Сам кузнец своего счастья

В 10 лет Алексей Кузнецов попал в деревенскую кузницу и пропал. Точнее, нашел свое призвание – любимое дело на долгие годы. Он, словно оправдывая свою фамилию, стал ковать. Жар горна и грохот молота по наковальне ему милее непыльной работы в офисе Кузнец не только создает уникальные вещи из металла, но и пытается научить своему мастерству других людей. В его кузнице в Заволжье проводятся семейные мастер-классы, пленэры для мастеров ковки из других городов страны. Такие разные гвозди

На выставке-продаже изделий рыбинских ремесленников в музее-заповеднике на прилавке с сувенирами лежат гвозди. Кованые, четырехгранные, длиной в половину ладони. Кажется, кому может понадобиться такой необычный подарок? Вот мужчина, явно приезжий, выбирает себе сувенир на память о Рыбинске. Говорит: «Хочу гвоздь. Буду его в кармане носить».

Алексей Кузнецов, который собственными руками кует такие гвозди, улыбается – ну что ж, пусть будет так.

— Хотя их можно по прямому назначению использовать – доски сколачивать или в качестве крючков для одежды использовать, — рассказывает кузнец.

Алексею повезло – дело жизни, профессию, которая увлекает, он нашел еще в детстве. Однажды он случайно попал в деревню. Слоняясь по улице, мальчишка забрел в местную кузницу и обомлел. Его буквально заворожила обстановка – темное помещение, в центре которого, словно пылающее сердце, стоял горн, возле него колдовали кузнецы.

— Я увидел, как внешне легко они управляются с нагретым металлом. Сталь казалась мне такой податливой. Меня это заворожило настолько, что попросился помогать мастерам. Сперва работа моя была из разряда «принеси-унеси». Одновременно смотрел, как и что делают взрослые, запоминал, учился понемногу, — вспоминает Алексей.

Когда повзрослевшего подмастерья стали подпускать к горну, давать самостоятельно греть металл, он решил, что во взрослой жизни обязательно станет работать с железом. К тому времени он уже понял, как с ним управляться, перестал бояться раскаленной стали, привык к жару кузни.

Получив образование слесаря, Алексей устроился в частную кузницу. Работая, он каждый раз убеждался, что в ковке неограниченный простор для творчества. Можно делать утилитарные бытовые вещи, можно скульптуры с тонкой проработкой деталей – девушек в летящих платьях, миниатюрные фигурки животных.

За годы работы кузнец попробовал делать все, что позволяет металл. Ко всем вещам у него трепетное отношение, ото всех он ощущает живую положительную энергетику.

— Кроме ножей, — говорит мастер. — Холодное оружие я умею делать, но не люблю. Один из моих наставников говорил, что созданный нож обязательно хлебнет крови. В этом я неоднократно убеждался на собственном опыте. Сделаю холодное оружие – обязательно им порежусь. Не хочу, чтобы таких вещей в мире становилось больше.

Достигнув определенного уровня мастерства, он решил, что хочет работать на себя, делать заказы, которые нравятся, и в 26 лет открыл собственную кузню. Это ему советовали и его наставники, которые видели в нем потенциал. Дополнительно подстегивало Алексея и то, что он хотел сохранить и приумножить такое живое ремесло, как ручная ковка, показать людям, что ручная работа никогда не заменит штампованный железный ширпотреб.

Начинал в гараже.

— Для кузни места много не нужно. Главное, чтобы было, где поставить горн и наковальню, и можно работать. Когда я участвовал в празднике топора в Томске, видел, как кузнецы работали в маленьких комнатках, где находился только самый необходимый набор инструментов, — рассказывает кузнец.

Первый заказчик Алексея попросил сделать кованые решетки для бани. Именно такие изделия – ограждения, решетки, перила – Алексей поначалу делал чаще всего. Особенно ему нравится работать над металлическими узорами на изделиях – фигурными листьями, цветами, завитками. Не штампованные, а вычурно согнутые тисками. Дело это непростое. Кузнец должен не только владеть инструментом, учитывать температуру металла, но и иметь представление о прекрасном, знать правила золотого сечения, чтобы украшения выглядели эстетично.

Когда стало очевидно, что нужно расширяться, он открыл кузницу в производственных помещениях рядом со старой бурлацкой больницей в Заволжье. Здесь мастер начал делать небольшие кованые изделия, в том числе сувенирные гвозди, ложки для обуви – тяжелые, с витыми ручками.

Кажется, что человеку, который ловко управляется с огнем и металлом, под силу сделать любую вещь. Ан нет. Кузнецов говорит, что не умеет подковывать лошадей. Оказывается, эта работа, с которой у обывателей прочно ассоциируется кузнечное ремесло, особая и очень сложная. На нее нужно специально учиться, потому что для подков лошадей используются особенные гвозди – прямоугольные. Мастера делают филигранную работу, в результате которой шипы точно входят в отверстия на копытах лошадей.

— В старину кузнецы, занимавшиеся подковкой лошадей, специализировались только на этом деле. Никаких других кованых вещей они не изготавливали, — рассказывает Кузнецов. Куйте пока горячо

Кузнецов любит повторять – исстари не зря считалось, что найти подкову – к удаче. Железо, из которого она сделана, всегда в цене, из него можно изготовить полезную или красивую вещь. Алексей мечтает научить своему ремеслу многих людей, чтобы древнее искусство не умерло. И такие опасения не напрасны. Ручная ковка сейчас активно вытесняется штампованными изделиями, в основном китайскими, не самого высокого качества. Алексей показывает две заготовки для решетки из металла – одна выглядит весомой, добротной, завитки декоративного листочка хорошо проработаны, другая будто сделана из фольги.

— Есть кованые вещи, которые «штамповка» никогда не вытеснит. Даже на промышленном производстве, где все автоматизировано, — считает Алексей. — Например, нужно сделать деталь для двигателя самолета – кольцо большого диаметра. Оно должно быть цельное. То есть нельзя взять железную палку, согнуть и в месте стыка сварить. Если взять огромную болванку и из нее выточить это кольцо, то полтонны металла уйдет в отходы. Ковка хороша тем, что маленькую металлическую болванку можно нагреть, растянуть и сварить так, что в итоге получится цельное кольцо без зазоров и стыков, — делится нюансами работы мастер.

На территории кузницы он проводит мастер-классы для школьников. В мастерской ребята сами выковывают себе небольшие брелоки.

— В конце августа открою помещение, где буду проводить семейные мастер-классы по ковке. Сюда смогут приходить родители с маленькими детьми – занятие найдется всем, — говорит о планах кузнец.

Еще одна его мечта – открыть на территории кузницы выставку истории ручной ковки. Оказывается, существует несколько видов этого древнейшего искусства, и у каждого есть свой яркий представитель. Например, особняком среди изделий известных мастеров ковки стоят работы испанского архитектора Антонио Гауди. В основном художественные произведения ковки тяготеют к классике и модерну, как к наиболее искусно украшенным и декорированным стилям. Эти мотивы встречаются в оформлении большинства знаменитых кованых шедевров. Гауди также был приверженцем стиля «модерн», но выбирал для своих творений более необычные, странные, причудливые сюжеты и формы, которые и по сей день поражают воображение зрителей.

— Сделаю экспозицию с фотографиями и примерами работ признанных мастеров ковки, — обещает Алексей Кузнецов.