Куда могла бы дотянуться наша «Дружба»

За скобками санкций

Казахстан направит свою первую партию в 20 тыс. тонн нефти по внесанкционной «Дружбе» в Германию в первой половине февраля – об этом не так давно заявлял министр энергетики Казахстана Болат Акчулаков. Пока нефть ещё не пошла, но то, что пойдёт, почти нет сомнений.

Ведь с российской много проблем, а разбавлять её казахской – решение едва ли не всех их сразу. Напомним, ранее министр Акчулаков сообщал СМИ, что Казахстан планирует направить в Германию (бывшую ГДР) по этой артерии 1,5 млн тонн нефти в 2023 году и вполне может нарастить объём до 7 млн тонн.

Как сообщалось, европейские игроки в конце 2022 года обратились к Астане с запросами о поставках нефти. Несмотря на все санкции, потолки и эмбарго, Россия одобрила заявку Казахстана на перекачку его нефти по «Дружбе» в Германию. В первом квартале «КазТрансОйл» планирует транзит 300 тыс. тонн казахстанской нефти по «Дружбе» в бывшую ГДР.

Отсюда в который раз возникает вопрос, вынесенный в заголовок. Куда бы могла дойти наша «Дружба»? Разговоры шли даже о Великобритании, а дальше, если всерьёз, уже и некуда. И ведь, как известно, поставки российских нефти и нефтепродуктов по трубопроводной системе «Дружба» сегодня остаются вне санкций Евросоюза.

И скорее всего, это не просто так. Война войной, а топливо по расписанию. Возможно, в настоящее время та же продукция нашей отечественной нефтепереработки в Европе вообще оказалась бы вне санкций. Конечно, в случае, если бы в 70–80-х годах были реализованы проекты продления «Дружбы» в Австрию, Италию (через Венгрию – СФРЮ и Чехословакию), ФРГ (через ГДР или Чехословакию), в регион теперь уже бывшей СФРЮ (через Венгрию).

Транзит дешёвым не будет

Впрочем, один из этих проектов был всё же реализован почти сорок лет назад: это артерия «Адрия» – продолжение венгерского участка «Дружбы» через Хорватию к адриатическому терминалу Омишаль. Но этот проект вполне мог бы «дополниться» Австрей и Италией...

В ходе визита канцлера ФРГ Вилли Брандта в СССР в октябре 1970 года западногерманская делегация проявила интерес к восточно-германскому участку «Дружбы», поставляющему сырьё в том числе к НПЗ Лейна (вблизи Лейпцига). Этот завод расположен примерно в 200 км от границы ГДР с ФРГ.


Стороны тогда же предварительно договорились продолжить переговоры по возможному продлению этого участка в ФРГ. Руководство ГДР было не против проекта, но настаивало на высоких нефтетранзитных тарифах.

Ту же позицию власти ГДР подтвердили при визите В. Брандта в ГДР в 1970 и при установлении дипотношений с ФРГ в 1972 году. Не исключались поставки советской нефти по трубопроводу через ГДР в Западный Берлин, но завышенные транзитные требования руководителей ГДР распространялись и на этот проект.

По мнению ряда западногерманских экспертов, означенные требования Восточного Берлина были обусловлены тем, что, во-первых, СССР лишил ГДР газотранзитных доходов. Дело в том, что сразу три советских газопровода в ФРГ и в целом в Центральную Европу были построены в обход ГДР – через Чехословакию.

Во-вторых, СССР не пригласил ГДР к международному договору 1971 года о статусе Западного Берлина. А в целом Восточный Берлин своими «транзитными» требованиями давал понять Москве, что активное развитие взаимоотношений СССР с ФРГ должно происходить без игнорирования интересов ГДР.

Не сосед и не союзник

Примечательно, что позицию ГДР поддерживал, и весьма активно, румынский лидер Н. Чаушеску. В Бухаресте были тоже недовольны тем, что в обход Румынии были проложены не только система «Дружба», но и экспортные советские газопроводы в Центральную Европу.

Позиция Восточного Берлина не изменилась вплоть до распада СССР и ликвидации ГДР. В дальнейшем о продлении «Дружбы» уже в западный регион единой Германии обе стороны как бы «забыли».

Вероятно, для постсоветской России было бы тогда нелишне добиться продления «Дружбы» на территорию бывшей ФРГ. В этом случае доля данной системы в нефтепоставках из РФ в Германию достигала бы, по ряду экспертных оценок, не менее 40 %.

То есть почти вдвое больше нынешней. Это сделало бы ещё менее эффективными нынешние санкции ЕС против российской нефти.

Адриатический магнит

Что же касается направления «Дружба – Адрия», югославская сторона в первой половине 80-х предлагала, наряду с перекачкой к терминалу Омишаль, ответвление – через Словению – в Австрию и к близлежащему итальянскому нефтетерминалу в Триесте. В свою очередь в Будапеште предлагали ветку «Дружбы» из Венгрии в Сербию и далее – в Боснию и Герцеговину.

Второй из этих проектов сначала поддерживали в СССР, но И. Б. Тито предпочел опираться на поставки в основном ближневосточной и североафриканской нефти – по трубопроводу из греческого терминала в Салониках. Только в 2022 году Будапешт и Белград договорились о создании ветки «Дружбы» из южной Венгрии к основному сербскому НПЗ в Панчево (вблизи Белграда).

Несколько иначе сложилась судьба проекта продления хорватского участка «Дружбы» – «Адрии» в Австрию и Италию. Советская сторона опасалась оказаться в излишней транзитной зависимости от Будапешта и особенно от Белграда: СФРЮ активно развивала сотрудничество с СССР, но не входила ни в СЭВ, ни в Варшавский договор.

Эти факторы усложняли выбор Москвой Югославии как основного транзитёра советской нефти в Австрию и Италию. Впрочем, в ЧССР в начале 70-х разработали свои два предварительных проекта продления «Дружбы» в Австрию: из южной Чехии и через словацкую Братиславу.

Это было связано с более частными запросами австрийских топливных компаний в тот период об увеличении поставок советской нефти. Но и эти проекты не состоялись, по той же причине: ЧССР становилась ключевым «транзитёром» для советского газа в ФРГ.

Усиливать же транзитную роль Праги, дополняя газовый транзит через ЧССР нефтяным, в Москве не стремились. Но сегодня очевидно, что эти опасения и, мягко говоря, недоработки едва ли благоприятно сказываются на текущей ситуации с российской нефтью в Европе.