Баллистический удар. Политолог Каргин назвал, что будет с Израилем и Ираном

Востоковед Александр Каргин дал aif.ru прогноз о развитии ситуации на Ближнем Востоке и о том, чем закончится конфликт между Израилем и Ираном. По мнению эксперта, удары 13 июня со стороны Израиля по ядерным объектам Ирана — начало войны.

«Дальше будет баллистический удар»

Aif.ru: — Александр, поговорим об ударах Израиля по ядерным объектам Ирана. Что Израиль ими «сказал»? И чего ждать дальше?

Александр Каргин: — Израиль считает, что Иран, обладающий ядерным оружием, представляет угрозу, вот этим Израиль и обосновывает свои действия. Началась полноценная война на Ближнем Востоке. Удар Израиля стал полной неожиданностью для Ирана. То есть, они ждали, но не такого формата. Вообще, во многом повторяется ситуация в Ливане. Израиль первый делом уничтожает военное руководство противника. Погиб глава Корпуса стражей иранской революции, глава генштаба, другие военные руководители. И, скорее всего, именно с этим связана задержка с ответом Ирана. Вероятно, нарушена некая командно-оперативная связь и в какой-то момент некому было отдать приказ в Иране.

Сейчас сообщается, что Иран запустил беспилотники по Израилю. Я думаю, дальше будет баллистический удар. В целом это не нанесет критического урона Израилю. Но военные действия не прекратятся. Мой прогноз — все это продлится месяц, может быть больше. Израиль продолжит наносить удары по Ирану, по ядерным и военным объектам. Продолжится этот обмен ударами. Для Израиля они будут менее чувствительными, чем для Ирана. Израиль, скорее всего, косвенно будут поддерживать Саудовская Аравия и Иордания, которые станут перехватывать иранские ракеты. Не будет такого, что они официально поддерживают Израиль, но по факту будут помогать.

— А как отреагирует США?

— Если говорить о США, то они вряд ли будут принимать прямое участие в этой войне, если только Иран не нанесет удар по американским военным базам. Если такой удар будет, тогда американцы вмешаются и в этом случае ситуация для Ирана еще более ухудшится. По итогам конфликта мы будем говорить о новой политической архитектуре на Ближнем Востоке.

— А что будет, в итоге чем все должно закончиться?

— Есть два варианта. Либо все придет к серьезному обострению вплоть до новой мировой войны, во что я слабо верю, но такой вариант возможен. Либо это закончится критическим изменением баланса сил на Ближнем Востоке. Иран будет ослаблен, у Израиля будет усилена связь с монархиями Залива — Саудовской Аравией, Эмиратами и т.д. При этом Америка будет играть меньшую роль на Ближнем Востоке, поскольку надо понимать, что американцы знал об ударах, но при этом сами в них не участвовали. И, скорее всего, это их идея — не участвовать напрямую в ударах Израиля, соответственно Израиль получает большую степень независимости и самостоятельности и.

Значимым последствием может стать перекрытие Ираном Ормузского пролива. Через этот пролив идёт большая часть мировой торговли нефтью из Персидского залива. Если Иран перекроет его, это приведёт к гигантскому росту цен на нефть до 300-400 долларов за баррель. Иран, скорее всего, не сможет долго удерживать пролив заблокированным, и ситуация в итоге успокоится. По итогам конфликта, основным игрокам региона будет нанесен значительный ущерб, а также баланс сил на Ближнем Востоке может измениться.

«Общее напряжение чувствуется»

— Что за обстановка в Израиле? Вы сейчас там?

— Она нервная, с одной стороны, но какой-то глобальной паники нет. Были истеричные моменты ночью, люди бегали по отелю, но в основном туристы. Кто-то бегал по улице. Н в целом Израиль живет в состоянии полувойны практически с момента своего основания, поэтому чего-то глобально нового не произошло и сказать, что у людей какая-то серьезная паника, нет, этого нет. Но, конечно, общее напряжение чувствуется. Особенно среди туристов, которые больше переживают. Сейчас непонятно, как выезжать из страны, то есть те, кто приехал, они в какой-то степени застряли.

— Какие факторы вы бы назвали ключевыми —влияющими на эскалацию или деэскалацию?

— К войне привели несколько предпосылок: противостояние Ирана с Израилем и монархиями Залива (Саудовская Аравия, Эмираты, Бахрейн), а также провал переговоров США с Ираном.

Для Дональда Трампа Израиль является очень важной точкой на карте. И тут дело не только в его личном отношении, а в том, что электорат Трампа, в большей своей части произраильский. И, соответственно, Трамп не пойдет против своего избирателя.

Три требования к Ирану

— Переговоры США с Ираном по ядерной программе постоянно находятся в центре внимания. Насколько реалистично достижение новой ядерной сделки, и какие главные препятствия стоят на пути? Каковы основные позиции Ирана в этих переговорах?

— Я склоняюсь к тому, что они не закончатся успехом, потому что Иран не откажется от своих ключевых позиций. Если по ядерной программе компромисс ещё возможен, то по другим пунктам — нет. Есть три требования, которые американцы предъявляют Ирану, и они согласуются с позицией Израиля. Это во-первых — отказ от ядерной программы (обогащения урана), второе — отказ от ракетной программы, то есть, чтобы Иран прекратил вооружаться. И последнее, но не менее важное — отказ Ирана от поддержки его прокси-сил в регионе (речь о Хуситах, Хезбалле и т.д).

Иран десятилетиями создавал шиитскую ось с целью доминирования в регионе. Эта ось была направлена против Израиля и ряда арабских суннитских государств. То есть Иран пытался объединять территории, на которых шииты были ярко представлены в некую единую систему под собственным началом. Эта ось, хоть и значительно ослабла после конфликтов в Газе, Сирии и Ливане, но всё ещё существует. Американцы фактически требуют, чтобы Иран сменил свою политику в регионе, отказался от идеи ликвидации Израиля и от выстраивания указанной оси. Однако Тегеран на это, скорее всего, не пойдет, так как отказ от поддержки прокси-сил перечеркнет всю его внешнюю политику. Поэтому, временный компромисс по ядерной программе возможен, но в целом переговоры скорее всего провалятся, поскольку консенсуса по всем пунктам не будет.

— Какова текущая стратегия России на Ближнем Востоке? Какие основные интересы Москва преследует в Сирии, Иране и отношениях с другими странами региона?

— Во-первых, надо понимать, что Россия — это универсальный посредник на любых переговорах, которые могут вестись по теме Ближнего Востока, поскольку Россия сохраняет хорошее отношение со всеми ключевыми игроками — с Ираном, с Израилем, и с монархами Залива. Также сейчас выстраиваются определенные отношения с Вашингтоном, с администрацией Дональда Трампа. Интерес России довольно понятен, он заключается в том, чтобы на Ближнем Востоке сохранялась стабильность, чтобы не происходило каких-либо резких изменений, и чтобы стороны так или иначе смогли договориться.