Покалеченный сварщик во Владивостоке добивается получения справки об инвалидности. Видеорепортаж Ольги Артемовой
Как приспособился, так и живи. В России под разными предлогами отказываются подтверждать инвалидность тем, кто действительно болен. Правила изменились в конце 2014 года после вступления в силу приказа Минтруда, который ввел балльную систему оценки заболеваний и степени ограничений. Документ создал массу проблем для людей с ограничениями по здоровью. Александр Вашута из Владивостока несколько лет безуспешно пытается подтвердить свою инвалидность. Что мешает?
В 17 лет ему пришлось заново учиться жить. Студент в результате несчастного случая лишился четырех пальцев левой руки.
Александр Вашута, инвалид: «Мне просто руку дернуло, я строгал доску, мне руку дернуло, затянуло туда рукавицу вместе с пальцами. Может, если бы рукавицы не было, так бы, может быть, строганул немного. А так как ее затянуло, и оторвало четыре пальца. Их как размолотило. Они вот так висели, всё повырывало. Приехала скорая помощь, отвезли в больницу, сделали операцию. Всё. Так и остался в 17 лет без пальцев».
Трагедия, первая инвалидность не помешали закончить колледж, найти работу и жену. Без пальцев Александр живет более 30 лет, но в какой-то момент его перестали признавать инвалидом, лишили пособия. И до сих пор ежегодно он проходит медицинские комиссии — унизительную и очень тяжелую процедуру, доказывая врачам всю сложность существования с покалеченной рукой.
Александр Вашута, инвалид: «Три комиссии я проходил, с февраля месяца. Я начал там, пока все анализы собрал. Сначала одна комиссия, потом другая комиссия, потом третья комиссия. Я говорю: «Куда мне дальше идти?» Они говорят, что ну вот, жалуешься. Я написал жалобу в Москву. «А лучше вам туда поехать», — они мне объяснили. Ну, естественно, что в Москву я не поеду, и я жду результатов до сих пор».
Он не просто бьется за свои права, но и наблюдает, как процесс подтверждения губит нервы и души других людей.
Александр Вашута, инвалид: «Когда люди ходить не могут, им оформляют третью группу инвалидности вместо второй, чтобы, ну, не рабочий, человек мог сидеть дома. Я вот сидел с женщиной. Она просто рыдала. У нее слезы текли. Вечно там какие-то крики. Когда ты туда заходишь, они тебе сразу говорят, что мы вас снимаем на видеокамеру, все разговоры записываются. Ну, чтоб ты, если что, если ты будешь там ругаться, может, тебя могут привлечь к ответственности. Ну, поэтому просто злишься и уходишь оттуда».
Сейчас жизнь Вашуты складывается неплохо: он по-прежнему сварщик и очень любит свою работу. Правда, жена не выдержала трудностей быта — живет инвалид в строительном вагончике. Но у него планы на будущее: например, построить собственный дом. Для полного счастья не хватает лишь одного — справедливости.