«Правообладатели» завалили исками предпринимателей за продажу колонок и наушников
Ситуация с массовыми исками к предпринимателям от «представителей правообладателей» продолжает набирать обороты. Ранее редакция уже писала о том, что суды завалены исками, в которых бизнес чаще всего проигрывает.
[ic_add_posts ids=119619 template="right.php"]— В настоящий момент у нас в работе несколько исков от лица, которое заявляет, что является представителем компании Harman International Industries Incorporated (Харман Интернешенл Индастриз Инкорпорейтед, производитель известных колонок и наушников под маркой JBL. — Ред.) на сумму около 20 млн рублей. Продавцов обвиняют в нарушении патентных прав компании Harman. Чаще всего речь идет о портативных колонках и наушниках, — рассказала Infopro54 директор ООО «Патентно-правовой центр Сибирь Патент», патентный поверенный №1607 Александра Болотова.
Это работает так: «представитель» совершает в магазине контрольную закупку товара (или находит фотографии товаров на сайте), а потом идет в суд.
По словам Александры Болотовой, как правило, иски предъявляются на небольшие суммы — до 100 тысяч рублей. Предприниматели по разным причинам не получают уведомление о том, что это дело рассматривается в суде и потом постфактум видят только исполнительные листы. Некоторым удается договориться о «скидке». Как правило, до 50% от заявленной суммы. Однако в последнее время аппетиты «представителей» возросли, и суммы компенсации уже заявляются по 5 млн рублей за нарушение прав на один патент.
— На сегодняшний день суды Новосибирска удовлетворили уже почти 3 тысячи подобных исков, наработали судебную практику и крайне неохотно соглашаются глубже разбираться в сложившейся ситуации. Патентные споры осложняются тем, что судьи не являются информированными потребителями и не могут верно оценивать отличительные признаки промышленных образцов, которые и должны сравнивать со спорными объектами. Судьи делают выводы просто на основании сходства форм (круглая, цилиндрическая), без учета аналогового ряда, — рассуждает собеседник редакции.
Что касается предпринимателей, то даже если они получают иски на 50-100 тысяч рублей, то чаще всего предпочитают не участвовать в споре, потому что услуги юристов стоят дороже. По мнению экспертов «Патентно-правового центра Сибирь Патент», в этой ситуации нет никакого нарушения интересов Harman, но суды не очень хотят в этом разбираться.
— Самое первое дело по колонкам JBL в Новосибирском арбитражном суде было на 1,5 млн рублей еще в 2019 году. На сегодняшний день в РФ подобных дел уже 3362 (из них 149 дел — в Новосибирском арбитражном суде). Почти все дела выиграны истцом, большинство — без вызова сторон, в порядке упрощенного производства. Но пострадавших еще больше, так как большинство соглашаются заплатить компенсацию без суда, чтобы не втягиваться в дорогостоящие судебные процессы, — подчеркивает Александра Болотова. — То есть терроризм бизнеса идет уже 3 года.
Она отмечает, что к ответственности может быть привлечен не только продавец, но и компания, в которой он закупил продукцию, и транспортная компания, которая ее поставила, и т. д. Сумма иска растет в зависимости от размера компании.
— Ситуация очень сложная. Пока судебная практика не останавливает ту или иную цепочку судебных процессов с «представителями», не подтвердившими наличие полномочий, многие предприниматели успевают потерять крупные суммы денег, — говорит собеседник редакции. — При этом сама компания Harman, вероятно, не получает компенсационных сумм. С этих сумм не уплачиваются налоги, и деньги просто могут оседать в карманах «представителей» (которые по доверенностям имеют право на получение выигранных средств на свои счета) без должного внимания налоговых органов.
Эксперты «Патентно-правового центра Сибирь Патент» проанализировали один из патентов, на который ссылаются представители «правообладателя» в судах.
— Патент предполагает, что нельзя копировать, то есть производить/продавать тождественные или сходные колонки. Но если колонки достаточно отличаются (чтобы покупатель, покупая красную колонку, не был введен в заблуждение, что это JBL или ее аналог), то изготовление и продажа такой колонки не является нарушением патентных прав, такое использование допустимо, нормально и законно! Однако в судах получается не так, — рассуждает эксперт. — Нарушения прав, на наш взгляд, никакого НЕТ — колонки/наушники, которые продаются в мелких магазинах «У дома», — самые обычные круглые и квадратные колонки БЕЗ маркировок! Дизайн продаваемых колонок совершенно не похож на дизайн JBL! По факту у JBL сотни патентов, и получается, что, продавая практически любую колонку в своем магазине/сайте/аккаунте, ты рискуешь получить иск! Если со «Смешариками» (с исками в суды нередко обращаются «правообладатели» таких товарных знаков, как «Смешарики», Angry Birds и т. д.) — проще, можно хотя бы понимать, что ты нарушаешь, то тут и понимания не может быть. Я бы, продавая такие колонки, имея огромный опыт в сфере интеллектуальной собственности, была бы уверена, что я НИЧЕГО не нарушаю.
Изучив документы, которые находятся в судах, Болотова отмечает, что к достоверности доверенностей, которые предъявляют в суды «представители», очень много вопросов. Во многих процессах с участием других иностранных правообладателей цепочка доверенностей включает одних и тех же граждан России. Ранее эта цепочка передоверенностей использовалась в спорах от имени компании Entertainment One UK Limited. Есть прецеденты, когда благодаря внимательности судей было установлено отсутствие подтвержденных полномочий у «представителей» (дело № А69-241/2018, Республика Тыва, дело № А67-9627/2018 Томская область).
— Сейчас нами инициированы споры о признании недействительными решений Роспатента о выдаче патентов на промышленные образцы. Даже если Роспатентом будут приняты решения об отказе в удовлетворении возражений, он в своих решениях должен будет указать, какая именно совокупность существенных признаков должна быть выявлена в изделии для того, чтобы установить нарушение прав на патент. Это также должно будет помочь судам в новых процессах принимать решения более правильно, — подчеркивает Александра Болотова. — Однако все эти тонкости имеют значение, если только полномочия «представителей» компании Harman будут подтверждены. Именно изучением достоверности полномочий представителей должен заниматься суд сейчас, получая исковое заявление. В делах, в которых мы участвуем, ни один представленный истцом документ не содержит печати компании. Перевод доверенности содержит ошибки (в том числе, полагаем, и специально сделанные), сама доверенность по форме — идентична всем доверенностям, в которых фигурируют одни и те же лица. В этой двуязычной доверенности, в котором перевод на английский язык выполнен машинным способом, оставлены грубые ошибки перевода, а полномочия представителей — необыкновенно широкие, от права выдачи передоверенностей другим лицам до права принимать участие в банкротстве компании Harman на территории России. Очень сомнительно, чтобы такой документ мог быть подписан крупной корпорацией.
Александра Болотова уверена, что, если внимание общественности будет высоким, существующую судебную практику удастся изменить. Такие прецеденты уже есть (дело № А40-91504/21, Москва). Решение Арбитражного суда Москвы, которым было определено отсутствие полномочий у «представителей» действовать от лица компании Harman, устояло в апелляционной инстанции. Кассационной жалобы представителями компании Harman не подавалось. По ее словам, это вселяет надежду на то, что скоро наступит переломный момент при рассмотрении судами подобных исков по той же самой доверенности.