Игнатий Кузнецов: «Нет ничего важнее человеческой жизни»
В постреволюционной Чувашии, когда клиническая медицина напоминала неухоженный дикорастущий сад, появилась фигура скромного врача по имени Игнатий Кузнецов. Он самозабвенно принялся за работу. Игнатий Максимович стал одним из организаторов хирургической службы республики, кандидатом медицинских наук, заслуженным врачом Чувашской АССР (1940) и РСФСР (1943). В 1955 году провел первую в нашем крае операцию на сердце — комиссуротомию. Кузнецов был наставником целого поколения талантливых медиков.
Будущий врач родился 5 октября 1898 года в деревне Верхнее Анчиково Чебоксарского уезда (ныне Козловский округ) в бедной крестьянской семье. С детства много работал, а в свободное время усердно учился. Игнат поступил в Симбирскую чувашскую школу, которую успешно окончил спустя четыре года. Далее юноша планировал продолжить обучение в университете, но в стране началась Гражданская война. Недолго раздумывая, он оставил учебники и книги на полках и надел солдатскую шинель, вступил в ряды Красной Армии.
Вернувшись с войны, Игнатий Кузнецов поступил на медицинский факультет Казанского государственного университета, а после его окончания в 1924 году в течение двух лет работал хирургом в Ядринской лечебнице. Путь в профессию был нелегким: в результате небольшого инцидента во время операции ему на время пришлось прекратить свою хирургическую практику. Но спустя пару лет, благодаря настойчивости и трудолюбию, он вернулся к любимому делу.
Вопреки желаниям близких
В детстве Игнат немало времени потратил на учебу: родители хотели, чтобы он выбрал уважаемую профессию сельского учителя. Однако трагическое событие, случившееся в 1913 году, изменило планы юноши. В овраге, недалеко от родной деревни, перевернулась телега со снопами сена и придавила односельчанина. К мужчине бросились на помощь, в том числе и 15-летний Игнат. Пострадавшего отвезли в ближайшую Беловолжскую больницу. Состояние пациента было крайне тяжелым — сломаны ребра, разорваны легкие. Требовалась срочная операция. Однако в больнице не оказалось хирурга, и пациента не смогли спасти. Вся деревня оплакивала односельчанина, а особенно впечатлительные шептались: «Киремет тытн? та вилнё (Нечистая сила забрала)». Крестьяне верили, что за скорым уходом человека из жизни стоит потусторонняя сила.
«В те времена смертность от острых хирургических заболеваний была довольно распространенным явлением», — вспоминал впоследствии Игнатий Кузнецов. Уровень сельского здравоохранения был крайне низким, нужных специалистов попросту не хватало. После этого случая он впервые ослушался родителей и твердо решил стать врачом-хирургом.
«Из тебя никогда не будет хирурга!»
Спустя 13 лет молодой специалист Игнатий Кузнецов стал работать в Ядринской лечебнице. Там он вместе со своим наставником, известным в республике хирургом Константином Волковым начал проводить совместные операции.
Однажды их пациенткой стала женщина с большим зобом. Вначале работа шла штатно: был сделан разрез на шее, обнажена увеличенная щитовидная железа. Хирурги выделили артерии, закрепили зажимами, пересекли и перевязали. Но тут случилась непредвиденная ситуация. «Внезапно у пациентки слетел один из зажимов с культи артерии, и началось сильное кровотечение», — вспоминал Игнатий Кузнецов в книге «Организаторы хирургической службы Чувашии» под авторством Николая Григорьева. Сложность заключалась в том, что эта артерия была в глубине ткани щитовидной железы, и попытки остановить кровотечение у неопытного специалиста не увенчались успехом. Пара секунд кровопотери, и состояние пациентки стало резко ухудшаться. «Когда хирург теряет голову — больной теряет жизнь», — подумал Игнатий в тот момент.
