Aktuálně (Чехия): Путин мог предложить изменения, побоявшись преследования. Все может выйти у него из-под контроля

В прошлую среду президент Владимир Путин предложил ряд изменений в Конституцию, а после этого неожиданно подал в отставку кабинет премьера Дмитрия Медведева. Глава Кремля планирует расширить полномочия председателя правительства и обеих палат парламента. Чего ждать от новой расстановки сил в России? И интервью «Актуалне» на этот вопрос отвечает Бен Нобл (Ben Noble), эксперт по российской политике из британского Университетского колледжа Лондона.

Aktuálně: Чего Путин добивается этой рокировкой во власти?

Бен Нобл: Насколько мы знаем, прежде всего, того, чтобы остаться в живых и сохранить контроль над своим имуществом. Кроме того, сейчас решается так называемый «вопрос 2024», то есть вопрос о том, что будет, когда закончится его президентский мандат. Из послания ясно, что этот вопрос занимает и элиты, которые окружают Путина.

— Он действует по какому-то тщательно продуманному плану?

— Он намного лучше представляет себе свой план, чем все остальные. По характеру он человек замкнутый, и, кроме того, он сознает, что, сохранив некоторую неопределенность, сможет удержать власть в своих руках. Каждый раз, когда он что-то делает, это выглядит стратегически правильным шагом.

— На самом деле это не так?

— Все может выйти из-под его контроля. Политическая система России выстраивалась вокруг его фигуры, но, анализируя ее, не стоит зацикливаться исключительно на Путине. На то, в каком направлении будет двигаться Россия, повлияет целый ряд других факторов.

— Можно ли предполагать, что Путин хочет остаться во власти даже по прошествии 20 лет в роли президента и премьера Российской Федерации?

— Мы не можем быть уверены даже в этом.

— Почему?

— Возможно, Путин предложил конституционные изменения для того, чтобы не позволить будущим президентам его преследовать, когда он уйдет на политическую пенсию. Этого, как правило, боятся все авторитарные лидеры, которые не умирают, оставаясь в должности.

— Есть ли вероятность, что Путин собирается на пенсию? Может ли вообще подобный человек отказаться от власти, или только его смерть может положить ей конец?

— Думаю, он хорошо понимает, насколько трудно было бы передать кому-то власть. С другой стороны, предшественнику Путина Борису Ельцину это удалось. Ельцин выбрал Путина и людей, его окружавших, надеясь именно на то, что Путин, будучи лояльным преемником, не станет его преследовать.

Но Ельцин был крайне непопулярен по целому ряду причин, а значит, и относительно безобиден. Таким образом, Путин вполне может уйти на пенсию, но все-таки более вероятным мне кажется другой вариант: он либо займет другую должность, либо иначе сохранит свое влияние.

— Как вы думаете, захочет ли он после окончания своего президентского срока в 2024 году остаться главой государства?

— По-моему, мы можем быть почти уверены, что нет. Кстати, в том числе из-за его решения ограничить президентские полномочия (согласно предложениям Путина по изменениям в Конституции, у следующего президента будет меньше кадровых полномочий и возможностей переизбираться — прим. авт.). Но я не знаю, какой из вероятных сценариев дальнейшего развития событий он выберет.

— А о каких других вероятных сценариях идет речь?

— В последние годы мы обсуждали с людьми, которые специализируются на России, вариант, при котором Путин вошел бы в Государственный совет. И это согласуется с тем, что он объявил в среду: теперь роль Государственного совета будет закреплена в Конституции.

Интересно, что он заявил об этом в связи с совершенно другой темой — расширением полномочий губернаторов в отдельных российских регионах. На мой взгляд, это своего рода прикрытие для того, чтобы сместить центр власти в сторону премьера и Государственного совета.

— Помимо прочего, Путин решил повысить значимость российского премьера. Может ли Путин снова занять этот пост, на котором он уже побывал в 2008 — 2012 году?

— Это один из вариантов. Но когда он был премьером (особенно в конце), он совершенно утратил интерес к текущим политическим событиям. Путину скучно заниматься экономической политикой и экономикой вообще. Ему интересна внешняя политика и все, что происходит на международной арене. А это, по крайней мере согласно существующей Конституции, вне компетенции премьер-министра.

— Окажет ли вся эта рокировка неизбежные последствия на реальную расстановку сил в России? Или ничего особенно не изменится?

— По закону, в России действует традиционное разделение власти на законодательную, исполнительную и так далее. Но в действительности, как нам известно, работает принцип так называемой «единой цели». С помощью своей партии «Единая Россия», а также с помощью разных клиентелистских сетей и групп интересов Путин может вершить какую угодно власть. Поэтому один из вариантов такой: на самом деле ничего не изменится, и Путин только создает видимость перемен.

— Но не рискует ли Путин, доверяя больше полномочий парламенту? Это может оказать дестабилизирующее воздействие, ведь там заседают те, кто зависит от результатов выборов…

— Все действительно будет зависеть от результатов выборов в этом году. Вполне возможно, что «Единая Россия» не получит большинства, а тем более конституционного.

