Александра Бакка: «Любой интерьер можно «вытащить» правильным искусством»
Представители нашего арт-рынка часто сетуют на то, что он весьма скромен по своим размерам, в десятки раз меньше, чем во Франции или в Германии. Коллекционеров или инвесторов крайне немного, продажи хаотичны и непредсказуемы, цены невысоки. Хрупкая девушка из Владимира, дизайнер и арт-дилер Александра Бакка считает, что нашла рецепт того, как поставить российский арт-рынок на устойчивую колею развития.
— У вас очень необычная биография с точки зрения арт-бизнеса. Вы начинали со строительства, причем запустили бизнес еще во время обучения в институте.
— Да, на третьем курсе института, где училась на архитектора, я открыла строительную фирму — все крутили пальцем у виска, преподаватели в том числе. Сейчас задним числом понимаю, насколько все это не поддавалось никакой логике. В ходе учебного процесса мы делали бизнес-план, я подумала — почему бы не посчитать свою строительную фирму. С этого все и началось. Договорилась с ребятами из выпускных групп, и мы буквально на пустом месте стали запускать рабочий процесс. Брали начальные деньги у клиентов и начинали строительство. Город у нас небольшой, информация распространяется сама собой. Единственное вложение с точки зрения финансов — была нужна лицензия на строительство. И вот на это выделил деньги мой отец. Позже он тоже присоединился к проекту, так как имел опыт работы в строительстве.
— Все-таки сложно представить — с нуля, без посторонней помощи…
— Меня часто воспринимают как «милую девочку», за спиной у которой кто-то стоит. Но там есть только мой характер. Во многом, кстати, его формированию помогла поездка в США по студенческой визе, еще до того, как я запустила свой бизнес. Это была программа Work and Travel для студентов, ты работаешь какое-то время и потом возвращаешься. Знаете, у меня был не то что ужасный английский, у меня был нулевой английский. Но я все равно подала заявку. Прошла, взяла себе репетитора, зазубрила стандартный набор вопросов и ответов для посольства. Непонятно как прошла собеседование и получила визу. В Штатах я должна была торговать пончиками, но в реальности сначала работала уборщицей в отеле, а потом попала в тату-салон, где рисовала татуировки хной. Приходила утром, заканчивала уже далеко за полночь, но при том в день делала мамину месячную зарплату. В итоге привезла себе из Штатов спортивную машину, чем очень гордилась, это стало реальным достижением. Вообще Штаты для меня — это огромный жизненный опыт. Хотелось ли остаться? Нет. Когда сейчас вспоминаю, то кроме того, как работала с утра до ночи, ничего не помню. Окунаться в это снова не хотелось бы, лучше поехать в Америку туристом. И менталитет совсем другой. Сначала приезжаешь, все улыбаются, думаешь — какие приятные люди. Потом понимаешь, что это просто такая рабочая улыбка. Неискренняя, дежурная — но сначала подкупала. В общем, я очень благодарна этой поездке. Возможно, именно она дала мне почувствовать свои силы.
— У вашей строительной компании наверняка была своя «фишка»?
— Мы первыми стали строить из газобетона. И нужно было рассказывать об этом новом материале. Помню, напечатали сразу десять тысяч экземпляров, заполонили весь город. Еще мы занимались подборкой земельных участков под строительство, потому что многие приходили, говорили — хочу дом, но у меня ничего нет. Дизайн-студия тоже выросла из запросов клиентов.
— В чем вы видите главное достижение того периода?
— Знаете, я горжусь тем, что мы строили доступные дома. И при том качественные. В маленьком городе очень сложно восстановить репутацию, если с ней что-то происходит. Кстати, когда я приехала в Москву, для меня это стало проблемой. Здесь компании совершенно не держатся за клиентов, за репутацию — поскольку есть бесконечный поток. Сделал абы как, недоволен? Ну и пожалуйста, до свиданья, завтра придет кто-то другой.
— Вы сначала сами эти дома рисовали как архитектор?
— Поначалу да. Сидела ночами с красными глазами.
— Как вы со строительства переключились на интерьеры?
— Я всегда мечтала создать фирму полного цикла. Чтобы человек пришел, и мы могли ему подобрать участок, спроектировать дом, построить его, сделать интерьер, сделать ландшафт. Плюс появился запрос от клиентов — мы в один объект, в другой объект делаем дизайн. А искусство для интерьера крайне важно, дизайнеры в курсе, что с его помощью можно вытянуть весь интерьер. Чаще добавляется просто цветовое пятно, так называемая «интерьерка». Но если мы идем глубже, то это уже авторские работы. К сожалению, интерьерные и авторские работы часто путают. В Москве сейчас я занимаюсь именно интерьерами, а не стройкой, во многом потому, что не могу гарантировать как во Владимире качество поставщиков. Там ты всех знаешь, все тебя знают. Во что можно попасть тут — даже сложно представить.
— То есть, насколько я понял, у вас хорошо пошли именно дизайнерские проекты с арт-составляющей?
— Да. И когда поняла, что у меня хорошо получается продавать искусство, то решила, как говорят, «пойти поучиться». Пошла в бизнес-школу РМА на направление галерейного бизнеса. Правда, столкнулась там с крайне пессимистичным настроем преподавателей — зачем вы идете в галерейный бизнес, да там ничего не продается и т.д. Заодно узнала, что продавала интерьерные работы по очень хорошим ценам, фактически по цене авторских работ. Общее впечатление — я ощутила все это как вызов. Надо что-то делать для появления настоящего арт-рынка, который у нас в стране находится в каком-то суперзачаточном состоянии.
— А как вообще должен в нормальном варианте выглядеть арт-рынок?
