Смена караула: почему большинство россиян против вахтёра в ЖК, но будут рады консьержу-помощнику

Образ консьержа в нашей стране долгое время формировался под влиянием советского и постсоветского опыта. Для многих это был скорее символ формального контроля: человек у входа, фиксирующий визиты и задающий лишние вопросы. Неудивительно, что слова «вахтёр» и «консьерж» до сих пор у части россиян вызывают скепсис.

Однако опрос девелопера DARS показывает: отношение к этой профессии сегодня меняется. Россияне категорически не хотят, чтобы в подъезде дежурил вахтёр, но всё чаще готовы принять консьержа-помощника.

Почему «консьерж старого образца» не работает

На первый взгляд, данные опроса подтверждают привычные представления. Почти половина респондентов (48%) ассоциирует консьержа прежде всего с человеком, который следит за теми, кто заходит и выходит. Каждый пятый (20%) вспоминает образ пожилой женщины, проводящей время у телевизора.

Эмоциональный фон таких ассоциаций в основном нейтрально-негативный: ощущение избыточного контроля (35%), безразличие (31%), раздражение (20%). Для жителей особенно неприемлемы грубость и фамильярность (88%), а также навязчивый интерес к гостям, поэтому на прямой вопрос о желании иметь в доме вахтёра 71% респондентов отвечает отрицательно.

Отказ от формата, а не идеи

Однако, если копнуть глубже, выясняется, что это «нет» адресовано не самой идее, а её устаревшему исполнению. В целом к консьерж-сервису россияне относятся нейтрально (51%) или положительно (23%). Каждый четвёртый респондент отмечает, что готов принять консьержа при условии, если это будет современный сервис, а не формальный пост у входа.

В приоритете — помощь жителям и гостям (около 60%), а также возможность оперативно взаимодействовать с экстренными службами (50%). Контроль доступа считают ключевой задачей лишь 35% опрошенных. Востребован не сторож, а координатор, который помогает решать повседневные проблемы и повышает уровень сервиса в доме.

Каким видят современного консьержа

Каким же должен быть консьерж?

Качества: вежливый, ненавязчивый (за «незаметность» и «ненавязчивость» голосуют 33%), но при этом ориентированный на сервис и помощь (31%). А один из участников опроса даже отметил, что идеальный консьерж должен быть «знакомым с кодексами РФ и обработкой персональных данных».

Формат: работа круглосуточно (48%).

Профиль: специально обученный сотрудник сервиса (45%), а не случайный сосед или охранник.

Показательно, что для 67% респондентов разницы между словами «вахтёр» и «консьерж» пока особо не существует. Это означает, что девелоперам предстоит не только внедрять сервис, но и объяснять его суть.

«Когда жители не видят разницы между вахтёром и консьержем, это означает не отказ от сервиса, а нехватку понимания, как он работает сегодня. В современных жилых комплексах консьерж — это человек, который помогает с навигацией по зданию, принимает заявки, координирует работу служб, вызывает экстренную помощь, встречает гостей и курьеров, решает бытовые вопросы жителей. По сути, это первый уровень сервиса в доме. Задача девелопера — правильно объяснить эту роль, чтобы покупатели понимали: консьерж — это не контроль, а дополнительный комфорт и экономия времени», — комментирует Илья Валов, директор по маркетингу ГК DARS.

Старый фонд и новостройки: разные ожидания

Интересно, что жильцы старого фонда (54% опрошенных) демонстрируют больше скепсиса в отношении к консьержу, а аудитория новостроек воспринимает эту роль иначе. Здесь он чаще ассоциируется с сотрудником ресепшена и рассматривается как часть сервиса, повышающего удобство (46%), чувство безопасности (29%) и статус дома (25%).

Итоговый выбор: сервис побеждает контроль

На финальный вопрос о предпочтительном формате проживания 61% респондентов выбирает дом с консьерж-сервисом, тогда как 33% отвечают полным отказом от него. А ностальгия по «пожилому соседу в каморке» оказалась совсем незначительной — 6%.

Вывод очевиден: у консьерж-сервиса в России есть будущее, но только при одном условии — он должен перестать быть символом контроля и превратиться в инструмент комфорта. Жители не хотят, чтобы за ними следили. Но они вполне готовы открыть дверь тому, кто действительно помогает.