Михаил Белый: Экономически сильные регионы Поволжья имеют свой вектор развития
В последнее время серьезный резонанс и обсуждение в экспертных кругах вызвал вопрос председателя Госдумы Вячеслава Володина о том, почему Башкортостан и Татарстан, имея схожие условия экономического развития на старте, достигли разных результатов на сегодняшний день. Вопрос муссируется довольно часто, но вокруг него довольно много спекуляций и политической конъюнктуры.
Не секрет, что экономическая модель Татарстана во многом заслуженно является примером, который приводится как образец экономического развития на постсоветском пространстве. Но надо сразу отметить, что равные стартовые возможности регионов, даже таких крупных, как Татарстан и Башкирия – миф. Экономика Башкирии во многом была основана на предприятиях военно-промышленного комплекса, которые больше всего пострадали после распада СССР, лишившись госзаказов. В то же время предприятия Татарстана в основном были ориентированы на выпуск гражданской продукции, что позволило удержать их на плаву. Пик добычи нефти в Башкирии приходится еще на 1960-е годы и по объемам добычи эта республика сильно уступала своем принципиальному соседу.
То есть экономическая структура двух субъектов разная. Впрочем, это касается почти всех субъектов Поволжья. А это значит, что каждый субъект должен искать свой вектор развития. Нынешние условия не позволяют всем слепо копировать татарстанский опыт. Это бессмысленно. И сильные регионы с мощным потенциалом, такие как Башкирия или Нижегородская области, этот вектор нашли.
Ключевым фактором здесь является поиск тех точек роста, которые позволят регионам смотреть в будущее с уверенностью. Таких точек несколько.
Во-первых, инвестиции. Согласно рейтингу Агентства стратегических инициатив наиболее привлекательными для инвесторов являются развитые в социально-экономическом плане регионы. В ПФО это как раз Татарстан и Башкирия (оба региона попали в топ-5). Причем Башкирия – единственный субъект, который показывает рост инвестиций все последние три года, даже в «ковидный» 2020-й. Для остальных регионов характерно скачкообразное развитие – успешные годы сменяют неудачные и наоборот, что может говорить об отсутствии последовательной стратегии привлечения инвестиций. В топ рейтинга АСИ в 2021 году также попали Нижегородская и Самарская области. Кстати, о качестве инвестиций в Башкирии говорит тот факт, что именно сюда на открытие завода австрийской фирмы Lasselsberger в августе приезжал Владимир Путин.
Во-вторых, лоббистские возможности. О татарстанском лоббизме говорится много и подробно. Но другие субъекты тоже проводят работу в этом направлении. Яркий пример – работа в этом направлении башкирских и нижегородских властей. И это не только инвестиции, но и, например, прямые финансовые дотации Центра.
В 2021 году из федерального бюджета и Фонда содействия реформированию ЖКХ Башкирия получила 88,41 млрд рублей – один из самых крупных показателей среди всех регионов. Это позволяет принимать бюджет развития, который, несмотря на дефицит, дает возможность вкладывать средства в инфраструктуру и социальную сферу. При этом государственный долг той же Башкирии относительно небольшой – около 30 млрд. руб., ещё меньше он у Пермского края – 14 млрд. У Татарстана госдолг, кстати, составляет более 94 млрд – один из самых крупных в стране. Правда, и бюджет у этой республики больше, чем у соседей. Но не в 3-4 раза.
В-третьих, точками роста в ближайшее время станут предприятия, которые будут внедрять инновационные производственные технологии. У Татарстана здесь есть ОЭЗ «Алабуга», которая признана лучшей в стране. Но в число лидеров попали еще две ОЭЗ из Поволжья – «Ульяновск» (3-е место) и «Тольятти» (6-е место), а башкирская «Алга» признана самой динамично развивающейся в стране. За два года там действительно сделано многое, уже есть 10 крупных резидентов и в ближайшее время будут открываться предприятия инновационно-внедренческого типа. Инновационное производство будет внедрять и БСК – один из крупнейших башкирских налогоплательщиков собирается создавать два новых технопарка и модернизировать имеющуюся базу в соответствии с требованиями защиты окружающей среды.
Разумеется, у каждого субъекта есть существенные проблемы, связанные как с общей социально-экономической конъюнктурой, так и с локальными ошибками и недоработками, но в целом уже очевидно, что российская экономика будет строиться вокруг крупных агломераций и инновационных предприятий, таких, какие пытаются создать в Башкирии, Татарстане, Самарской области и некоторых других субъектах.
При этом у Татарстана все больше возникают трений в отношениях с федеральными элитами. Этнократия Казани не нравится в Москве, и это вызывает определенные структурирующие действия. Мы видели это на примере статуса президента республики, а также задержания ректора казанского университета. Вопрос разрешить удалось, однако, думаю, политические риски от возросшей этнократии Татарстана в ближайшем будущем не исключены.
Таким образом, мы видим довольно динамичное развитие целого ряда регионов Поволжья. Однако многим не хватает именно симбиоза возможностей – например, при наличии ресурсов подчас наблюдается низкая эффективность управленческих команд, слабая работая профильных ведомств и Корпораций развития, а также дефицит лоббистских возможностей и федеральных связей.