— Тогда почему вообще все это: отставка правительства, объявление о конституционных изменениях — произошло именно сейчас? Это называют большим сюрпризом.

— Владимир Путин воспользовался возможностью стать тем, кто контролирует ситуацию, кто инициирует изменения, которых хочет российское общество. В прошлом году распространилось мнение о том, что этим желанным новшеством могут стать именно изменения в Конституции.

— А почему в отставку ушло все правительство?

— Во-первых, потому что премьер Медведев — часть системы, которая должна измениться. Кроме того, Путин подстраховался, гарантировав, что вскоре действительно наступят перемены. Вместе с тем Медведев не пользовался популярностью, и уже то, что Путин отстранил его (хотя официально он ушел сам), воспримут позитивно. Во-вторых, это случилось еще и потому, что изменится роль премьера, она возрастет. Путин просто не мог оставить на этой должности того же человека. Ее должно занять какое-нибудь новое лицо.

— Им стал уже бывший глава Федеральной налоговой службы Российской Федерации Михаил Мишустин. Что это за человек?

— У него репутация способного и интеллигентного технократа. Он не слишком известен. У него нет своего круга сторонников, и Путин может быть уверен в его лояльности. Когда-нибудь в будущем он даже может стать президентом.

Но уже появились сообщения о том, что этот человек может быть таким же коррумпированным, как и все остальные. Алексей Навальный, например, рассказал, что супруга Мишустина непонятным образом заработала миллионы рублей.

— То есть Мишустин никак особо не связан с Путиным?

— Насколько нам известно, он не входит в круг его ближайших соратников. Он занимал влиятельный пост, но не располагал какой-то особой неформальной позицией.

— А что, как вы думаете, будет с Дмитрием Медведевым?

— Нельзя сказать, что его назначение заместителем председателя Совета безопасности — головокружительное повышение, но он должен остаться во главе «Единой России». В этом есть свой смысл, поскольку если партия провалится на выборах, Путин снова сможет все свалить именно на Медведева.

— Вы сказали, что к объявленным изменениям Путин отчасти подтолкнула воля народа. Как отреагировала общественность на события прошлой среды?

— Конечно, с меньшим возмущением, чем тогда, когда Путин и Медведев объявили о том, что поменяются ролями. Поэтому после выборов 2011 года последовали массовые демонстрации. Теперь же люди уже смирились с тем, что Путин останется президентом до 2024 года.

Также это объясняет и то, почему он оставил столько неясности в ответах на вопрос о будущем развитии системы. Помимо прочего, Путин не хочет допустить, чтобы в момент, когда встанет вопрос о будущем сильном президенте, обошлись без него. При этом он оставляет себе возможность подстроиться под реакцию общества.

— Получается, Путин сейчас не так силен, чтобы просто сказать: «Все, я буду править, нравится вам это или нет»?

— Конечно, нет. Кремль регулярно, пусть и тайно, поручает изучить общественное мнение в ходе опросов. Нельзя сказать, что Путин творит что захочет, а народ только молча соглашается. Его популярность основывается, в частности, на том, что думает общественность. Конечно, Путин на нее активно влияет, поэтому для него так важно контролировать СМИ.

— Как, по-вашему, ситуация в России будет развиваться дальше?

— Это вопрос на миллион. Глава Избирательной комиссии заявила, что можно безотлагательно провести референдум о конституционных изменениях. Голосование состоится, скорее всего, еще до ближайших выборов, которые запланированы на сентябрь текущего года.

Также создана рабочая группа, которая подготовит проект конституционных изменений. Так Путин визуально отделит конституционные изменения от вопроса о том, что будет после завершения его мандата в 2024 году. Несколько изменится и состав правительства. Вопрос, останется ли, например, Сергей Лавров министром иностранных дел.

На мой взгляд, интересно будет проследить за тем, как Мишустин наладит контакт с председателем парламента Вячеславом Володиным, который сам старается прибрать власть к рукам. Неизвестно, как он будет действовать в будущем.

— Много лет дискутировали о том, кто станет новым сильным лидером, который заменит Путина во главе России. Есть ли сейчас конкретный ответ на этот вопрос?

— Нет. Будут звучать разные имена: и московского мэра Сергея Собянина, и бывшего охранника Путина, и министра экономического развития Максима Орешкина и так далее. Но на самом деле все это лишь предположения. По-моему, если и фигурируют какие-то гипотетические кандидаты, то Путин только рассматривает их.

Бен Нобл

Окончил престижный Оксфордский университет. Работает в Университетском колледже Лондона и Высшей школе экономике в Москве, где занимается исследованиями современной России. Специализируется, прежде всего, на законодательных процессах в авторитарных режимах и преподает курс о современной российской политике и обществе. Является автором ряда статей о политической системе и руководителях Российской Федерации.