Сказочка на ночь
Мне понравилась
Оригинал взят у baysaad в Сказка на ночь
Надень-ка варежки, или Фейкин суд
Вы уже слышали легенды о князе Владимире Чорно Нефтюшка? Так вот шел я из кабака в угрюмочную, да встретил калику пережравшего. Он азохенвайзером в Мосгойшаббате служил раньше. Рассказал он мне новую историю, которой спешу поделиться с вами, люди добрые и не очень.
Правил в давние времена царством Цао и его замкадностями могущественный князь Владимир Чорна Нефтюшка из династии Путерцев.
В царстве своем навел он порядок строгий: малый и большой бизнес задушил, креаклов перебил на Болотной площади и проспекте Сахарном ватными палочками, остальных посадил в тюрьму, прочих же приставил их охранять.
Но мечты у него гораздо большими были.
– Я, – говорил он. – Вам, дебилам-глядь, такую Европу устрою, что от Владивостока до Лисабонска протянется. Вы даже еще не понимаете, что натворили.
А Европа-то страна сказочная. Там геям пенсию дают, да выгоняют их путешествовать, чтобы пролежни не образовывались. А детей водят в зоопарки на занятия по расчленению льва или жирафа – это звери такие заморские, вроде моего кота Гомерчика, только поменьше и не кусаются.
И собрал тут Влад своих броне-бурятов и конно-алтайцев. Выдал им арматы да грады-самострелы. И отправил город Лисабонск брать.
Но не рассчитал одного: по пути-то нужно было страну Сало-ла-ла-ла-ляндию покорить. А не было в мире еще такого завоевателя, которому ее жители покорялись. За это их прозвали небратьями.
– Не брат ты мне, гнида желто-синяя, – так мордорцы в твиторах писали об этом удивительном народе.
Жили-то сами небратья мирно: скакали как припадочные, ели вареники с тестом, потом кастрюли на голову надевали да в желто-синий цвет скамейки красили. Правили ими то пасторы, то кондитеры, а иногда и кучмы с u-щенками.
А тут на них полчища бурятские надвинулись. И потемнело небо от буков и боингов…
Небратья оказались не мамой с папой деланными. Они вылепили из навоза и сала чудесных юдо-богатырей, за свирепость прозванных гробиками. Посадили, значит, они их в главную крепость Эропорт, и стали гробики отбивать атаки броне-бурятские да конно-алтайские. А один из юдо-богатырей даже поразил портрет владовского подручного Кадыр-багатура. И в инстаграме ему лайк не поставил. Два раза.
Помрачнел тут Владимир Чорна Нефтюшка. Пробовал было через Сирию в Европу прорваться, да расхватали его бомбы лыцари из вольного Игильского казачества.
Собрал тогда князь совет своих заплечников. И стал их спрашивать, как ему планы злодейские воплотить.
Долго советники спорили, проекты предлагали. Пока не встал из дальнего угла бывший полицмент, прозванный за решительность вГрызло.
Встал он, да как отрезал:
– Жил, де, в далекой стране Калиция чудесный волшебник. Мольфар, называется. Он раньше в обкоме комсомола инструктором работал, а потом у него чакры открылись. О настоящее видит так же ясно, как и европейские перспективы Украины, которые предсказывал на Майдане одному кондитеру. А боксеру, который мэром Родителя номер один городов русских работал, речи писал твиторские. Так вот ежели у того мольфара совета спросить, то может волатильность прояснится, и амбивалентность устаканится.
Засмеялись заплечники, обрадовались.
– А мольфар этот как раз в Подмосковье коттедж одному бюджетнику достраивает, – это Сурков голос подал. – Я по базе ФМС пробил.
Тут Влад Чорна Нефтюшка послал полицментов посадить того беднягу-бюджетника в темницу за коррупцию, а мольфара притащить в свой дворец – Мавзоленин.
Сказано-сделано. Поставили волшебника перед самим Владом Чорна Нефтюшкой. Тот его тихонько так спрашивает:
- Скажи мне, чудесный любитель бобов,
Что сбудется в жизни со мною?
И скоро ль на радость соседей-хохлов
Мобильно засыплю землею?
И рассказал ему тут мольфар про волшебные варежки.
