Трагедия за кремлёвскими шторами: почему внучка Брежнева отправила в психбольницу и мать, и дочь

Имя Леонида Ильича Брежнева для нескольких поколений — символ эпохи. Эпохи стабильности, партийных съездов, тяжёлых орденов на пиджаке и государственной мощи. Но за фасадом «застойного благополучия» скрывались личные драмы, о которых долго предпочитали молчать. Одной из таких трагедий стала судьба его внучки — Виктории Филипповой.

Она умерла в январе 2018 года в Москве. Ей было 65 лет. Последняя стадия онкологического заболевания не оставила шансов. Всю жизнь Виктория избегала публичности, не давала интервью и старательно держалась в тени громкой фамилии. Но незадолго до смерти она решилась рассказать о самом болезненном — о том, почему ей пришлось отправить в психиатрическую больницу сначала собственную мать, а затем и дочь.

Эта история — не сенсация и не жёлтая хроника. Это рассказ о сломанной семье, об ответственности, от которой нельзя отказаться, и о цене, которую платят потомки сильных мира сего.

Детство при генсеке: строгость, забота и тишина

Виктория родилась в семье Галины Брежневой — дочери генсека, и циркового артиста Евгения Милаева. Девочку назвали в честь бабушки — Виктории Петровны Брежневой. Родители постоянно гастролировали, и с семимесячного возраста воспитанием внучки занялись дедушка и бабушка.

Она росла на даче, в атмосфере строгого порядка и семейной замкнутости. Леонид Ильич в её воспоминаниях — не «вождь», не партийный функционер, а тёплый, ласковый дед, который любил семью и не выносил суеты.

«Мне не нравится, когда говорят “последние дни Леонида Ильича”. Он просто заснул — и его не стало», —

говорила Виктория.

Возможно, именно эта ранняя близость с дедом и ощущение ответственности за близких сформировали в ней черту, которая позже станет определяющей: способность брать на себя тяжёлые, непопулярные решения.

Галина Брежнева: путь от блеска к разрушению
Отношения Виктории с матерью — Галиной Брежневой — всегда были сложными. Яркая, эксцентричная, привыкшая к вниманию и роскоши, Галина не вписалась в роль спокойной матери и бабушки. Переломным моментом, по словам Виктории, стал роман с Марисом Лиепой.

«Мама была неглупой женщиной, пока не начала пить… Потом мама пила очень сильно», —

вспоминала она.

Алкоголь разрушал не только здоровье, но и жизнь вокруг. В квартире появлялись случайные люди, подруги, сомнительные знакомые. Исчезали драгоценности, обстановка становилась опасной. При этом Галина категорически отказывалась жить с дочерью, а принудительно удерживать взрослого человека Виктория не имела права.

Выбор был страшным: либо позволить матери медленно погибнуть, либо попытаться спасти её, даже ценой семейного разрыва. Виктория приняла решение, которое позже осуждали многие:

«Я не могла позволить ей умереть под забором».

Так Галина Брежнева оказалась в психиатрической больнице — не из мести, не из расчёта, а как последняя попытка остановить падение.

Дочь на улице и повторение трагедии

Но судьба словно замкнула порочный круг. В годы перестройки и после распада СССР семья оказалась под серьёзным давлением. Привилегии исчезли, имущество делилось, квартира была разменяна на две маленькие. Денег Виктория не получила.

Её дочь — тоже Галина — оказалась в крайне уязвимом положении. Некоторое время она фактически жила на улице: летом — на детских площадках, зимой — в подъездах. Для матери это стало вторым нравственным ударом.

«Оставить её на улице — значит подвергнуть опасности», —

объясняла Виктория.

Так дочь тоже оказалась в психиатрической клинике. Не как наказание, а как попытка защитить и дать шанс на лечение. Это решение окончательно закрепило за Викторией репутацию «жестокой», хотя на деле она оставалась единственным человеком, который брал на себя ответственность.

Примирение и одиночество

Парадоксально, но именно перед концом жизни в семье наступило относительное примирение. Отношения с дочерью стали спокойнее. Виктория помогала ей деньгами, подарила пять тысяч рублей на Новый год — жест скромный, но символичный.

Свой смертельный диагноз она скрывала до последнего. Внуков у неё не было, продолжения рода — тоже. Она ушла тихо, как и жила, оставив после себя не наследство, а тяжёлую историю выбора без хороших вариантов.

Цена фамилии

История Виктории Филипповой — это иллюстрация того, что громкая фамилия не спасает от одиночества, болезней и трагедий. Более того, она нередко усугубляет их. Потомки советской элиты оказались не готовы к новой реальности, а личные слабости, ранее скрытые системой, вышли наружу с разрушительной силой.

Виктория Брежнева-Филиппова не была публичным человеком и не стремилась оправдаться. Она просто рассказала правду — тяжёлую, неудобную, человеческую. Правду о том, как иногда любовь выражается в решениях, за которые потом платишь всю жизнь.

И, возможно, именно в этом — самая настоящая, не парадная драма семьи Брежневых.

The post Трагедия за кремлёвскими шторами: почему внучка Брежнева отправила в психбольницу и мать, и дочь appeared first on FTimes.ru - свежие новости России и мира сегодня.