В июне 1884 года Саутхемптон провожал в плавание яхту “Миньонетт”. Яхту построили на Темзе по заказу австралийского миллионера, который собирался исследовать на ней Большой Барьерный Риф. Капитан Томас Дадли подбирал членов экипажа, а заказчик яхты, не дожидаясь, отправился к месту исследования на океанском лайнере. Наконец, яхта тоже взяла курс к берегам Австралии с экипажем в составе капитана Томаса Дадли, его помощника Эдвина Стивенса, матроса Эдмунда Брукса и юнги, совсем неопытного 17-летнего парня Ричарда Паркера.
Этот парень, как и многие молодые люди того времени, сбежал от родителей, чтобы отправиться в морское путешествие. Капитан Дадли записал в своем журнале в день отплытия: “28 июня. Перемена погоды. Вышли в открытый океан. Яхта в порядке, хорошо слушается руля. Юнга - плохой моряк”.
Через две недели на яхту обрушился шторм. Огромная волна ударила в борт, яхта стала тонуть. Люди сумели перебраться в шлюпку, но в панике Ричард Паркер уронил бочонок с водой и ящик с провизией в воду. Капитану пришлось вернуться на тонущую яхту, чтобы посмотреть, не осталось ли там сьестного. Ему удалось найти только две банки консервированной репы.
Этих банок хватило четверым людям буквально на два дня. Однажды капитан привязал складной нож к веслу и ухитрился убить черепаху. Потом удавалось подобным способом добывать рыбу.
Течения и ветры относили яхту все дальше от судоходных путей. Первым не выдержал испытаний юнга. Он начал пить морскую воду и быстро ослабел. Остальные тоже были истощены, но не столь сильно. Капитан Дадли делал все возможное, чтобы поддерживать дух команды.
Яхта дрейфовала уже 16 дней. Похоже, голод и жажда сломили этих людей. Так или иначе, но они начали поговаривать о выборе: или погибнуть от голода, или...
Истории о людоедстве в открытом море среди потерпевших бедствие были известны экипажу яхты. Знали моряки и о точке зрения, согласно которой эти случаи для крайних ситуаций находили оправдание. Капитан Дадли долго размышлял об этой проблеме и мучился сомнениями. Но, в конце концов, решился: предложил тянуть жребий - кем пожертвовать ради спасения остальных. Но к этому моменту юнга настолько ослаб, что впал в бессознательное состояние. И участь его решилась сама собой...
Наотрез отказался участвовать в этом ужасном деле матрос Эдмунд Брукс. Он отошел как можно дальше, в то время как Дадли и Стивенс прочитали над спящим Паркером несколько молитв. Затем Дадли встряхнул его за плечо и сказал: “Просыпайся, мальчик мой, пришел твой час”.
Они перерезали юнге горло и собрали бьющую кровь в ржавый черпак для воды. Затем, изнемогая от обезвоживания организма и чуть ли не сходя с ума от страха и сомнений, выпили теплую кровь. Своим складным ножом капитан Дадли расчленил кровоточащий труп. Брукс, изнывая от голода, не устоял и присоединился к ужасному пиршеству...
“Я усердно молился о том, чтобы Всевышний простил нас за такое деяние, - говорил Дадли, рыдая на суде. - Это было моим решением, но оно было оправдано крайней необходимостью. В результате я потерял только одного члена команды; в противном случае погибли бы все”.
На останках Паркера страдальцы прожили до 29 июля, когда шлюпку заметили с судна "Монтесума". Пока судно приближалось, ни капитан, ни остальные два члена команды яхты не пытались скрыть расчлененные останки своего юного товарища. Капитан “Монтесумы” приказал похоронить останки Ричарда Паркера в море.
6 сентября немцы высадили спасенных в английском Фалмуте. Дадли и Стивенс отметились в таможне, отчитались об утерянном судне и ничего не скрывали. Они считали, что защищены морским обычаем, по которому дозволялось по жребию съесть одного из терпящих бедствие ради спасения остальных.
Когда об этой истории рассказала газета “Таймс” викторианская публика впала в шок, но, как ни странно, нашлись люди, симпатизировавшие обвиняемым.
Особенность ситуации была, однако в том, что жребия–то как раз и не было не было. И получилось, что ради выживания, что допустимо, убили и съели юнгу, но вот убийство–то оказалось предумышленным, а потому наказуемым. Присяжные посовещались и сообщили, что... они не знают, виноваты моряки или нет, и пусть суд без них разбирается. После долгих споров и дебатов присяжные все же признали Дадли и Стивенса виновными в предумышленном убийстве по предварительному сговору и приговорили к смертной казни с рекомендацией о помиловании.
Тут же была подана апелляция, и состоялся новый суд с использованием классического довода - давление обстоятельств. В итоге суд изменил наказание и приговорил обвиняемых к шести месяцам каторжных работ.
