О чем и как писал Леонид Андреев

Железнодорожная насыпь в окрестностях Орла. Местные гимназисты гуляют вдоль путей после занятий и громко о чем-то беседуют. Один из юношей, высокий и бледный, идет немного поодаль ото всех и косится на рельсы. Услышав приближающийся поезд парень резко бросается под него. Спустя секунду локомотив со свистом проносится мимо гимназистов. Окаменелые, они замирают, боясь даже взглянуть на рельсы, как вдруг юноша поднимается на ноги. Красная рубашка на нем изорвана в клочья, но сам он абсолютно невредим, хотя и напуган до смерти. Так самое страшное лихачество в жизни Леонида Андреева вспоминали его двоюродные сестры. Именно после этого случая будущий писатель начинает страдать бессонницей и грудной жабой — проявлениями тяжелой неврастении, которую ему диагностируют в 1902 году. 

На протяжении всей жизни Андреев был очень беспокойным человеком. Из-за своей тревожности он со студенческих лет много пил и в состоянии опьянения часто причинял себе боль. Так, после ухода своей первой возлюбленной, Зинаиды Свибловой, Андреев, напившись до бессознательности, ударил себя ножом в бок. В другой раз он попытался выстрелить в себя из револьвера, но «пуля скользнула по пуговице и причинила только контузию в области левого соска». Вокруг Андреева в Московском университете, где он учился на адвоката, сформировался целый «клуб»  — в нем состояли несколько приятелей будущего писателя, которых также отвергли любимые девушки.

Жизнь писателя ненадолго стала спокойнее после знакомства с Шурочкой — Александрой Велигорской, его первой женой. Впервые они узнали друг о друге еще в 1896 году, но популярный у девушек Андреев тогда был больше увлечен Надеждой Антоновой, тем более, что Шурочке на тот момент было всего 15 лет. Зато уже в 1897 году писатель в своем дневнике отмечал: «Весь смысл, все содержание моей жизни исчерпывается одним словом — Шурочка. Долго было бы, да и бесплодно прослеживать тот процесс, который привел меня от свободы к состоянию крепостной зависимости». Влюбленные обвенчались в 1902-м, но в браке прожили всего четыре года — Шурочки не стало в ноябре 1906-го. Она умерла от послеродового сепсиса. На писателе это событие оставило заметный отпечаток: он погрузился в многолетнюю депрессию.

Искусство пугать

Экспрессионист Андреев писал натуралистично и выразительно, особенно подчеркивая в тексте неприятные физиологические подробности происходящего. В первых главах одного из самых страшных своих рассказов «Красный смех» он постепенно погружает читателя в атмосферу военного столкновения. Сперва персонаж находится посреди «необыкновенной тишины». Сырой воздух пахнет «взмоченной землей», а на черном небе горят «красивые огнистые полосы». Мгновение спустя рядом с героем разрывается шрапнель. На военный лагерь быстро надвигается «неразрывный кровавый туман», в котором бродят сбитые с толку солдаты. На поле боя начинает происходить неподдающийся осмыслению хаос, торжествует страшная и жестокая стихия «красного смеха» — так Андреев называл первобытную агрессию. К концу рассказа она вырвется далеко за пределы линии фронта и покроет городские улицы горами разлагающихся трупов. Таким образом писатель высказывался против войны, которая обычным людям могла принести только смерть и сумасшествие.

Принципиально иначе Андреев пугает читателя в рассказе «Он» — первом русском хорроре. По сюжету бедный студент приезжает в загородный дом на берегу моря, чтобы учить мальчика Володю, но вместо этого ввязывается в мистическую историю. С первого же дня пребывания на новом месте герой замечает, что все жители дома ведут себя несколько странно. Например, когда Володя в один из дней ушибся, он не стал плакать, потому что «уже плакал». Отец мальчика, властный господин Норден, запрещает ему расстраиваться, а сам неделями рассказывает одни и те же анекдоты, над которыми домашние по приказу смеются. Происходящим в семье странности не ограничиваются: герой замечает, что на песке рядом с домом никогда не остаются следы, хотя в семье трое детей и все они постоянно бегают по двору. Выясняется также, что дочь хозяина усадьбы Елена утонула в море, но о ней семья по какой-то причине старается не вспоминать. Самое страшное начинается в одну из ночей, когда за стеклом герой видит неподвижную темную фигуру с ужасающим взглядом. 

