Началась последняя битва за русский газ

Чуть более суток назад премьер-министр Польши Матеуш Моравецкий, выступая на Мюнхенской конференции по безопасности, заявил, что Россия использует свой природный газ как оружие

Заявление вроде бы банальное и привычное, но польский политик блеснул оригинальностью и предложил не только окончательно похоронить идею запуска «Северного потока — 2», но и остановить работающий «Северный поток — 1».

Слова Моравецкого можно было бы списать на рефлекторную русофобию и атлантическую дисциплину, в которой Польша последние два десятилетия наперегонки соперничает со странами Прибалтики. Однако элементарный анализ событий последних месяцев подсказывает, что у происходящего есть второе, гораздо более глубокое и невидимое массовому зрителю дно, а выше польских и украинских говорящих голов спрятался невидимый кукловод, который и дергает за ниточки, поворачивая ситуацию под выгодным для себя углом.

Начнем с того, что в политическую ангажированность «Северного потока — 2» в самой Европе верят лишь, да простится нам такой термин, самые упоротые и безграмотные русофобы, которые прогуливали в институте занятия по экономике. Обратите внимание, в Германии, в Австрии и во Франции топовые политики обходят тему запуска СП-2 десятой дорогой, боясь лишний раз касаться ее даже вскользь.

Команда ушедшей на покой Ангелы Меркель хоть и заявляла о своей поддержке Киева и необходимости сохранения украинского транзита, при этом сделала все, чтобы проект, невзирая на безумное сопротивление и крайнее недовольство Вашингтона, состоялся. И пришедший на смену Олаф Шольц идет строго след в след за своей предшественницей, к примеру, блокируя поставки оружия на Украину. Если проанализировать его недавний визит в Москву, это будет видно даже невооруженным глазом. С московской трибуны канцлер заявил, что членство Украины в НАТО в обозримом будущем невозможно, посетовал на обострение боевых действий на востоке Украины, и на этом повестка была исчерпана.

Ничего удивительного здесь нет.

Олаф Шольц прекрасно знает, что уже в текущем году Германия остановит три последних атомных электростанции, то есть зависимость страны, ее промышленности от поставок природного газа вырастет еще сильнее. Данные за прошлый год еще не собраны, а вот в 2020-м Германия была безоговорочным мировым лидером по импорту газа, всего Берлин закупил 119,5 миллиарда кубометров, и нет никаких сомнений, что по результатам уже текущего года этот показатель внушительно подрастет.

Аналогичная ситуация и в Австрии.

Ни бывший федеральный канцлер Себастьян Курц, ни сменивший его Карл Нехаммер даже мысли не допускают о том, что «Северный поток — 2» не будет введен в эксплуатацию. Позицию австрийской стороны в январе максимально четко и без экивоков обозначил глава МИД Александер Шалленберг. В интервью газете Die Presse он заявил, что даже если Россия «вторгнется» на Украину, Вена не будет вводить санкции против российской энергетической отрасли и «Северного потока — 2».

Здесь все тоже прозрачно.

По имеющейся информации, из 55 миллиардов кубометров проектной мощности второго «потока» 50 будут через Германию уходить транзитом в Австрию, которая уже примеряет на себя мундир ключевого центрально-европейского газового хаба. Со всеми вытекающими финансовыми и геополитическими последствиями и преференциями.

Франция же в принципе выступает за сохранение стабильности в Европе, более того, последний визит Эммануэля Макрона в Москву дал тонкий намек на то, что Париж не против наладить сотрудничество с «Росатомом», для того чтобы реализовать программу перевооружения французской атомной отрасли.

Ну и, конечно, нельзя забывать о том, что оба «потока» — это не просто трубы и газ, это многомиллиардные инвестиции частных компаний: немецких EON, Uniper и Wintershall, австрийской OMV, французской Engie и англо-голландской Shell. Это ключевые плательщики налогов и гаранты национальной энергетической безопасности, которые в виду своих размеров и влияния давно вышли за границы своих государств и вполне могут самостоятельно влиять на мировую политическую повестку. Предложение остановить оба «Северных потока» — это, по сути, нанесение прямых убытков этим компаниям в размере свыше 30 миллиардов евро. Именно во столько обошлись оба газопровода, учитывая еще и наземную транспортную и распределительную структуры.

Главный парадокс в том, что ни Польше, ни Украине, которые сейчас делают все возможное для втягивания России в вооруженный конфликт, что не оставит Берлину, Вене и Парижу другого выбора, кроме как перейти в режим очередных санкций, обрушение газового транзита не выгодно. Но их мнение совершенно не интересует заказчика, чьи звездно-полосатые уши торчат, как фонарный столб посреди пустыни.

И Вашингтон, и Киев, и Варшава требуют, чтобы Россия остановила все прочие газопроводы и качала газ на запад исключительно через украинскую ГТС. Безумная ирония состоит в том, что в начале восьмидесятых годов прошлого века все те же США категорически требовали от своих союзников в Европе не допустить ввода в строй газопровода «Уренгой — Помары — Ужгород». Да-да, все верно, того самого, который сегодня и остается основной транзитной магистралью по территории Украины и за который изо всех сил цепляется незалежный Киев.

