Сильнее боли: как Линдси Вонн снова бросила вызов невозможному

Для Линдси Вонн эти Олимпийские игры — да и, вероятно, вся ее карьера — почти наверняка могли завершиться только одним из двух способов.

Либо она должна была оказаться на пьедестале — с высокой вероятностью на верхней его ступени, — либо страшно вылететь с трассы и кубарем полететь вниз по красивому, пугающему и ледяному склону «Олимпии делле Тофане», что в итоге и произошло в воскресном олимпийском скоростном спуске у женщин.

Она сама говорила об этом еще во вторник, когда спустя три дня после очередного падения объявила миру, что у нее разрыв передней крестообразной связки левого колена. Но до старта оставалось пять дней — и она была готова сделать все, чтобы выйти на трассу.

Линдси Вонн американская горнолыжница

Для Вонн это всегда было нормой. С того самого момента, как более двадцати лет назад она ворвалась в большой спорт, в 17 лет попав в олимпийскую сборную США и выступив в Солт-Лейк-Сити в 2002 году, для нее почти никогда не существовало полумер.

Ее карьера — это история триумфов и трагедий, запредельных взлетов и самых болезненных падений, не считая по-настоящему катастрофических травм — смерти или паралича, — которые всегда где-то рядом, по ту сторону тонкой грани, за которую приходится заходить тем, кто хочет побеждать на элитном уровне в самом агрессивном виде горнолыжного спорта.

«Она вдохновляет всех нас», — сказала в воскресенье партнер Вонн по команде Белла Райт.

Никто не понимает цену этого бинарного пути — «всё или ничего», — лучше самой Вонн. Именно он и привел ее в ту точку, где она оказалась сейчас.

Она завершила карьеру в 2019 году — ее нижняя часть тела, особенно правое колено, представляла собой сплошной клубок проблем. Вонн хотела продолжать выступать, но после бесчисленных падений, эвакуаций на вертолете и операций ее организм — как и возможности современной медицины — больше не позволяли этого.

Удивительно, что она вообще зашла так далеко. Падение на чемпионате мира 2013 года в австрийском Шладминге могло бы поставить точку или навсегда искалечить карьеры многих спортсменов. Как и в воскресенье в Кортине, Вонн на полной скорости вылетела с трамплина, гонясь за теми самыми сотыми долями секунды, которые решают все.

При приземлении она потеряла равновесие на мягком, рыхлом снегу, перевернулась и проскользила по склону около 150 метров, при этом большую часть пути ее правое колено было вывернуто в неестественном положении.

Итог — разрыв передней крестообразной и медиальной коллатеральной связок, а также перелом верхней части большеберцовой кости в месте соединения с коленным суставом.

Крики, разносившиеся тогда по склонам, стали жутким предвестием того, что в воскресенье услышали зрители телетрансляции и те, кто находился у верхней точки трассы, — эхо, прокатившееся по изломанным вершинам Доломитовых Альп.

После Шладминга Вонн — потому что это была именно Вонн — пообещала вернуться к Олимпиаде-2014 в Сочи. Агрессивно, рискованно и абсолютно в ее стиле. Олимпийские игры — это эпицентр спорта, место, где великие горнолыжники становятся легендами. А быть легендой — это все, чего Линдси Вонн когда-либо хотела.

Год — примерно столько требуется спортсмену мирового уровня, чтобы полностью восстановиться после травм, которые получила Вонн. Чтобы успеть к Сочи, ей, по всей видимости, нужно было сократить этот срок минимум на четверть. Это должна была быть история с двумя вполне очевидными вариантами финала.

В итоге реализовался худший. Она вновь порвала переднюю крестообразную связку, снялась с Олимпиады и перенесла еще одну операцию — такую, которая для другого горнолыжника могла бы стать концом карьеры.

Но не для Вонн. Уже через год она вернулась и выступила на домашнем снегу на чемпионате мира в Бивер-Крике (Колорадо). А к концу сезона завоевала Малые хрустальные глобусы в супергиганте и скоростном спуске.

В конце 2016 года она вновь тяжело упала на тренировке — потому что Вонн всегда тренировалась только на пределе — и сломала руку. Спустя два месяца она уже снова выходила на старт и побеждала.

В 2018 году в Пхёнчхане, Южная Корея, Вонн выиграла, как теперь кажется, свою последнюю олимпийскую медаль — бронзу в скоростном спуске. Причем тело ее, по-хорошему, уже не должно было выдерживать такие нагрузки. Она фактически забыла, что значит тренироваться и выступать без боли. Она даже не могла полностью выпрямить правую ногу.

Все это привело к завершению карьеры в конце следующего сезона. А затем — в операционную доктора Мартина Роша весной 2024 года, где Вонн сделали частичную замену коленного сустава. Операция была направлена прежде всего на улучшение качества жизни.

Спустя два месяца, когда реабилитация и физиотерапия шли по плану, Вонн написала Рошу сообщение с вопросом, можно ли ей уже мочить колено. «Можно», — ответил врач. Спустя пару часов на его телефон и в социальную сеть Вонн прилетело видео, где она на полной скорости несется по воде на вейкборде.

Именно тогда и начались разговоры о возвращении. Вонн хотела, чтобы ее карьера закончилась на ее условиях. Ее колено не чувствовало себя так хорошо со времен подростковых лет. «Пробуй», — сказал ей Рош. И, разумеется, она это сделала.

Прошлый сезон выдался неровным. Но нынешний — с ее близким другом и олимпийским чемпионом в скоростном спуске Акселем Лундом Свиндалем, который помогал Вонн и доводил до совершенства настройки экипировки, — был настоящей магией.

В октябре она еще сомневалась, попадет ли вообще в олимпийскую сборную. В США невероятно плотная конкуренция среди скоростников. Но уже к январю Вонн не просто отобралась в команду — она стала доминирующей скоростной горнолыжницей мира, поднимаясь на пьедестал почти каждую неделю.

Самым безопасным решением было бы сбавить обороты и поберечь себя в предолимпийские недели. Но Вонн никогда не выбрала бы такой путь, когда впереди манят адреналин скоростей под 130 км/ч, горный склон и победа внизу трассы.

Поэтому она вышла на старт в Кран-Монтане, Швейцария, на прошлых выходных — так, как умела только она. Мощный старт, несколько секунд — и она уже летела в защитные сетки. Очередной вертолет, а затем жестокий вердикт: очередной разрыв передней крестообразной связки, на этот раз — в левом колене.

Для большинства на этом все бы и закончилось. Но Вонн знала другой путь — тот самый, который привел ее к 84 победам на этапах Кубка мира, больше лишь у Микаэлы Шиффрин в истории женского горнолыжного спорта.

Давить до предела. Полный газ. Играть по-крупному — даже если это снова означает путь домой или еще один полет на вертолете.

«Я всегда выходила за границы возможного, — сказала Вонн во вторник. — А когда ты постоянно идешь на предел, ты падаешь. И я травмировалась больше раз, чем мне самой хочется признавать».

Она знала еще на старте, что ее партнер по команде Бризи Джонсон выдала молниеносный заезд, преодолев безумный 2,6‑километровый спуск за 1 минуту 36,10 секунды. Вонн побеждала на этой трассе 12 раз. Она прекрасно понимала, что именно потребуется для победы.

И она поехала. Рванула со старта и промчалась первые виражи, выбирая самые агрессивные траектории — те самые, которые всю ее карьеру вели либо к триумфу, либо к падению.

Без сожалений. И на своих условиях. Это было главное. И по-другому для Линдси Вонн просто не могло быть.