«Есть основания полагать, что это уголовное дело заказное»

«Есть основания полагать, что это уголовное дело заказное» Владимир Ильичев — директор ООО «Регион-транс». В конце 2015 года губернатор Томской области представил его как спасителя областного предприятия «Томскавтотранс», занимающегося пассажирскими перевозками и находившегося на грани банкротства. Ильичева областная власть отрекламировала как миллиардного инвестора. Позже слова «инвестор» все старательно стали избегать. Ситуация на предприятии, по мнению работников «Томскавтотранса», продолжала ухудшаться. Долги оставались. Автобусный парк арендовали по завышенной цене. Так считает следствие. В отношении Владимира Ильичева было возбуждено уголовное дело. Есть ощущение, что в этом деле могут появится новые фигуранты. В интервью Владимир Ильичев дает свою версию происходящего и неожиданным образом дистанцируется от тех, кто в областной администрации этого инвестора поддержал. На ТВ2 Владимир Ильичев пришел вместе с юристом предприятия Еленой Субботиной. Ильичев: По итогам 2017 год выручка «Томскавтотранса» выросла по сравнению с 2016 годом на 33 %, доходы от собственной перевозочной деятельности выросли в 30 раз. Персонал увеличился в общей сложности на 124 человека за 2017 год. То есть, это те показатели, которые позволяли выводить предприятие из кризиса. На 31 декабря 2016 года кредиторская задолженность была у предприятия 86 млн, перед перевозчиками 63 млн. На 31 декабря 2017 года задолженность снизилась до 48 млн, просроченная задолженность перед перевозчиками была ноль рублей. И это тоже был результат работы управляющей компании, которая предоставила автобусы. На них можно было уже зарабатывать. Мы пересмотрели договоры с контрагентами, потому что некоторые из них были явно в пользу контрагентов за счет «Томскавтотранса». То есть, условно говоря, оплату за услуги мы получали на миллион рублей, а людей задействовали для обеспечения этой услуги только по фонду заработной платы на миллион 200 тысяч. В 2016 году выручка с километра была порядка 16 рублей, в 2017 году — выручка с километра – 25 рублей. На 2018 год у нас были все основания получать с километра 31 рубль. И именно эти результаты стали основанием того, что с компанией расторгли договор. Поч ему тогда областная администрация расторгл а с вами договор? Если все становилось только лучше и вы действительно возрождали предприятие? Кто сейчас на маршруты вернулся? Частные перевозчики. Деньги опять уходят частнику. Реально предприятие возродилось – это-то кого-то и напугало. А не могло повлиять на решение областной администрации возбуждение уг о ловного дела? Елена Субботина — юрист ООО «Регион-транса»: Дестабилизировать обстановку на предприятии можно разными способами. И возбуждение уголовного дела – очень хороший способ дестабилизации. Субботина: Мы прекрасно знаем, кто был инициатором возбуждения этого уголовного дела. Каким образом материалы передавались правоохранительным органам. У нас есть основания полагать, что это уголовное дело заказное. Уголовное дело возбуждено в отношении именно Ильичева. Субботина: В основу уголовного дела легло заключение договора аренды по цене, которая якобы превышает рыночную. Но дело в том, что накануне проведения закупочной процедуры, арендная плата была определена самим Фондом имущества Томской области. Не нами! На тот момент эта плата была заявлена выше. Но затем прошло заседание рабочей группы. И вот на заседании этой рабочей группы замгубернатора по промышленности Игорь Шатурный открытым текстом сказал, что арендная плата должна быть 60 тысяч рублей за один автобус и не выше. Так была объявлена закупочная процедура и в качестве максимальной цены указано 60 тысяч рублей в месяц за одну машину. Никто свою заявку на эту закупочную процедуру в итоге не подал, потому что ни у кого на тот момент не было новых автобусов и желания положить свои деньги и потом ждать четыре года, когда они окупятся. Когд а вы пришли, губернатор позиционировал вас как миллиардного инвестора, который при де т и спасет предприятие. Потом слов а «инвестор» стали избегать, называя вас просто управляющей компанией. Что тогда имелось в виду под «миллиардным инвестором»? Ильичев: Мы изначально хотели просто сдавать купленные нами автобусы «Томскавтотрансу» в аренду. Но от областной администрации поступило предложение взять предприятие в управление, чтобы можно было весь процесс контролировать. Чтобы не разворовали. Мы подумали и согласились на это. Составили бизнес-план, в соответствии с которым первоначально для нужд «Томскавтотранса» была заявлена необходимость в поставке 103 единиц автобусов. Это выходили траты порядка 450 млн рублей. Миллиард возник, так как этот проект был рассчитан на семь лет и за это время должна была быть сгенерирована выручка в размере примерно миллиарда. Так все примерно и шло. Платя за автобус в месяц 60 тысяч аренды, предприятие на нем зарабатывало порядка 200 тысяч. То есть, не неся затрат первоначально, предприятия