Танцы на граблях: Иркутяне спасаются от губернатора-спасателя
Все хорошие губернаторы хороши одинаково, все плохие губернаторы плохи по-разному. Хлёсткая фраза, да? И сразу о русской классике напоминает. Ай да автор Царьграда, ай да сами знаете кто! Но в самом деле, кому интересно разбираться в том, что получается, а что не получается у губернатора, если он на хорошем счету? Получается – и слава Богу. А вот плохие губернаторы в России бывают, в общем, только трёх видов. Те, которые слишком много и явно воруют. Список отправленных на нары удлиняется от года к году. Те, кто не может справиться с задачами, поставленными федеральным центром. И те, кого не принимают избиратели региона, прокатывают на выборах, голосуя за кого попало, только чтобы не за это чудо природы.
В Иркутской области выборы. Врио губернатора Игорь Кобзев, назначенный в декабре 2019 года, должен 13 сентября стать полноценным губернатором. Должен, но вряд ли станет: очень велик шанс, что он проиграет в день голосования депутату Государственной думы от КПРФ Михаилу Щапову. Не потому проиграет, что Щапов так уж хорош, а потому, что назначенный Кремлём врио не пришёлся в регионе ко двору.
Условно-красный регион
До Игоря Кобзева губернатором Иркутской области был коммунист Сергей Левченко. Левченко, в свою очередь, в 2015-м обыграл на выборах Сергея Ерощенко. И Левченко, и Ерощенко были прежде всего иркутянами, представителями двух враждебных друг другу, но в равной степени укоренённых на территории кланов местной элиты. Победа Левченко не была абсолютной: все четыре года, что он управлял регионом, он находился меж двух жерновов. Ему не благоволил федеральный центр из-за того, что стал губернатором, переиграв человека, которого на выборы благословил президент, назначив исполняющим обязанности. На него непрерывно нападала та часть местных элит, которая считала, что губернатор у региона мог бы быть и получше.
Последней соломинкой, сломавшей спину этого политического верблюда, стала чрезвычайная ситуация в городе Тулуне и его окрестностях. Наводнение уничтожило 5,5 тысячи жилых домов, подтоплено оказалось вдвое больше. Погибло 26 человек, всего людей, которые в той или иной степени пострадали, лишились всего имущества или части, насчитывали до 50 тысяч. Общий ущерб оценили в 35 миллиардов рублей.
ЧП было федерального значения, и действия губернатора по ликвидации его последствий федеральный центр в конечном итоге признал неудачными. Особенно жёстко о действиях Левченко высказывалась спикер Совета Федерации Валентина Матвиенко.
В декабре 2019 года Сергей Левченко подал в отставку. На смену ему прислали Игоря Кобзева. И тот сразу попал в политическую ловушку.
Отставка Левченко была, мягко говоря, неоднозначной. Во-первых, сторонники губернатора и даже он сам открыто говорили о том, что заявление об уходе написано под давлением. Во-вторых, через некоторое время после этого Левченко совершил беспрецедентный для отставленного губернатора поступок: попросил у президента разрешения участвовать в следующих выборах (обычно разрешения просят успешные губернаторы, и одобрение президента – как бы официальный старт новой предвыборной кампании). Никакого разрешения, разумеется, не случилось, но с этого момента рассматривать ситуацию в Иркутской области иначе, как политический кризис, не получается.
Левченко совершил беспрецедентный для отставленного губернатора поступок: попросил у президента разрешения участвовать в следующих выборах. Фото: Максим Григорьев/ТАСС
Регион оказался расколот: Левченко по-прежнему является лидером части местной политической и экономической элиты и пользуется определённой популярностью у населения. Более того, возвращения к власти его самого и его клана многие здесь ждут. Противники Левченко это прекрасно понимают – и ведут на его место своего кандидата, Михаила Щапова. Тоже формально коммуниста и человека, способного собрать большинство голосов иркутских избирателей.
А назначенный президентом врио губернатора оказался не игроком, а всего лишь фигурой на шахматном поле иркутской политической борьбы.
Самый известный и оригинально мыслящий иркутский публицист, историк Сергей Шмидт описал ситуацию в регионе таким образом: "1. Сторонники коммуниста С.Г. Левченко должны 13 сентября голосовать за беспартийного И.И. Кобзева, потому что победа Кобзева – это шанс на то, что бизнес-политическое семейство Левченко когда-нибудь вернётся к власти. 2. Противники коммуниста С.Г. Левченко должны 13 сентября голосовать за коммуниста М.В. Щапова, потому что победа Щапова – это самая надёжная гарантия того, что династия Левченко не вернётся к власти никогда. Иркутянам не привыкать к парадоксам и гибридности региональной политической жизни, но этот парадокс гибридности - один из самых крутых".
Игорь Кобзев. Недополитик, перебюрократ
Но как же так вышло, что назначенный президентом губернатор – не субъект региональной политики, а игрушка в чужих руках?
С точки зрения российской бюрократии, губернатор – это высшее должностное лицо региона. ВДЛ. Именно такую аббревиатуру используют в разговорах чиновники администрации президента, особенно из политического блока. Никакой необходимости в этом нет, но надо же как-то отличаться от профанов, никогда не ступавших по главным ковровым дорожкам страны. Профаны говорят "губернаторы". Профессионалы говорят "вэдээл". Так, 12 декабря 2019 года Игорь Кобзев, генерал-полковник внутренней службы, кадровый военный, заместитель министра чрезвычайных ситуаций России, был назначен временно исполняющим обязанности высшего должностного лица Иркутской области. Врио ВДЛ, стало быть.
