Эксперты объяснили высокую долговую нагрузку зумеров влиянием соцсетей
Кредитный рейтинг молодых россиян стремительно падает. Разрыв со старшим поколением продолжает расти. Опрошенные RTVI эксперты объясняют это не только сложной ситуацией в экономике. Молодежь теряет баллы из-за импульсивных займов, неформальной занятости и просрочек, что вынуждает ее обращаться к микрофинансовым организациям.
Кредитный рейтинг молодых россиян стремительно падает, о чем говорят данные Объединенного кредитного бюро. Разрыв в баллах со старшим поколением, которое демонстрирует финансовую устойчивость, продолжает расти. Опрошенные RTVI эксперты объясняют это не только сложной ситуацией в экономике. Молодежь теряет баллы из-за импульсивных займов, неформальной занятости и просрочек, что вынуждает ее обращаться к микрофинансовым организациям. Так замыкается порочный круг: высокие ставки МФО увеличивают долговую нагрузку и ухудшают рейтинг, загоняя молодых заемщиков в финансовую кабалу.
По данным Объединенного кредитного бюро (ОКБ), средний рейтинг заемщиков до 25 лет в октябре 2025 года опустился до 614 баллов — минус 27 пунктов за год. В то же время у граждан 65+ он стабильно держится на уровне 751 балла с июля. Средний показатель по стране — 707.
Бюро считает персональный кредитный рейтинг (ПКР) по шкале от 1 до 999: чем выше балл, тем ниже риск. Диапазон 534—678 считается «средним». Таким образом, молодежь балансирует в середине этого диапазона, заметно не дотягивая до «высокого» (от 679 баллов), который характерен для более возрастных и надежных заемщиков.
Почему у молодежи падает кредитный рейтинг
Основная причина — в особенностях финансового поведения, из-за которых банки видят повышенные риски, поясняет RTVI Антонина Левашенко, заведующая лабораторией анализа лучших международных практик Института Гайдара.Опрошенные RTVI эксперты выделяют следующие особенности:
Короткая кредитная история. У 18—25-летних может не быть опыта погашения долгов, а значит банкам сложно удостовериться в том, что они действительно будут платить, объясняет Левашенко. Каждая новая заявка и отказ в кредите дополнительно снижают балл — система интерпретирует это как отчаянный поиск денег.
Нестабильные и/или непрозрачные доходы. Среди молодых заемщиков распространена неофициальная занятость — работа на маркетплейсах, в соцсетях, что лишает банки возможности проверить доход, указывает Левашенко.
При этом Банк России ограничивает выдачу кредитов заемщикам с высокой долговой нагрузкой, напоминает Алексей Войлуков, МВА-профессор бизнес-практики по цифровым финансам Президентской Академии. Молодые люди с низкой официальной зарплатой часто попадают под это ограничение.
Импульсивное финансовое поведение. «Для поколения Z кредит превратился из серьезной многолетней ответственности в легкий инструмент сиюминутного потребления — little treats вроде кофе из дорогой кофейни или одежды от модных брендов», — отмечает Дмитрий Вишневский, аналитик «Цифра брокер».
Это подогревается культурой соцсетей и состоянием FOMO (Fear of missing out — страх упустить что-то важное, пока другие живут более успешной насыщенной жизнью), где покупки в долг через сервисы BNPL (Buy Now Pay Later — «купи сейчас, заплати потом») стали нормой, добавляет он.
Сдвиг в «быстрые» продукты. В 2025 году до 27,8% выросла доля лиц моложе 30 лет среди получателей новых кредитных карт. В микрозаймах молодeжь и вовсе стала крупнейшей когортой: 41,4% за десять месяцев 2024-го. Деньги от МФО проще получить, но они же быстро губят рейтинг при малейшей просрочке.
Банки ужесточают отбор
В ответ на риски банки радикально закрутили гайки. В октябре 2025 года доля отказов по заявкам на POS-кредиты (товары в рассрочку) достигла 89,2% — максимума за год. По потребкредитам отказы составляли 76%.«Теперь в приоритете — проверка официального дохода и стажа, а не эксперименты с данными соцсетей. Это проявляется в массовом снижении лимитов и повышении ставок для молодёжи», — констатирует Дмитрий Вишневский.
«Банки физически не могут выдавать кредиты всем и вынуждены выбирать. С одной стороны в условиях ограничений регулятора они чаще предпочитают молодых заемщиков из-за их длинного трудового горизонта. Но именно молодые чаще допускают кратковременные просрочки: могут уволиться из-за неудобного коллектива, сменить работу, временно остаться без дохода и невнимательно относиться к графику выплат. Это и снижает их кредитный рейтинг», — добавляет Алексей Войлуков.
Замкнутый круг: от банков к МФО
Ужесточение требований со стороны банков толкает молодежь к альтернативным, более дорогим источникам — микрофинансовым организациям. Выдачи наличными банками для молодежи сократились вчетверо, подталкивая её к МФО с экстремальными ставками, говорит Вишневский.«При средней зарплате в 87 952 рубля зумерам уже не по силам то, что было доступно миллениалам — машины, квартиры, путешествия. Это усугубляет проблему лудомании: стремление к быстрым деньгам ведет их в МФО со ставками до 292%. На молодых там приходится 85% микрозаймов, что превращает азарт в долговую спираль. Эта парадигма не только подрывает финансовую устойчивость поколения, но и знаменует системный сдвиг в поведенческой экономике», — добавляет он.
Одно из возможных решений проблемы — повышение финансовой грамотности, говорят опрошенные RTVI эксперты. Впрочем, они сходятся во мнении, что точечные меры необходимы, но недостаточны в условиях «дорогих денег» и жестких регуляторных фильтров.
«Усилия начали приносить плоды: уровень финграмотности растет. Однако просветительская работа не всегда удерживает от ошибок — сказывается давление маркетинга, социокультурные факторы (стремление к моментальному потреблению, влияние соцсетей) и недостаток практического применения знаний», — отмечает Дмитрий Вишневский.
Антонина Левашенко предлагает конкретные шаги для системного решения: от обязательных коротких курсов в школах до программ банков по выдаче небольших «тренировочных» кредитов с простыми условиями для наработки рейтинга.
«Молодым людям нужен безопасный опыт: например, попробовать финансовые инструменты на небольших суммах, под контролем родителей или в рамках ограничений, — резюмирует Алексей Войлуков. — В современном информационном шуме теория без практики не закрепляется. Сегодня нужны прикладные форматы, а не только лекции».