Видя растерянность подопечного, Волков остановил кровь новым зажимом, а старый швырнул на пол со словами: «Вон из операционной! Из тебя никогда не будет хирурга!» Работы здесь было еще много, у пациентки стремительно падало артериальное давление, а уход второго хирурга не предвещал ничего хорошего. Впервые Игнатий Кузнецов ослушался своего наставника. В итоге медикам удалось стабилизировать состояние пациентки с помощью переливания крови и завершить операцию. Позднее женщина благополучно выписалась из больницы. И хоть разногласия с учителем остались в прошлом, свое решение хирург Волков не изменил и к операциям молодого коллегу больше не допускал. Кузнецов в итоге написал заявление в Наркомздрав республики с просьбой перераспределить его в любую другую больницу. Для себя он твердо решил стать специалистом, за которого не будет стыдно наставнику. К просьбе отнеслись с пониманием, и после совещания с Волковым Игнатия Кузнецова перевели заведовать лечебным отделом Наркомздрава.
Только спустя пару лет Игнатий Максимович получил шанс вновь заняться любимым делом: его зачислили ординатором на кафедру факультетской хирургии Казанского медицинского института под руководством известного в стране профессора-хирурга Виктора Боголюбова. За несколько лет практики Кузнецов освоил обширную хирургию органов желудочно-кишечного тракта, мочевыделительной системы и эндокринных органов.
Ночные «товарищи»
В 1943 году, когда за плечами заслуженного врача Игнатия Кузнецова уже были сотни успешных операций, чувашская медицина чуть не лишилась одного из своих лучших хирургов. В военные годы ему приходилось практически круглосуточно дежурить на больничном посту в Чебоксарах. Как-то поздно вечером его вызвали на экстренную операцию к пациенту с ножевым ранением груди. Рабочего, который возвращался с вечерней смены, хотели ограбить. У пострадавшего не оказалось денег, и бандиты покалечили его. Ранение оказалось серьезным: было задето легкое, пациент потерял много крови. Кузнецов остановил кровотечение, зашил рану и, убедившись, что состояние пациента стабилизировалось, отправился домой. Однако по дороге его жизнь оказалась под угрозой. Это произошло около трех часов ночи. Маршрут врача пролегал вдоль реки Чебоксарки, и, как назло, фонари не горели. Путь ему преградили три личности маргинальной наружности. Угрожая расправой, они прихватили все его вещи. Кузнецов пытался объяснить грабителям, что он хирург, возвращается домой после экстренной операции, но те не стали слушать. До этого происшествия Игнатий Максимович искренне считал, что для врача нет ничего важнее спасения человеческой жизни, независимо от того, кто его пациент: честный человек или преступник. В ту ночь мнение изменилось. «Сколько раз я вытаскивал из рук смерти таких, как вы! Сегодня вы дали мне хороший урок. Запомните мои слова: больше бандитов спасать не буду»,— выкрикнул в сердцах Кузнецов в след убегавшим обидчикам.
Новость о том, что известного хирурга ограбили, быстро разлетелась по Чебоксарам: пациенты возмущались, родственники сочувствовали. Но вскоре ситуация разрешилась. В больницу, где работал врач, принесли сверток с аккуратно сложенной и проглаженной одеждой, отобранной в ту злополучную ночь. Посылку сопровождала записка: «Простите нас за наш ночной «спектакль», мы возвращаем ваши вещи, которые вы «забыли» у нас. Будьте в добром здравии, товарищ Кузнецов». Почему так поступили грабители, неясно. Поговаривали, что на них вышли «серьезные люди» из определенных кругов, чьи жизни побывали в руках врача.
Стыдно не будет
За годы работы в отрасли, из которых около 20 лет Игнатий Кузнецов провел на посту главного хирурга Министерства здравоохранения Чувашской АССР, он значительно повысил уровень оказания экстренной хирургической помощи в республике и добился снижения послеоперационной летальности среди пациентов. Много сил Игнатий Кузнецов вложил в укомплектование сельских больниц квалифицированными хирургами и укрепление хирургической службы. На протяжении многих лет возглавлял Республиканскую клиническую больницу.
В советские годы под руководством Игнатия Максимовича были открыты первое учреждение службы крови в Чувашии на базе хирургического отделения Чебоксарской городской больницы (подчинялось Центральному институту гематологии и переливания крови в Москве), фельдшерская школа в Цивильске, Чебоксарская станция скорой медицинской помощи и Республиканский онкологический диспансер. Будучи опытным врачом, он продолжал наставлять молодых хирургов, присутствуя на операциях в роли простого ассистента.