– Есть, мол, у тебя в Северной Карелии узник совести один. Ходорком кличут. Так вот может он тебе сшить из чистого рубероида чудесные варежки – ходоручки. И вот если ты наденешь их, станут твои арматы несокрушимыми, а гешефты высокомаргинальными…
Обрадовался Влад, дал мольфару как следует мзды, а тот по пути из Мавзоленина стащил еще туалетную бумагу, и мыло жидкое слил в бутылку из-под боярышника.
Послал князь Владимир к Ходорку-разбойнику предложение, от которого не отказываются: или, мол, волшебные варежки мне сшей, или шапочку из фольги надевай.
А Ходорок-то времени и так не терял, и этак. Долго он томился в подземелье, а чтобы не бездействовать, собрал из вилки и велосипедного колеса чудесную машинку, которая иголочку сломала. И по ночам начал немного шить чудесные варежки, как все порядочные нефтяники.
Шил он их, шил, исколол все руки татуировками, а потом и говорит Владу Чорна Нефтюшке.
– Я тут заказ сделал в основном. Но по подкладке оверлоком надо пройти, а я, честно сказать, даже не знаю, что это такое. С этим оверлоком разве что девственница справится.
Забегали тут прислужники князевы, засуетились: где взять девственницу, искусницу, да еще с оверлоком? Иваново уже столько лет город невест, что девственницами там не рождаются, а становятся.
Сначала пробовали к машинке Писек приставить. Тех самых, которые рают. Да больно бестолковыми девки-то оказались. Нам, говорят, что шить, что петь да рисовать. А на деле-то ни петь, ни рисовать. Да и девственницы из них, как из меня раввин Окуловки.
Стали тут искать мастерицу умелую, чтобы варежки дошила. И нашли они деву – Наденьку, воительницу с журналистами, за свирепость прозванную Савченко. Она как раз миномет на детский сад наводила, чтобы снаряды гробики попусту не тратили.
Схватили, значит, Надю ополчеченцы посланные, притащили на суд басмановский. Чтобы видимость законности сохранить.
И стали судьи думать, как бы Надю упечь в Мордорию на срок побольше двушечки.
И вспомнили они, что есть тут за углом одно неадекватское бюро, в котором шьет честным людям дела неадекват один, прозванный за длинный нос Фейкиным. Он, мол, без всякого беспредела Надю упакует на время, необходимое чтобы освоить тот загадочный оверлок.
Фейкин за дело взялся охотно. Да привлек еще к себе спрятчего – известного по всему телевидению игрока в азартную игру «А? Чо? Каво?».
Небратья за Надю переживали очень, боролись. Выбрали ее в Европарламент (это такой гей-клуб с клоунам). Яйцами стены мордорского консульства красили. А вот Фейгин не унывал:
– Двушечка, – говорит. – Этап пройденный. Это вам не детским питанием голодать. Я неадекват опытный, как и Надя умелая летчица.
Суд всем миром слушали: и по зомбоящику, и в фээсбуке. Защита умелой была: они и в твитор писали грозные твиты, и угрожали голодовкой подзащитницы. Вышиванки надевали, песни пели заунывные. В общем, обеспечили Наде рабочее место основательно.
Влад Чорна Нефтюшка по привычке им пакостил: насылал на них коварных бранкеров Бобана и Плекуса. А бранкеры это специально обученные люди такие, они накануне битвы выходят перед свои товарищи, да обзывают обидными словами товарищей, играющих за другую дружину.
Переодевались тогда Бобан Плекусом, а тот наоборот. Да подметные письма Фейкину подметывали… А уж что в социальных сетях творилось, то и вспомнить страшно – у меня волосы на груди аж поседели.
Но и Фейкин дело свое туго знал: добился он, значит, для Нади двадцатидвущечки, заказ тем самым перевыполнив.
И теперь ночью в Мордории можно услышать не только звон портвейновый да песнь о Сереге, Гоге, Магоге и Ван-Гоге, но мерный стрекот швейной машинки. А шьет та машинка не дело уголовное, а князю Владимиру Чорна Нефтюшка волшебные варежки. И когда закончится стрекот швейный, то миру конец наступит, а не тогда когда в календарях майевских написано.