выруливало на безубыточное В ы сначала говорили о плюсах прихода «Регион-транса»: мол, «Томскавтотрансу» с его долгами никто не даст кредиты. А вот мы, дескать, на себя можем кредит взять. Но в результате все кр е диты оф о рмлялись не на «Регион-транс», а на «Томскавтотранс». Так в чем тогда ваша заслуга? Субботина: Им и не давали кредиты. И только под нашим управлением им дали кредит. И поручителями по кредитам выступали третьи лица, вообще не имеющие отношение к предприятию. Только поэтому кредиты и состоялись. А сегодня банк (Промстройбанк), после нашего ухода сказал, что не будет им кредит давать. Вернемся к тому, как все начиналось. В ас изначально, и это всем известно, поддерживал заместитель губернатора Юрий Г урдин. Ч то сейчас случилось? Ильичев: Нас привела другая команда заместителей, когда был еще Резников. Гурдин нас поддерживал, потому что это инвестиционный проект. Это его прямая обязанность. Почему сейчас они пошли на попятную и опять согласились на частных перевозчиков, то ест ь ушли от инвестиционного проекта. Ильичев: Сие нам не ведомо. Но условия в которых «Регион-транс» в течении этих полутора лет работал — это ужас. У нас 24 часа в сутки была задача: то ли прятаться, то ли атаковать, то ли убегать, то ли считать. «Пригородный 3» — почему и это предприятие оказалось сейчас в кризисном состоянии как и «Томскавтотранс», ведь формально это уже отдельное предприятие? Субботина: « Томскавторанс» еще году так в 2005-м под предлогом налоговой оптимизации выступило учредителем нескольких юридических лиц. В том числе ООО «Пригородный 3». Когда мы приступили к работе, «Пригородный 3» стал крупнейшим основным дебитором «Томскавтотранса». На июнь 2018 задолженность его перед «Томскавтотрансом» состояла около 23 млн. «Пригородный 3» — самостоятельная организация, которая имеет собственный договор с областной администрацией, и у которой есть два своих маршрута: 150 (Кисловка) и 118 (Лоскутово). Но учитывая, что пригородные перевозки априори являются убыточными, «Пригородный 3» самостоятельно тянуть эту деятельность не мог. Что делал «Томскавтотранс» все эти годы, он финансировал эту свою условно дочернюю компанию, давая ей постоянно деньги, чтобы перевозки могли выполняться. Ильичев: И этот ком все рос. В итоге два предприятия «Пригородный 3» и «Транс-сервис», когда мы пришли, были должны «Томскавтотрансу» порядка 64 млн рублей. Субботина: И значально мы не думали брать на себя еще и «Пригородный 3», но действующий на тот момент начальник департамента по управлению госсобственностью сказал нам, что не нужно ликвидировать пока дочерние структуры. Учитывая, что это крупнейший дебитор и, если он начнет зарабатывать, то начнет выплачивать «Томскавтотрансу» долг, мы согласились. С этой целью были приобретены 20 автобусов для «Пригородного 3» в ноябре 2017 года. В итоге «Пригородный 3» тоже начал приносить определенный доход. Во время вашего управления «Пригородный 3» фактически перешел к частному лицу: Колесниченко, у которого как у учредителя 80 процентов — он ваш родственник? Ильичев: Да. Но кто еще захочет, когда у предприятия долгов под 30 млн, иметь с таким предприятием отношения. Субботина: Когда мы пришли эти 80 процентов уставного капитала были в распоряжении общества. Это ситуация для юридического лица недееспособная: ни кредит невозможно взять, ни договор заключить. Вот третьем лицу эти 80 процентов и были переданы. Ильичев: Сейчас у «Пригородного 3» 55 автобусов, которые теперь остались без работы. Потому что часть работы, которую выполняло «Пригородный 3» это были маршруты «Томскавтотранса». Сейчас эти маршруты переданы частным перевозчикам. Так что часть водителей и кондукторов остались без работы. У «Томскавтотранса» 26 маршрутов. Из которых 70 процентов никакого дохода не приносят и нас умышленно толкали именно на эти маршруты. Ильичев: Сейчас перспектива у «Пригородного 3» такая же как у «Томскавтотранса» — работы нет и не будет. Субботина: «Томскавтотранс» так и не смог выполнять свои же рейсы, потому что отдельными чиновниками был прямо указано, какие перевозчики будут выполнять те или иные маршруты. Это было с самого начала. Ильичев: Были обозначены перевозчики и маршруты, которые «вам никаким образом переданы не будут», хотя это были маршруты «Томскавтотранса». Поэтому в итоге «Томскавтотранс» у вас арендовал всего 15 автобусов вместо 103, потому что больше ему и не нужны были? Субботина: Практически так. Потому что он не мог выполнять перевозки по части своих маршрутов в силу прямого указания отдельных должностных лиц. Ильичев: Первые автобусы были арендованы у Бауэра (предприятие «ТомАвто») по 75 тысяч рублей в месяц. И ничего, они работают до сих пор. Администрация просит не забирать эти автобусы у Бауэра – вопросы отчего-то не возникают! А у нас за 60 тысяч арендовали — и это оказалось дорого. (Пока обвиняемым по делу о завышенной арендной плате проходит только директор «Регион-транса» Владимир Ильичев — прим. редакции)