История №4 за 15 января 2026
И вот, в процессе кобеляжа, я решил ошеломить её разудалым гусарством и безудержным кутежом, и пригласил в настоящий ресторан, не помню как называется, что-то типа «Охуенные понты за много денег имени авторской кухни Жан-Поля Хуйкина».
И вот я в белой рубашке, в брюках, в начищенных туфлях, с выражением лица короля эльфов, сижу напротив дамы сердца среди золотых завитков, канделябров, бархата и прочей серебрянки. К нам строевым шагом подходит официант и голосом артиста Верника, обнажая все сто восемьдесят два зуба, предлагает выбрать пищу из меню. А ежели вы вина хотите, говорит официант Верник, то я вам сейчас приглашу сомелье. Это, типа, вообще самый распиздатый сомелье восточного полушария. Лучше него никого, кроме одного чувака из Калифорнии, но и тот помер, обпившись самогоном. А я же, типа, гусарствую, вот и говорю, давай сюда вашего сомелье или как его там! Изволю!
И вот подходит сомелье. Шёл он так, как-будто к нам идет виконт Деваляй, чтобы отпиздить за непослушание, потому что мы говно и холопы. И смотрит на нас, соответственно, как Ивлеева на дешевую бижутерию.
В руках он нёс бутылку вина, покрытую мхом, пылью, грязью, тиной и по-моему специально обмазанную говном.
— «Могу посоветовать вам это охуительно старинное вино из императорских подвалов бургундского графства Сент- Блядье де Пиздье. Это лучший выбор в нашей винотеке, потому что оно сочетается с морскими деликатесами, мраморной говядиной и сосисками «Микоян».
У меня возник только один вопрос: Хватит ли в моей семье почек, чтобы расплатиться за этот благородный, сука, напиток. Я, конечно, эту принцессу полусвета вожделею всячески, но, вот прямо на любые жертвы идти не готов. Но спросить я этот вопрос не успел, потому что это мудило в бабочке уже откупорило бутылку ловким движением штопора и сунуло мне пробку под нос — на, блядь.
— «Это чего вы мне в нос всякую хуйню суете?" — спросил я с возмущением—Что здесь происходит? Это солидное заведение или привокзальный шалман?
А сомелье ни грамма не смутившись отвечает:
— Вы нюхайте, нюхайте пробочку-то.
Ну, я понюхал. Пробка, как пробка. На хуя мне вы ее даете вообще? Что мне теперь её тебе в жопу вставить?
А тот уже в какой-то огромный бокал плеснул вина, пошерудил, понюхал и глоток хуяк и сделал.
Ничего себе думаю, блядь, какой-то разбой посреди бела дня. Мне это вино, небось за много миллионов денег, предлагает, да ещё и сам его же и подбухивает!
— Вы — говорю ему — Ещё ко мне домой придите, у меня в холодильнике котлеты есть, ну, хуле мелочиться, сожрите и их, чего там. Раз уж моё вино пьёте! Пошли, Анжела, отсюда! Я думал тут ресторан для благородных господ и прекрасных дам, а тут наебалово и никакого понятия о высокой кухне!
Сомелье возмущенно стал лепетать, мол, я, как профессионал, обязан пробовать напитки, да вы, видимо, никогда в приличных заведениях общепита и не были, раз такое говорите.
— Что значит не был?! Побольше вашего был! Тоже мне авторская кухня! Тьфу на вас! Вот форменным образом харьк вам в рожу! Крошка-картошка и то лучше!
Короче, еле угомонили меня. Объяснили, что так, мол, положено. Хоть я с этими правилами и не согласен совсем, но ради прекрасной дамы дебош устраивать не стал.
Вино мы за этим халявщиком допили, конечно. Ну, не знаю. Он там что-то плёл про купаж, нотки тропических фруктов и дичи, выращенных на южных склонах Гималайских гор среди бескрайних долин средней Сахары, но я повторю. На вкус это было вино. Примерно, как мой сосед дядя Толик гнал из червивых яблок, но только ещё кислее.
А вот цена… Когда мне принесли счёт, я получил инфаркт, но вида не подал. Одним словом, ебал я ваш маркетинг. Савиньон-хуйвеньон, шардоне-хуйнане.