©Николай Шелепов·23 марта 2016 г.
Вы уже слышали легенды о князе Владимире Чорно Нефтюшка? Так вот шел я из кабака в угрюмочную, да встретил калику пережравшего. Он азохенвайзером в Мосгойшаббате служил раньше. Рассказал он мне новую историю, которой спешу поделиться с вами, люди добрые и не очень.
Правил в давние времена царством Цао и его замкадностями могущественный князь Владимир Чорна Нефтюшка из династии Путерцев.
В царстве своем навел он порядок строгий: малый и большой бизнес задушил, креаклов перебил на Болотной площади и проспекте Сахарном ватными палочками, остальных посадил в тюрьму, прочих же приставил их охранять.
Но мечты у него гораздо большими были.
– Я, – говорил он. – Вам, дебилам-глядь, такую Европу устрою, что от Владивостока до Лисабонска протянется. Вы даже еще не понимаете, что натворили.
А Европа-то страна сказочная. Там геям пенсию дают, да выгоняют их путешествовать, чтобы пролежни не образовывались. А детей водят в зоопарки на занятия по расчленению льва или жирафа – это звери такие заморские, вроде моего кота Гомерчика, только поменьше и не кусаются.
И собрал тут Влад своих броне-бурятов и конно-алтайцев. Выдал им арматы да грады-самострелы. И отправил город Лисабонск брать.
Но не рассчитал одного: по пути-то нужно было страну Сало-ла-ла-ла-ляндию покорить. А не было в мире еще такого завоевателя, которому ее жители покорялись. За это их прозвали небратьями.
– Не брат ты мне, гнида желто-синяя, – так мордорцы в твиторах писали об этом удивительном народе.
Жили-то сами небратья мирно: скакали как припадочные, ели вареники с тестом, потом кастрюли на голову надевали да в желто-синий цвет скамейки красили. Правили ими то пасторы, то кондитеры, а иногда и кучмы с u-щенками.
А тут на них полчища бурятские надвинулись. И потемнело небо от буков и боингов…
Небратья оказались не мамой с папой деланными. Они вылепили из навоза и сала чудесных юдо-богатырей, за свирепость прозванных гробиками. Посадили, значит, они их в главную крепость Эропорт, и стали гробики отбивать атаки броне-бурятские да конно-алтайские. А один из юдо-богатырей даже поразил портрет владовского подручного Кадыр-багатура. И в инстаграме ему лайк не поставил. Два раза.
Помрачнел тут Владимир Чорна Нефтюшка. Пробовал было через Сирию в Европу прорваться, да расхватали его бомбы лыцари из вольного Игильского казачества.
Собрал тогда князь совет своих заплечников. И стал их спрашивать, как ему планы злодейские воплотить.
Долго советники спорили, проекты предлагали. Пока не встал из дальнего угла бывший полицмент, прозванный за решительность вГрызло.
Встал он, да как отрезал:
– Жил, де, в далекой стране Калиция чудесный волшебник. Мольфар, называется. Он раньше в обкоме комсомола инструктором работал, а потом у него чакры открылись. О настоящее видит так же ясно, как и европейские перспективы Украины, которые предсказывал на Майдане одному кондитеру. А боксеру, который мэром Родителя номер один городов русских работал, речи писал твиторские. Так вот ежели у того мольфара совета спросить, то может волатильность прояснится, и амбивалентность устаканится.
Засмеялись заплечники, обрадовались.
– А мольфар этот как раз в Подмосковье коттедж одному бюджетнику достраивает, – это Сурков голос подал. – Я по базе ФМС пробил.
Тут Влад Чорна Нефтюшка послал полицментов посадить того беднягу-бюджетника в темницу за коррупцию, а мольфара притащить в свой дворец – Мавзоленин.
Сказано-сделано. Поставили волшебника перед самим Владом Чорна Нефтюшкой. Тот его тихонько так спрашивает:
- Скажи мне, чудесный любитель бобов,
Что сбудется в жизни со мною?
И скоро ль на радость соседей-хохлов
Мобильно засыплю землею?
И рассказал ему тут мольфар про волшебные варежки.