— Сейчас есть галерея, есть автор, которого они представляют. Но можно прийти к этому автору в мастерскую и все купить — совсем по другим ценам. Винить его в этом сложно, ведь художнику надо на что-то жить. Галереи в своем большинстве не вкладываются финансово в художников, не берут на себя финансовую ответственность, финансовые риски. Звучит примерно так — мы вас попробуем продавать, если будут покупать, то договором привяжем вас к себе. Как дальше это будет продаваться — неизвестно. Не продаешься — мы тебя не держим. В общем, замкнутый круг. Есть другая печальная тенденция — галереи открывают просто как баловство. Чья-то жена, надо ее занять. И вот она развлекается. У нее ни образования в этой сфере, ни насмотренности — ничего.
Ну развлекается — и пусть. Проблемы начинаются, когда такие галереи заходят беспрепятственно на знаковые выставки совриска. На мой взгляд, нужен фильтр для входа. Сейчас на наших главных выставках-ярмарках современного искусства очень мало объектов, у которых хочется задержаться. Очень мало галерей, которые серьезно подходят к отбору художников. И вот на такую выставку приходит коллекционер с уверенностью, что кто-то отобрал и повесил самое лучшее. А видит вот все это. Получаем еще один замкнутый круг.
Еще одна проблема рынка — он крайне узкий. Есть арт-тусовка, все эти околохудожественные люди, которые ходят по вернисажам… Вот вы раза три сходите на вернисажи и всех будете знать в лицо. Получается, что мы что-то там устраиваем для своих же, кто и так в теме. При том есть огромная прослойка людей и с деньгами, которые вообще не знают слова арт-дилер и не понимают, что существуют какие-то там галереи.
— И вы придумали, насколько я понимаю, как волей-неволей организовать им встречу с искусством?
— Давайте представим — эти люди пришли покупать мебель для своего нового дома. В компанию, торгующую очень дорогой мебелью. У меня есть опыт общения с такими продавцами. Я пришла посмотреть их выставочную экспозицию — стоит кровать за миллион, а над ней висит какой-то подмалевок. Сейчас я пытаюсь донести до этих людей, что они могут увеличить добавленную стоимость своего продукта в таком формате — «А над кроватью висит картина знаете кого». То есть заход и на формирование художественного вкуса, и на продажи. В мебельных магазинах они обычно делают такой уголок жизнеподобный, и ты можешь это в реальности прочувствовать. Многие просто не могут это представить в теории.
— То есть нужна тесная «смычка» между арт-рынком и дизайнерским, интерьерным бизнесом? Потенциально это же огромный источник денег для арт-рынка!
— Да. На дизайн, на отделку элитных домов тратятся сотни миллиардов рублей в год. Но пока нет, к сожалению, восприятия ценности искусства у заказчиков. Знаю людей из бизнес-среды, которые крутятся целыми днями и у них нет просто нет времени разбираться в художниках и картинах. И они бы рады покупать искусство — но у них нет проводника в этот мир.
— Как-то надо им внушать ценность искусства.
— Да, мне показалось это интересным вызовом. Сейчас как раз планирую выпускать журнал по искусству. Рассчитанный не на прослойку, которая и так в теме, а на тех, кто может заказать мебели для нового интерьера на 50 млн, но не понимает, зачем в интерьере нужно искусство. А то получается — на сумку можно потратить 500 тысяч, а на искусство нет. Это потому, что в головы так вложили. Или потому, что менталитет — все напоказ. Сумку мою все увидят, а искусство висит дома. Это непросто поменять. Вот у меня первое, что появилось здесь в Москве в квартире — это искусство. Лежал просто матрас, без кровати. Зато везде уже висели картины. Мне интересно искусство, которое живет в пространстве с тобой, сейчас и здесь, радует глаз. Я лично коллекционирую работы ребят, которые вышли из граффити. Нравится их необузданность и самовыражение. Они такие не доморощенные, не искусственные художники.
Другой важный момент — это сами дизайнеры, которые контактируют с заказчиками и, как правило, совсем не разбираются в искусстве. Я вот постоянно повторяю тем дизайнерам, которые работают в моей компании — «Девочки, смотрим искусство. Вставляем в проекты качественные картины». Нет, все равно берут что-то из Интернета, просто как цветовое пятно. То есть, не учат у нас дизайнеров, что такое искусство. Вообще все как-то расчленили, что супернеудобно. Придумали некоего декоратора. Да клиент с ума может сойти! У тебя сначала строители, потом дизайнер, который все придумывает, потом отделочники, а потом тебе надо найти еще какого-то декоратора, что придёт, развесит картиночки, расставит вазочки… Мы, конечно, можем в этот цикл входить с искусством в любом моменте, но я считаю, что участие дизайнера здесь ключевое. Я говорю своим дизайнерам — вы можете любой интерьер вытащить правильным искусством. Можно вообще — взять работу и от нее разложить весь интерьер. Поэтому дизайнерам на стадии обучения было бы неплохо ввести знакомство с историей искусства. И, если повысится уровень профессионализма дизайнеров, это может стать серьезным подспорьем для арт-рынка.
— Почему сам арт-рынок не пытается работать через дизайнеров?
— Опыт такого взаимодействия, конечно, есть, но недостаточен интерес самих дизайнеров. Процент, который они получают от галерей, невелик. Для сравнения — если дизайнер занимается укомплектовкой, то обычно получает такие проценты от продавцов мебели, материалов и так далее, что зачастую эти суммы выше того, что ему платят собственно за проект. Галереи же предлагают 5% от картины. Вот, говорила вчера с владелицей галереи, им особо ничего не надо — «У у нас хорошая база, и так продаем».
Петр Власов
Фото: предоставлено Александрой Бакка и публикуется с ее разрешения