провозглашению нового государства, правопреемника Украины — Малороссии, гораздо более глубокая подоплека, чем может показаться. То же самое можно сказать и об опровержении своего участия в соответствующем заседании представителей Луганской народной республики. И о команде Владислава Суркова, представители которой утверждают, что Кремль был «не в курсе» и не ожидал выступления Захарченко (отметим, что в этом опровержении «улыбает» то, что знак равенства по сути поставлен между Кремлем и Сурковым, окружением которого новость списана на окружение самого Захарченко).
На что, на мой взгляд, надо обратить внимание?
Первое. Сам вопрос переучреждения Украины с избавлением от данного названия, как полностью скомпрометированного, впервые был поднят отнюдь не в Донецке, а в Киеве, где еще в январе 2015 года предрекли «съеживание» нынешней Украины до масштабов Галиции. И по содержанию, и по форме, то есть по названию. Владимир Жириновский, который заговорил на эту тему через месяц с небольшим, сразу после заключения вторых Минских соглашений, и повторил эти тезисы с поправкой на обновленную ситуацию совсем недавно, известен тем, что нередко выкатывает различные «пробные шары». И проверяет с их помощью на общественном мнении определенные идеи или даже проекты. Судьба их бывает неоднозначной, но поскольку особого спроса с Жириновского нет, то нет и суда, а есть социология вопроса. И его публичное «разминание», на эту социологию влияющее. Кроме того, «многостаночность» лидера ЛДПР общеизвестна, что не позволяет идентифицировать подлинное происхождение таких пробросов. Но сам факт приведенной нами географии, Киев — Москва — Донецк, когда на разных этажах, уровнях, в различное время и в различной обстановке говорится примерно одно и то же, уже заслуживает внимания. Ибо нет сомнений, что таким образом формируется определенный общественно-политический дискурс.
Второе. Тема распада Украины перестает быть «табу» и среди киевского официоза, к которому трудно не причислить Юлию Тимошенко. Предрекая его к 2019 году (заметим, что из Львова), она обусловила «спасение» пресловутой «революции гiдности» досрочными парламентскими и президентскими выборами. Но вряд ли националисты, контролирующие взятого ими то ли «в оборот», то ли в заложники Порошенко, на это пойдут. А если и пойдут, то лишь ускорят всеобщий обвал: всегда остается широкий спектр возможностей итоги таких выборов не признать или организовать на их фоне военно-олигархический путч, о котором, поглядывая на Авакова, сегодня в самом Киеве не говорит только ленивый. Ну, а слухи о переориентации на Москву «самого» Коломойского, владеющего, заметим, информацией из куда более конфиденциальных и достоверных источников, нежели украинские спецслужбы, где в кабинетах, условно говоря, стоит по несколько флагов, а из окна выглядывает «наблюдающий за ситуацией», лишь довершают эту характерную картину. Знакомую нам еще по 1991 году.
И потом, кто сказал, что у Тимошенко и Коломойского не может отыскаться общих интересов и/или проектов? Разумеется, в Киеве существуют и другие точки зрения, которые сводятся к тому, что «Запад не позволит». Но, во-первых, очень часто они высказываются людьми, пусть сведущими, но «бывшими» и к тому же весьма некомплиментарными по отношению к нынешнему режиму. А во-вторых, даже они признают, что «троллинг» Западом России Украиной рано или поздно кончится «большим разменом», в котором Киев поставят перед свершившимся фактом.
Третье. Со счетов нельзя сбрасывать и исторические параллели. Давайте вспомним: столетие назад, когда ситуация находилась на таком же крутом переломе, советская власть также устанавливалась переучреждением «государственности» тогдашней УНР с помощью сначала Донецко-Криворожской республики, а затем Украинской советской республики. С центром в Харькове, который после освобождения от националистов остальной Украины оставался столицей УССР до 1934 года. Нынешнее заявление Захарченко об аналогичной альтернативной столице в Донецке, с перспективой превращения Киева в «историко-культурный центр» — лишь повторение пройденного, которое опирается на уже имевший место и вполне успешный исторический опыт.
