Откуда взялся миф об аистах, приносящих детей

Новорожденных детей часто изображают вместе с длинноногой остроклювой птицей, называемой аистом. Изображение этой птицы – обычно с болтающимся в клюве узелком – настолько сжилось с младенцами, что мы уже воспринимаем, как само собой разумеющееся, присутствие вездесущего аиста на поздравительных открытках, ползунках и пелёнках.

Но что же стоит за этой ассоциацией аистов с детьми?

Происхождение этого мифа, как и любого другого, сложно отследить, тем более, что он охватывает весь земной шар, появляясь в фольклоре Европы, Америки, Северной Африки и Ближнего Востока.

«Эти крупные и белые птицы ассоциируются с чистотой, их гнёзда большие, заметные и располагаются вблизи жилья человека. Родительское поведение этих птиц хорошо известно людям», — объясняет Рэйчел Уоррен Чедд, соавтор книги «Птицы: мифы, предания и легенды».

Многие популярные источники относят происхождение этого мифа к Древней Греции и к истории о мстительной богине Гере. Согласно легенде, Гера позавидовала красивой царевне Антигоне и превратила её в аиста. Убитая горем Антигона решила вырвать своего ребёнка из рук Геры, и греки изобразили птицу с ребёнком в клюве.

Однако, проводя исследование для своей книги, Уоррен Чедд обнаружил, что в первой версии мифа птица, похищающая детей – это журавль, а не аист. «Сложно определить, какая конкретно птица ассоциируется с древним мифом, поскольку часто происходила путаница между аистом, журавлём и цаплей», — говорит Уоррен Чедд. Такая же история и с египетской мифологией: аисты ассоциируются в ней с рождением мира. Исторически этой легендарной птицей была цапля, но небольшой всплеск воображения мог впоследствии превратить её в аиста.

Пол Квин, преподаватель английской литературы Чичестерского университета в Соединённом Королевстве и редактор исследовательского журнала о фольклоре и сказках, предположил, что связь между аистом и младенцами могла укорениться из-за подобной путаницы видов. «Мне кажется, что связь аиста с младенцами является результатом путаницы аиста с пеликаном», — говорит он. По его словам, европейская средневековая литература связывает большого белого пеликана с католицизмом, возрождением и воспитанием детей. Где-то по пути, эту птицу заменили аистом.

Миграция длиною в 9 месяцев

Какими бы ни были истоки этого мифа, историки, как правило, склонны соглашаться, что идея аиста, приносящего ребёнка, наиболее прочно закрепилась в Северной Европе, особенно в Германии и Норвегии. Во времена эпохи язычников, которая продолжалась по крайней мере до средневековья, пары обычно вступали в брак во время летнего солнцестояния, поскольку лето ассоциировалось с плодовитостью. В это же время аисты начинали мигрировать на юг, пролетая через Европу в Африку, и возвращались весной, как раз спустя 9 месяцев.

«Аисты мигрировали, а потом возвращались, чтобы весной у них вылупились птенцы, как раз в то же время, когда многие дети появлялись на свет», — говорит Уоррен Чедд. Так аисты стали вестниками появления новой жизни, порождая причудливую идею о том, что они приносят людям детей.

С течением времени история развивалась и усложнялась. В норвежской мифологии аисты стали символизировать семейные ценности и чистоту. Основывалось это на ничем не подтверждённой вере в то, что эти птицы моногамны. В Нидерландах, Германии и восточной Европе считалось, что гнездящийся на крыше дома аист приносит удачу и вероятность рождения ребёнка.

В XIX веке миф был популяризован Гансом Христианом Андерсеном в его версии сказки под названием «Аисты». В этой сказке птицы доставали спящих младенцев из прудов и озёр и приносили в достойные семьи. Однако, сказка имела и тёмную сторону: неблагополучные семьи получали в наказание от аиста мёртвого ребёнка.

Сказка несла детям урок морали, а также образовала новую традицию детских сказок – специфической литературы для детей, часто поучительного или религиозного характера.

В викторианской Англии эта сказка стала особенно ценной, как способ скрыть реальность: секс и рождение ребёнка.

Сегодня разговоры о процессе появления ребёнка, возможно, не вызывают такого стыда, но мы всё ещё держимся за миф про аистов, выделяя эту изящную птицу и её центральную роль в семейной жизни. «Люди любят сказки», — говорит Уоррен Чедд. Наше пристрастие к очеловечиванию животных сделало миф об аисте, приносящем детей, одним из самых прочных. В широком смысле он основан на поведении птиц, но также берёт свои корни из человеческих надежд и страхов.