Поправки в Конституцию, предложенные вчера президентом Путиным — никакой не «конституционный переворот», которым нас некоторые пугали, и никакое не движение к парламентской республике, на которое некоторые надеялись.

Это усиление власти президента при одной-двух малозначимых «костях», брошенных на потеху парламенту, еще большее ослабление суда, ослабление местного самоуправления и продолжение изоляции России от международного права (именно так Путин понимает «суверенитет»).

Подробный анализ — здесь. Все это — прямое продолжение именно того курса, которым Путин вел страну последние два десятка лет.

На протяжении которых усиливались возможности президента, ослаблялся парламент и урезались права МСУ.

И даже механизм неисполнения решений Европейского суда по правам человека, — при помощи Конституционного суда, устанавливающего якобы невозможность этого без нарушения Конституции, уже придуман и действует.

Главное.

Госдума вовсе не назначает премьером кого хочет. И не может навязать президенту неугодного ему премьера. Она по-прежнему только утверждает кандидатуру, внесенную президентом. И по-прежнему может быть распущена, как сейчас, если дважды ее не утвердит.

Госдума, — чего раньше не было, — утверждает вице-премьеров и министров (и то не всех — часть назначений оставил за собой президент). Но даже тех, кого утвердил парламент, президент в любой момент может снять, ничего не объясняя.

Госдума по-прежнему не может отправить правительство в отставку, не рискуя роспуском. И по-прежнему даже ценой роспуска не может на этом настоять.

Госсовету де-факто передают часть президентских полномочий из статьи 80 — о согласованном функционировании органов власти и определения основных направлений внутренней и внешней политики и приоритетов социально-экономического развития. Скорее всего, ничего кардинально не меняется. То ли Госсовет будет решающим органом, то ли совещательным — пока неясно.

Вводится новая статья 79, с прямой записью о неисполнении решений не только международных судов, но и любых международных органов, если они «истолкованы как противоречащие Конституции». Как уже сказано, это — развитие уже созданного механизма. И будьте уверены, поставят задачу — и новый (его предлагается сократить с 19 до 11 судей) Конституционный суд все, что надо, «истолкует». Правда, эти формулировки видятся расходящимися со статьей 15 Конституции — но оценивать соответствие будет все тот же Конституционный суд.

Включение МСУ в некую «единую систему публичной власти» — это продолжение встраивания МСУ в пресловутую «вертикаль». Опять же, видится расхождение со статьей 12 Конституции, но оценивать его, опять же, будет все тот же Конституционный суд.

Уверен: ничем объективным не вызванное переформатирование Конституционного суда и сокращение его состава (при том, что всех судей, включая председателя и заместителя, будет представлять президент) связано исключительно с желанием Путина обеспечить себе нужную трактовку Конституции после ее правки.

Скорее всего, — так как в его конструкции президент остается решающей фигурой, — он хочет сохранить за собой именно этот пост. Не быть премьером, не быть главой Госсовета — быть президентом.

Исключение слова «подряд» из правила двух сроков, где описано, сколь долго можно занимать президентскую должность, скорее всего, задумано для того, чтобы сказать, что все президентские сроки теперь обнуляются: отсчет пошел заново.

Если кто помнит, двадцать лет назад такой же фокус был сделан с губернаторами — запрет на два срока ввели, но на тех, кто уже по два (а то и по три) срока сидел, он не распространялся.

Вот и теперь в любой момент Владимир Владимирович может сказать, что, оказывается, ему можно править еще два срока.

Потому что прежние сроки не считаются.

А если кто будет сомневаться — Конституционный суд все разъяснит.

В сокращенном и отобранном Путиным составе.

Мой Telegram-канал.