И это оказался самый сложный и опасный пост в его сложной и опасной карьере. Не справился он с регионом. Точнее, не сумел понравиться региону.
Кобзев не герой-спасатель. Он действительно работал в МЧС. Но по сути своей работы он бюрократ. Фото: Сергей Ведяшкин/АГН "Москва"
У нас ведь как? "Не по-хорошему мил, а по милу хорош", как гласит русская пословица. Пиарщики иркутского врио ВДЛ пословицы помнили и попытались сделать так, чтобы Игорь Кобзев понравился жителям региона. Не преуспели.
Кобзева подавали иркутянам как человека, который наверняка способен справиться именно с теми проблемами, которые оказались неподъёмными для его предшественника. Ну в самом деле, Левченко же погорел на ликвидации последствий природной катастрофы в Тулуне и окрестностях. Кобзев – замминистра МЧС. Бравый генерал-спасатель. Значит, профессиональных сложностей у него в этом направлении не может быть, а избиратель его полюбит именно как героя, который со всеми своими героическими регалиями приехал из центра и "молча поправил всё".
Проблема в том, что Кобзев не герой-спасатель. Нет, он действительно работал в МЧС. Но по сути своей работы он бюрократ. Собственно, полная противоположность герою. Учился в высшем военном авиационном инженерном училище. Работал "в кадрах" другого училища. Был на чеченской войне - в биографии сказано: "Принимал участие в вооружённом конфликте на территории Чеченской Республики". Что совершил там, не указано. Ещё сказано, что "руководил ликвидацией крупного техногенного пожара в Воронежской области". В 1998 году. С 2000 года работает в гражданской обороне и МЧС. Опять-таки кадры, воспитательная работа. В конце концов дослужился до заместителя министра, а затем был "брошен на регион".
Кобзева подавали иркутянам как человека, способного справиться с теми проблемами, которые оказались неподъёмными для Левченко, погоревшего на ликвидации последствий природной катастрофы в Тулуне. Фото: Russian Government/Global Look Press
В профессиональных компетенциях врио сомнений не возникает, да и с какой стати. Он в самом деле опытный руководитель, профессиональный начальник. Справится с любой задачей, которая ему профессионально понятна.
Беда в том, что в Иркутской области у него две задачи, а не одна. И одна из двух непонятна. Ему надо сделать то, что не сумел Левченко как губернатор, отвечающий за безопасность жителей региона. И при этом понравиться жителям, чтобы они проголосовали за.
Со второй задачей генерал-полковник, похоже, не справляется совсем.
В публичном поле Кобзев, как и положено кандидату на сложных выборах, всё время повышает ставки. И зря. Вот 30 июля президент обещает в скором будущем посетить Тулун и посмотреть, что там происходит. Кобзев говорит президенту: "Там народ просто сам не верит, что происходит, для них это сказка". Хвастается, значит, ВДЛ непосредственному начальнику. С бюрократической точки зрения, всё правильно делает. С точки зрения публичной политики – роет себе могилу. Во-первых, правильно в таких ситуациях сделать так, чтобы губернатора хвалили сами избиратели. Этого, уж простите за цинизм, не так трудно добиться в провинции, чтобы несколько живых, настоящих избирателей похвалили своего губернатора. Сам себя губернатор хвалить не должен.
Во-вторых и в главных, он ни в коем случае не должен на ровном месте оскорблять своих избирателей – тех самых людей, которым его прислали помочь. Что значит "для них это сказка"? Дикие люди жили в Тулуне до приезда Кобзева, слаще морковки ничего не едали, а тут он приехал и осчастливил их? Как они после таких заявлений должны к нему относиться?
Штука-то простая совсем. У людей случилась беда. Дома затопило. Власть должна была им помочь, но не сразу справилась с задачей. Через полгода властного начальника заменили, прислали другого. Прошло ещё полгода – и новому вроде бы есть чем похвастаться. Это прекрасно, но… Но скажи ты, что люди наконец-то получают то, что должны получить, то, что им положено, что власть сделала то, что обязана была сделать. Дождись (или спровоцируй, выборы же) изъявлений благодарности. И прими скромный вид: мол, ну что вы, дорогие мои, это ведь моя работа, я спец по чрезвычайным ситуациям, меня президент в чрезвычайную ситуацию и направил, я не сделал ничего особенного... Вот строители молодцы, которые заканчивают больницу и жилые дома. Они – да. И самое главное – вы молодцы, вы, жители Тулуна, вы, иркутяне, вы не сдались, не опустили руки перед бедой – вот это, я понимаю, чудо. А губернатор – ну, если считаете, что сделал своё дело хорошо, спасибо вам, я постараюсь доверие и дальше оправдывать.
Не думаю, что губернатор глуп или слишком падок на лесть – людей с такими недостатками у нас на высшие должности всё-таки не назначают. Он просто кадровик. А значит, не умеет работать с живыми людьми.
После начала протестов в Хабаровске "доброжелатели" в социальных сетях "оснастили" иркутского врио новым предвыборным лозунгом: "Спасибо, что не Дегтярёв". Это издевательское "спасибо" – ужасный удар. Иркутск не красный на самом-то деле. Нормальный, умный, сравнительно благополучный. Не протестный. Он всего-навсего хочет, чтобы в местной политике боролись за власть местные лидеры. Демонстрируя уважение к живущим тут людям. Это совсем немного. Это почти гарантирует поражение федерального назначенца.