В июне 1982 года газета New York Times вышла под заголовком «Советско-европейское газовое соглашение разделяет американских союзников». В статье говорится, что администрация Рональда Рейгана крайне недовольна строительством газопровода из Сибири в Европу, по которому голубое топливо будет поступать в ФРГ, Францию и Италию. Вашингтон под предлогом того, что Советы якобы могут нарушить международное законодательство, требует от своих союзников отказаться от закупок советского газа, который в структуре отдельных стран тогда составлял до трети всего импорта. Более того, немцы, французы и итальянцы должны были в угоду США забыть о вложенных в проект 15 миллиардах долларов. В пересчете на современные деньги с учетом инфляции эту сумму можно смело умножать на два.

Ровно сорок лет назад даже в разгар холодной войны в Европе возобладал разум и трезвый расчет, что и подарило Украине один из ее последних активов и источников пополнения бюджета.

Но вернемся в современность.

Единственным бенефициаром, который в случае саботажа запуска второго «потока» получит максимальные дивиденды, являются США, и речь тут вовсе не о захвате европейского газового рынка. Пиковые поставки произведенного в Америке СПГ пришлись на декабрь прошлого года, всего же за 2021 год на экспорт было отправлено 1043 партии топлива. Причем в структуре поставок более половины занимает Азия, а на долю Европы приходится лишь треть. И это притом что текущий сезон осень-зима поставил рекорды в плане цен на энергоносители, что и стало причиной того, что продавцы перенаправили газовозы в европейские порты. Ввод второго «потока» стабилизирует рынок, что тут же приведет к определенному снижению цен — и лишит американцев мегаприбылей, выбьет у них их рук инструмент для шантажа ведущих европейских стран.

Однако и это лишь часть мозаики.

Успешно функционирующий уже более десяти лет «Северный поток — 1» стал прологом к установлению более тесных партнерских отношений между Москвой, Берлином, Веной и Парижем. Газопровод работает как часы, а Россия скрупулезно выполняет все свои контракты, что признают даже самые ангажированные западные политики. Запуск второго «потока» стабилизирует внутренний рынок Европы, повысит энергетическую защищенность и, главное, еще сильнее сблизит ведущие страны Старого света с русскими. Для панамериканской глобальной политической системы это означает крах привычной схемы мироздания. А потому в бой пошли уже совсем грязные трюки, исключающие малейшую логику.

Судите сами.

Украина, с одной стороны, на каждом углу кричит, что она надежный транзитер. Однако проще сказать, в какой год Киев не устраивал международных скандалов и не требовал у России совершенно абсурдные и антирыночные преференции. Напомним, газовые конфликты между Москвой и Киевом случались в период 2001-2004, 2005-2006, 2008-2009, 2010-2014 и 2016-2021 годов. Доходило до открытого воровства газа и до срывов поставок, как, например, в 2015 году, когда транзит в Венгрию и Словакию упал до минимума, что вызвало там энергетический кризис. Впоследствии это стало одной из причин строительства «Турецкого потока», и сегодня уже Украина покупает российский газ у венгров, а не наоборот, как это было последние тридцать лет.

Развязанная на Донбассе очередная серия вооруженного противостояния, когда в ход идут тяжелые минометы и орудия, не делает Киев более привлекательным партнером для Европы. В правительстве стран — получателей российского газа прекрасно помнят и историю газовых скандалов с участием Украины, и знают, что, согласно последнему аудиту, УГТС изношена более чем на 85 процентов.

Аналогичная ситуация с Польшей. Варшава, имея микроскопическую тяжелую промышленность, худо-бедно может обойтись без поставок российского газа. Однако Варшава прекрасно знает, что перекрытие трубы — это гарантированная смерть средней и тяжелой индустрии европейских локомотивов, Германии, Австрии и Франции. При этом Моравецкий на полном серьезе предлагает им не только сознательно отказаться от надежного канала поставок, но и нанести своим крупнейшим компаниям — E.ON, Wintershall, Gasunie и Engie — многомиллиардные убытки. Логики здесь нет никакой, перед нами очередное подтверждение, что Евросоюз — это не дружная семья, а банка с пауками, натужно изображающими единство мнений.

Нужно понять простой факт. Сейчас идет не война за Донбасс, перед нами разворачивается историческая битва за передел планетарного влияния, в результате которой впервые за многие столетия может сформироваться устойчивая ось Москва — Европа, причем последняя в этом тандеме будет иметь свободу значительно большую, чем в союзничестве с США. В Вашингтоне это прекрасно понимают, и, судя по тому, что в бой кинута Украина с пушками и Польша с миной под европейский фундамент, наши американские партнеры оценивают ситуацию как отчаянную.

Сергей Савчук, РИА

The post Началась последняя битва за русский газ first appeared on Последние новости: России, Украины, Сирии и Мира. Новости Новороссии (ЛНР, ДНР).