Орловский чиновник потерял дар речи в суде по делу Лежнева

На прошедшем накануне, 10 февраля заседании Советского районного суда по делу Сергея Лежнева при допросе свидетеля от Орёлгосзаазчика последний потерял дар речи. 

Вопрос, который поставил в тупик главного специалиста госучреждения Владимира Гущина, был откровенно прост и касался деформационных швов на мосту «Дружба». 

– Как вообще можете объяснить, ситуацию, когда фактически Вами были приняты работы по обустройству деформационных швов «торма-джойнт», вместо «формошва». Вы его подписывали? – спросил гособвинитель.

Вместо ответа чиновник оторопел и лишь что-то пробормотал.

Прокурор повторил вопрос, но снова не получил вразумительного ответа.

– Произошла замена… Я не подписываю…, – неразборчиво мямлил Гущин.

– Вас не про замену спрашивают. Почему так было указано? – вмешался председательствующий судья Андрей Третьяков

– Почему… – снова пробормотал свидетель.

– Вам вопрос понятен? – строже спросил Третьяков.

– Нет.

– По документам швы – «торма-джойнт», а сделали швы «формошов» – почему?

Ответа не последовало.

– На основании чего заменили? На основании принятых вами работ? Или кем принятых? – требовал ответа на вопрос прокурора суд.

– В том числе, – выдавил из себя Гущин.

– Снова на исходную – почему?! После того, как вы проверили, Вы увидели «формошов»! А в документах–  «торма-джойнт»! По-че-му? – требовал Третьяков. Ответа снова не было.

– Вы отказываетесь отвечать на вопрос? – резко сменил тон судья.

– Почему? – выдал чиновник.

– Ладно, шестой раз я вопрос повторять не буду. Я расцениваю это как отказ от ответа. У вас есть время подумать до конца вашего допроса, – резюмировал судья.

Спустя час, уже под конец допроса, вопрос о швах снова был задан. Внятного ответа суд так и не услышал. Тогда были зачитаны показания показания Гущина на стадии предварительного следствия.

«… Около 11 часов дня я прибыл на мост, осмотрел объект в полном объёме, в том числе деформационные швы. После чего Логвинов представил мне на подпись акт выполненных работ, в котором на тот момент уже стояли подписи членов комиссии… Прочитав этот документ, я подписал его… я не обратил внимания на наименование шва, а акцентировал внимание на объёмах работ», – зачитал прокурор. 

Отметим также, что согласно предварительным показаниям чиновника, замена произошла из-за задержки поставок «торма-джойнта»… 

Удивительное дело – насколько неплохо работала память чиновников во время следствия, но как подвела во время суда в присутствии подсудимых! Похоже, эти люди совершенно не знакомы с судебной системой, коли считают, что их молчание в суде что-то может изменить или исправить. Ничего, кроме ухмылок присутствующих, это не вызывает. 

Впрочем, судебное расследование пока только началось. Посмотрим, кого из свидетелей ещё поразит амнезия и какие выводы из этого сделает судья Третьяков.