Обращается этот опыт и к более широкой ретроспективе — с переносом в марте 1918 года советской столицы из Петрограда в Москву. Логика здесь была отнюдь не в близости войск Юденича и не в угрозе со стороны немцев, а скорее в том, чтобы отделить место принятия политических решений от той клоаки, что представляла собой после разгона «учредиловки» прогнившая постреволюционная питерская элита. Это в тактике. А в стратегии — переоформить проект «окна в Европу» в проект «Третьего интернационала», этого на самом деле эвфемизма старого доброго «Третьего Рима». В той же Европе, кстати, по-другому его и не воспринимали. И договаривались с Кремлем, исходя именно из этого, — почитайте воспоминания Черчилля.
И если все это суммировать, да вспомнить еще и назарбаевский опыт переноса столицы, а также многочисленные предложения перенести куда-нибудь в Сибирь политический центр и самой России, из-за которых торчат уши определенных сепаратистских прожектов, то следует признать, что инициатива Захарченко отзывается на определенный, вполне сложившийся, метод. И применяется он всякий раз не «с потолка», а в целях проектного переформатирования, запуска нового проекта взамен свое отыгравшего.
Четвертое. Если уж двигаться по параллелям истории до конца, то следует прокомментировать и «отповедь» Порошенко, этого иностранного инвестора в российскую кондитерскую отрасль, которую он сделал Захарченко, в очередной раз пообещав вернуть Донбасс и Крым, по-видимому, силовым путем.
Во-первых, мнения Порошенко, как следует из констатации неизбежности как минимум «большого размена», вообще никто не спросит. Во-вторых, он высек сам себя. Сравнивать проект Малороссия с проектом Новороссии невозможно. Это разные проекты, проистекающие из разных источников. Новороссия, о которой, как автор этих строк мог недавно убедиться лично, в Донецке по сути позабыли еще раньше, чем в Киеве, — проект двусмысленный. С одной стороны, он «вписан» в концепцию «Русского мира»; с другой, сама эта концепция не работает, хотя при этом злит врагов России и провоцирует этнический и конфессиональный раскол внутри нее самой. Новороссия проводит разделительные черты внутри бывшей (унитарной) Украины, не обладая при этом расширительным потенциалом за пределами юга и юго-востока республики. Малороссия — другое дело, и за себя говорит хотя бы такой пример: в Новороссии тому же Киеву места нет, а вот в Малороссию — здесь Захарченко абсолютно прав — он вплетается весьма органично. Да и не только он, а по сути и все, что западнее, вплоть до самых рубежей галицийской «западенщины».
Малороссия — это, как и в свое время Украинская советская республика, проект «на вырост». Это заявка на организацию не разных, а одного, общего, но узурпированного киевскими самозванцами цивилизационно-культурного и геополитического пространства. Это конкуренция, в которой, как в финале чемпионата мира, ничьей не бывает, и единственный победитель забирает все. Повторю: так уже было сто лет назад, и тогда, если абстрагироваться от идеологических нюансов и штампов, не столько даже большевики «перемогли», сколько «ветер с Востока одолел ветер с Запада».
Еще раз вдумаемся: с провозглашением Малороссии власть Донецка юридически распространится в том числе и на Киев, и это лишь вопрос времени и масштаба исторического прозрения, чтобы ее постепенно признало большинство, проживающее на временно оккупированных хунтой малороссийских территориях. То есть это — вопрос политики, живой, обращенной не к сухим лозунгам-манекенам, а к людям, нашим современникам и соотечественникам. Это и есть национально-освободительная борьба. И никакая оппозиция не в состоянии противостоять такой организации!
Что в сухом остатке?
Urbi et Orbi из Донецка явлена перспектива действительного разрешения нынешнего тупика, в который завела украинская агрессия в Донбассе. Альтернативная планам продолжения бойни, она в одинаковой степени вписывается в интересы народов, населяющих как Донбасс, так и саму, скоро уже бывшую, Украину. «Кокетство» властей Луганска понять можно. Малороссия пусть уже и не просто декларация о намерениях, но будущее, очерченное относительно отдаленной перспективой в три года, как раз к срокам, предел которых отводит нынешней киевской власти та же Тимошенко. Время на раскрутку еще есть, и всему оно свое. Да и, откровенно говоря, трудно представить, чтобы Захарченко допустил в этом вопросе некую «отсебятину». Не Стрелков же он на самом деле! Итак, «путеводная звезда» зажглась, а если звезды зажигают, то это, как известно, кому-то нужно. Ну что, «господа присяжные заседатели», счетчик запущен?
Подпишитесь на нас