Религиозная проза

С самого начала литературной карьеры Андрееву интересно было исследовать перверсию, тягу к извращениям. Например, в одном из первых своих рассказов «Бездна» он описывал, как изнасилованную незнакомцами 17-летнюю Зиночку повторно насилует ее возлюбленный, интеллигент Немовецкий. Андреев хотел разобраться, почему даже благородный человек способен на отвратительные поступки, пытался понять природу греха. Со временем эти поиски привели писателя к религиозной прозе, где Андреев представлял собственный взгляд на некоторые евангельские события.

В повести «Иуда Искариот» Андреев пересказывает библейский сюжет в необычной интерпретации: Иуда у него не предатель, а ближайший последователь Христа, который хотел подтолкнуть людей к подвигу, проверить их преданность пророку. Жители Иудеи оказались «малодушными» и побоялись спасти Иисуса. Ничего не сделали даже его ученики, которым Иуда принес украденные у римских солдат мечи. Да, Иисус призывал к смирению и даже напрямую просил его не спасать, но что, если это было лишь очередное испытание духа? Что, если во имя любви к пророку взбунтоваться было необходимо? Иуда у Андреева точно знает, что несправедливо повешенный на него ярлык «труса» и «мерзавца», — тоже своего рода миссия, ничуть не менее важная, чем у самого Христа. Иисус пострадал по вине людей, а его «предатель» взял вину за это страдание на себя — и попал в Рай.

«Иуда Искариот» — не единственный пример религиозный прозы Андреева. В рассказе «Елеазар» писатель вновь предпринимает попытку по-своему трактовать библейские события. По сюжету Лазарь воскресает спустя три дня после гибели, но смерть оставляет на нем страшные следы. За время, проведенное в могиле, лицо Елеазара покрылось «землистой синевой», щеки впали, а кожа на губах лопнула. Лазарь раздулся до «чудовищных размеров», а его тело продолжало источать трупный запах. Герой стал молчалив и задумчив, хотя прежде нравился Иисусу как раз своим веселым нравом. Сильнее всего окружающих пугали безжизненные глаза Лазаря, напоминающие «мутные стекла». Хотя бы раз смотревшие в них люди сами превращались в живых мертвецов, навсегда теряли возможность наслаждаться жизнью. Этим рассказом Андреев ставил под вопрос необходимость божественного чуда, рассуждал о том, что бессмертие для человека неестественно, уродливо, и потому воскрешать Лазаря было не нужно.

Терроризм и искупление

Сюжет одного из лучших рассказов Андреева «Губернатор» навеян реальным убийством великого князя Сергея Александровича в 1905 году. В начале XX века теракты в Российской Империи происходили часто — социал-революционеры почти ежедневно убивали государственных чиновников. По приказу последних массовые стачки городских рабочих жестоко разгоняли, что еще сильнее злило народовольцев. Примечательно здесь то, что в покушении на Сергея Александровича принимал участие сам Андреев. По просьбе террориста Бориса Савинкова писатель узнал у князя Шаховского расписание выездов московского генерал-губернатора, чтобы спланировать убийство. 

Во многом «Губернатор» — это попытка Андреева реабилитироваться после своего участия в теракте. Главный герой рассказа, провинциальный губернатор, отдает приказ расстрелять демонстрантов — и в муках совести проводит следующие недели, пока его самого не убивает человек из толпы. Андреев старался очеловечить власть, объяснить, что под давлением обстоятельств люди совершают ошибки и после раскаиваются в этом, даже если ничего уже нельзя изменить. Смерть предстает для губернатора единственным способом освободиться от чувства вины — и он мужественно принимает свою долю, потому что хочет получить прощение народа. Отчасти ему это удается. Среди многочисленных писем с угрозами герой незадолго до смерти находит послание от гимназистки. В нем девушка обещает молиться за упокой губернатора — и выполняет свое обещание, когда его убивают.