В СПЧ сообщили, что Минюст проверяет информацию об отказе госпитализировать арестантов

Член СПЧ Ева Меркачева сообщила в своем Telegram-канале, что тяжелобольных заключенных перестали класть в больницы из-за отсутствия медицинского полиса. Она рассказала, что минимум двое молодых кубинцев умирают от онкологии в московских СИЗО, а за 2022 год скончались почти 30 арестантов. Коллега Меркачевой по СПЧ Кирилл Кабанов в беседе с RTVI отметил, что Минюст проводит проверку этой информации, но массовых проблем нет.

О чем сообщила Меркачева

В своей статье для «Московского комсомольца» от 13 ноября член СПЧ написала, что в 2022 году в московских СИЗО скончались почти 30 заключенных, а тяжелобольных арестантов перестали вывозить в медицинские учреждения.

По словам Меркачевой, сначала отказывали иностранцам, объясняя это отсутствием медицинских полисов, а потом и россиянам. Она также сообщила, что минимум двое кубинцев умирают от онкологии: одному из них 23 года, другому 38 лет.

«Медики признаются, что с октября больницы вообще отказывают в приеме заключенных, ссылаясь на отсутствие договоров между ними и ФСИН. На этом основании не приняли в клиники несколько женщин-заключенных с миомами матки из СИЗО №6, арестанта с подозрением на рак простаты из СИЗО №4 и многих-многих других», — пишет член СПЧ.

Она отметила, что, скорее всего, ФСИН не выделяет средства на медицинскую помощь заключенным. Также Меркачева попросила считать эту статью официальным обращением к директору ФСИН России Аркадию Гостеву.

«Минюст проверяет эту информацию»

Комментируя информацию Меркачевой, член Совета по правам человека (СПЧ) Кирилл Кабанов сообщил RTVI, что если инциденты с неоказанием медицинской помощи заключенным действительно есть, то об их массовом характере говорить не приходится, это единичные случаи. Он заверил, что деньги на эти цели у ФСИН «предусмотрены, поэтому оказание помощи будет».

«Сейчас Минюст проверяет эту информацию [о неоказании медпомощи тяжелобольным заключенным]. Допускаю, что в каких-то регионах есть проблемы с наличием койко-мест из-за COVID-19. Это не всегда озвучивается, но проблема существует. И такие вещи отслеживать, безусловно, надо», — отметил Кабанов.

Он также сообщил, что разговаривал с руководителями региональных отделений ФСИН, которых «знает лично»: «Они мне врать не будут».

По его словам, эти люди не хотят себе «такой головной боли и лишних смертей», потому что это приведет к дополнительным проверкам и лишней ответственности. И эти люди исходят не только из гуманитарных соображений, но и карьерных тоже, отметил Кабанов.

«Что касается иностранцев, то они содержатся в отдельных зонах и они, как правило, всегда были образцовыми. Да, количество иностранцев в тюрьмах возросло, не в последнюю очередь за счет граждан бывших стран СССР. Наркотики и прочее.

Но я не слышал, чтобы там массово были проблемы с неполучением медицинской помощи. Да мы бы уже все об этих историях знали.

Поэтому я полагаю, что речь идет и здесь о единичных случаях», — резюмировал он.

О смертности в тюрьмах

РИА Новости со ссылкой на данные ФСИН 22 августа сообщило, что в местах лишения свободы умирает около 2,5 тыс. человек в год (примерно каждый 200-й осужденный). В основном это мужчины в возрасте от 20 до 50 лет. 80% смертей вызваны болезнями: на первом месте сердечно-сосудистые заболевания (25%), на втором месте — заражение ВИЧ-инфекцией. Правозащитники считают, что официальная статистика может не отражать реального положения дел, потому что нередко администрации СИЗО могут скрывать, что на самом деле происходит за решеткой.