– Есть, мол, у тебя в Северной Карелии узник совести один. Ходорком кличут. Так вот может он тебе сшить из чистого рубероида чудесные варежки – ходоручки. И вот если ты наденешь их, станут твои арматы несокрушимыми, а гешефты высокомаргинальными…
Обрадовался Влад, дал мольфару как следует мзды, а тот по пути из Мавзоленина стащил еще туалетную бумагу, и мыло жидкое слил в бутылку из-под боярышника.
Послал князь Владимир к Ходорку-разбойнику предложение, от которого не отказываются: или, мол, волшебные варежки мне сшей, или шапочку из фольги надевай.
А Ходорок-то времени и так не терял, и этак. Долго он томился в подземелье, а чтобы не бездействовать, собрал из вилки и велосипедного колеса чудесную машинку, которая иголочку сломала. И по ночам начал немного шить чудесные варежки, как все порядочные нефтяники.
Шил он их, шил, исколол все руки татуировками, а потом и говорит Владу Чорна Нефтюшке.
– Я тут заказ сделал в основном. Но по подкладке оверлоком надо пройти, а я, честно сказать, даже не знаю, что это такое. С этим оверлоком разве что девственница справится.
Забегали тут прислужники князевы, засуетились: где взять девственницу, искусницу, да еще с оверлоком? Иваново уже столько лет город невест, что девственницами там не рождаются, а становятся.
Сначала пробовали к машинке Писек приставить. Тех самых, которые рают. Да больно бестолковыми девки-то оказались. Нам, говорят, что шить, что петь да рисовать. А на деле-то ни петь, ни рисовать. Да и девственницы из них, как из меня раввин Окуловки.
Стали тут искать мастерицу умелую, чтобы варежки дошила. И нашли они деву – Наденьку, воительницу с журналистами, за свирепость прозванную Савченко. Она как раз миномет на детский сад наводила, чтобы снаряды гробики попусту не тратили.
Схватили, значит, Надю ополчеченцы посланные, притащили на суд басмановский. Чтобы видимость законности сохранить.
И стали судьи думать, как бы Надю упечь в Мордорию на срок побольше двушечки.
И вспомнили они, что есть тут за углом одно неадекватское бюро, в котором шьет честным людям дела неадекват один, прозванный за длинный нос Фейкиным. Он, мол, без всякого беспредела Надю упакует на время, необходимое чтобы освоить тот загадочный оверлок.
Фейкин за дело взялся охотно. Да привлек еще к себе спрятчего – известного по всему телевидению игрока в азартную игру «А? Чо? Каво?».
Небратья за Надю переживали очень, боролись. Выбрали ее в Европарламент (это такой гей-клуб с клоунам). Яйцами стены мордорского консульства красили. А вот Фейгин не унывал:
– Двушечка, – говорит. – Этап пройденный. Это вам не детским питанием голодать. Я неадекват опытный, как и Надя умелая летчица.
Суд всем миром слушали: и по зомбоящику, и в фээсбуке. Защита умелой была: они и в твитор писали грозные твиты, и угрожали голодовкой подзащитницы. Вышиванки надевали, песни пели заунывные. В общем, обеспечили Наде рабочее место основательно.
Влад Чорна Нефтюшка по привычке им пакостил: насылал на них коварных бранкеров Бобана и Плекуса. А бранкеры это специально обученные люди такие, они накануне битвы выходят перед свои товарищи, да обзывают обидными словами товарищей, играющих за другую дружину.
Переодевались тогда Бобан Плекусом, а тот наоборот. Да подметные письма Фейкину подметывали… А уж что в социальных сетях творилось, то и вспомнить страшно – у меня волосы на груди аж поседели.
Но и Фейкин дело свое туго знал: добился он, значит, для Нади двадцатидвущечки, заказ тем самым перевыполнив.
И теперь ночью в Мордории можно услышать не только звон портвейновый да песнь о Сереге, Гоге, Магоге и Ван-Гоге, но мерный стрекот швейной машинки. А шьет та машинка не дело уголовное, а князю Владимиру Чорна Нефтюшка волшебные варежки. И когда закончится стрекот швейный, то миру конец наступит, а не тогда когда в календарях майевских написано.
©Николай Шелепов·23 марта 2016 г.