Заработал почти миллион на пчелах: народ записывался на мед еще зимой - такие суммы в городе мне только снились
Планы выглядели более чем уверенно. Пасека в двадцать семей, плюс отводки. Прогнозируемая тонна, а то и две отборного меда. Прибыль, приближающаяся к миллиону рублей. Средства на ремонт, на обновление машины. Источник дохода, который десятилетиями поддерживал семьи пчеловодов, казался надежным и стабильным. Но август 2020 года показал, насколько уязвим этот бизнес, зависящий одновременно и от природных условий, и от человеческих решений.
Начиналось всё в другом масштабе. Около десяти лет назад, совмещая основную работу с графиком «сутки через трое» и свободными промежутками времени, было принято решение завести пчёл — по совету знакомого. Казалось, достаточно установить ульи, и медовый поток обеспечен. На практике же понадобился инвентарь, сами ульи, рамки, регулярный труд и поиск покупателей. Постепенно пасека расширялась, круг клиентов становился постоянным. Качество стало главным аргументом: никакого сахара во время медосбора, минимальное использование препаратов. Покупатели ценили подход, заказы оформлялись ещё в зимние месяцы. Сезон 2019-го завершился почти тонной меда и ощутимой прибылью. Планы на следующий год были логичными — рост и развитие, пишет автор дзен-канала Сельский домик.
Неожиданность пришла со стороны, которая раньше не вызывала опасений. Местное сельхозпредприятие, работавшее без особой системности и с постоянно меняющимися владельцами, решило обработать поле цветущего бурьяна современной химией. Прежде агроном звонил пчеловодам, предупреждая о таких работах. В 2020 году ограничились объявлением на дверях магазина. Увидели его немногие. Хозяин пасеки в тот момент был в отъезде. Вернувшись, обнаружил у ульев большое количество мёртвых пчёл. Сохранилось только десять семей, причём сильно ослабленных. Оспорить действия предприятия не представлялось возможным — формально уведомление было.
Весна 2020 года не принесла облегчения. Из десяти семей перезимовало лишь пять. Приобретение отводков осложнили ограничения на передвижение из-за пандемии. К этому добавились погодные факторы: раннее цветение, за которым последовала засуха. Пчелиные семьи не успели развиться до нужной силы. Попытки вывести маток не увенчались успехом, покупные тоже не приживались. В ряде случаев семьи просто покидали ульи без очевидной причины.
Вместо ожидаемых тонн меда удалось получить всего несколько банок. Экономический результат оказался несопоставим с затратами труда и средств. Вместо реализации планов год завершился потерями и вопросами о целесообразности продолжения работы в условиях, когда труд пчеловода так зависим от сторонних решений и природных факторов. Опыт показал: доходы могут быть высокими, но риски — ещё выше.