В 1955 году Игнатий Кузнецов одним из первых провел плановую операцию на сердце — комиссуротомию. Как кандидат медицинских наук активно изучал краевую патологию в республике и разработал хирургическое лечение эндемического зоба. За время своей трудовой деятельности он опубликовал около 30 научных работ. Кузнецову принадлежит оригинальный способ закрытия культи двенадцатиперстной кишки при язвах, пенетирующих в головку поджелудочной железы, который впоследствии был усовершенствован его учениками, и сегодня широко используется в практической хирургии. Он первым в Чувашии начал проводить нейрохирургические операции.
В народе врач Кузнецов пользовался большим авторитетом. В середине 1950-х годов он избирался депутатом всех уровней вплоть до Верховного Совета республики (ранее ЧАССР). За свои заслуги был отмечен двумя орденами Трудового Красного Знамени и медалью «За доблестный труд в Великой Отечественной войне 1941-1945 годов». Более четверти века Игнатий Максимович также был председателем республиканского научного сообщества хирургов.
О личном
О своих близких он говорил немного, но в узких кругах Игнатия Максимовича знали как примерного семьянина и доброго друга. Его личный пример и любовь к профессии вдохновили многих родственников. Один из сыновей, Виктор, пошел по стопам отца. Другой, Алексей, выбрал путь инженера. Внучка Елена также связала свою жизнь с медициной и стала педиатром. Врачом-эндокринологом работал племянник Игнатия Максимовича — Иван Кузнецов. Известно, что по этой ветви в роду появились новые медики: его дочь — терапевт.
Сейчас в Чебоксарах нет такого адреса, но раньше недалеко от реки Чебоксарки по улице Винокурова стоял одноэтажный деревянный дом, ничем не отличавшийся от других. Здесь проживал Игнатий Кузнецов со своей семьей. На пяти сотках земли располагался ухоженный сад с фруктовыми деревьями и баней. Чуть поодаль находилась небольшая пасека — дорогое сердцу хобби. Игнатий Максимович любил заниматься садом, даже в выходные он вставал пораньше, чтобы успеть сделать как можно больше до очередного вызова на работу.
На пенсию он вышел уже глубоко больным человеком, но продолжал заботиться о своих детищах: саде и хирургической службе. Многие удивились, что на замену себе на посту главного хирурга Минздрава Чувашской АССР Игнатий Максимович пригласил не сына Виктора, который уже занимал ответственную должность, а одного из учеников — Николая Григорьева. С ним Кузнецов работал в Янтиковской лечебнице. Свой выбор главный хирург республики объяснил тем, что среди его чебоксарских учеников много сильных специалистов, работающих дружно. Если бы он выделил одного из них, то начались бы вражда и зависть. «Пока я жив, буду помогать вам во всем на этом посту», — заверил Игнатий Кузнецов своего протеже.
После выхода на заслуженный отдых Игнатий Максимович прожил не долго. Его беспокоили частые сердечные приступы, разыгрался инфаркт миокарда. Затем начались серьезные нарушения кровообращения с сильными болями в ногах, за которыми последовала ампутация нижней конечности. Жизнь одаренного хирурга оборвалась 9 февраля 1974 года. Вскоре после этого пришло множество писем с соболезнованиями: от московского руководства Минздрава, благодарных пациентов и учеников. Вот цитата из одного письма: «Игнатий Максимович вложил немало сил в подготовку нас к полноценной хирургической работе. Часто брал нас на операции в качестве второго хирурга и много помогал курсантам как ассистент. За все это время ни один его сотрудник не услышал ни одного грубого слова в свой адрес. С ним было очень приятно работать».
Послесловие от автора
Пока я готовила этот материал, со мной связался человек, чьи воспоминания об Игнатии Кузнецове мне хотелось бы сохранить. Далее — от первого лица:
«Меня зовут Любовь Абрамова, и в середине 1960-х годов я только начинала работать санитаркой в Республиканской больнице. В то время главным врачом был Игнатий Кузнецов. Однажды в приемное отделение экстренно привезли мою родственницу, участницу Великой Отечественной войны. Она находилась в крайне тяжелом состоянии: в районной больнице ей неудачно сделали операцию по удалению аппендикса, развился перитонит. В поисках докторов я ворвалась на серьезное совещание с мольбой помочь пациентке. Игнатий Максимович сразу же прервал собрание и лично ее прооперировал. После этого тетя прожила еще не один десяток лет и долго вспоминала добрым словом своего спасителя. А меня он похвалил за смелость — ведь нет ничего важнее жизни пациента».