За полвека до описанных событий Эдгар По написал “Историю Артура Гордона Пима из Нантакета”. В этой истории фигурируют четверо потерпевших крушение моряков, которые после многодневных страданий и лишений стали тянуть жребий, кому пасть жертвой ради спасения остальных. Короткую соломинку вытянул юнга. Его звали Ричард Паркер!
“Он не оказал никакого сопротивления и мгновенно упал мертвым, когда его ударили ножом в спину, - писал Эдгар По. - Напившись крови, моряки в какой-то мере удовлетворили мучившую их невыносимую жажду, затем, по общему согласию, отделили у юнги кисти, ступни и голову, и вместе с внутренностями выбросили их в море; потом по кусочкам съели тело...”
Фактически их простили: морской обычай и всё такое. Юридически — их признали виновными, невзирая на морской обычай и всё такое.
Так был создан один из важнейших прецедентов общего права: Необходимость не является защитой при обвинении в убийстве.
Ходили слухи, что Эдвин Стивенс, помощник капитана яхты “Миньонетт”, впоследствии сошел с ума; матрос Брукс также погибал всю оставшуюся жизнь. Капитан Дадли уехал в Австралию, чтобы начать новую жизнь. Его там прозвали “Каннибал Том”. Он всю жизнь страдал от чувства вины и, желая хоть в какой-то степени искупить ее, заплатил за памятник Паркеру. Говорят также, что Дадли тайно посылал деньги сестре Паркера, чтобы она смогла окончить школу. Он платил и за поддержание памятника в хорошем состоянии. Вскоре Дадли умер от бубонной чумы, но еще в 1930-х годах памятник Паркеру был самым опрятным среди всех.
Чуть не забыл: вы же помните как звали тигра в "Жизнь Пи"? Да, да, его звали Ричард Паркер.
Есть и еще интересные совпадения из творчества Эдгара По с реальностью, ну вот например:
Вещдок №2: «Делец»
В 1848 году железнодорожный рабочий Финеас Гейдж (при пер.: о котором также упоминалось в этом лонгриде) перенёс черепно–мозговую травму в результате того, что металлический прут прошёл насквозь через его голову. Чудесным образом ему удалось выжить, но его личность изменилась до неузнаваемости. Изменения в его поведении были тщательно изучены и позволили медицинскому сообществу прийти к пониманию того, какую роль играет лобная доля в социальном познании.
Но за десятилетие до этого По каким–то неведомым образом уже понимал, что синдром лобной доли вызывает глубокие изменения в характере человека. В 1840 году он написал в свойственной для себя манере жуткий рассказ под названием «Делец» о безымянном рассказчике, который в детстве перенёс травму головы, что привело его к регулярным и навязчивым жестоким социопатическим вспышкам.
По обладал настолько точным пониманием синдрома лобной доли, что известный невролог Эрик Альтшулер написал следующее: «Существуют десятки симптомов, и По знал каждый из них… В этом рассказе описано всё, мы вряд ли узнаем что–нибудь ещё». Альтшулер, напомню вам, невролог, обладающий медицинской лицензий, а не какой–то чокнутый, также говорит: «Всё настолько точно, что просто странно, словно у него была машина времени».
Вещдок №3: «Эврика»
Всё ещё не верите? Что, если я скажу вам, что По предсказал описание происхождения Вселенной за восемьдесят лет до того, как современная наука начала разрабатывать теорию Большого взрыва? Конечно, звездочёт–любитель без формального образования в астрономии не мог в точности описать принципы существования Вселенной, отвергая широко распространенные неточности при решении теоретического парадокса, которые озадачивали всех астрономов со времён Кеплера. Но именно это и произошло.
Пророческое видение пришло в виде «Эврики», поэмы в прозе, написанной на 150 страниц, о которой критики отзывались как о продукте больного воображения и освистали её за сложность. Созданная в последний год жизни писателя «Эврика» описывает расширяющуюся Вселенную, которая зародилась в результате «мгновенной вспышки» и произошла из одной «первоначальной частицы».
По выдвинул первое правильное объяснение парадокса Ольберса, ответив на вопрос, почему, учитывая огромное количество звёзд во Вселенной, ночное небо тёмное — свет этих звёзд в расширяющейся Вселенной ещё не достиг Солнечной системы. Когда Эдвард Робин Гаррисон опубликовал в 1987 году «Темноту Ночи», он отметил, что «Эврика» предвосхитила полученные им данные.
В интервью для журнала «Наутилус» итальянский астроном Альберто Каппи говорит о проницательности По и признаёт: «Удивительно, как По пришёл к динамически развивающейся Вселенной, ведь при его жизни не было никаких данных или наблюдений, которые допускали бы такую возможность. Ни один астроном во времена По и представить не мог нестатическую Вселенную».
Но что если не было его времён? Что если он был вне времени? Что если его пророчества о людоедской кончине Ричарда Паркера, симптомах синдрома лобной доли и о теории Большого Взрыва были просто путевыми записками из его путешествия через вневременной континуум?
