Венгерские партизаны и антифашисты. Почему о них принято молчать?
Эрозия памяти – штука занятная. Руководители венгерской компартии, которым помогли закрепиться во власти в 1956 году прежде всего русские танки, предпочитали вообще не вспоминать об этом. Однако память отказала им и ещё в одних воспоминаниях. О том, кто боролся за реальную свободу Венгрии ещё раньше – во время войны, когда страну превратили в сателлита нацистской Германии, что стоило её народу сотен тысяч жизней. Между тем в Венгрии ведь тоже было антифашистское сопротивление, не такое сильное, как в Польше и Чехословакии, но было.
Первые венгерские партизанские группы появились уже осенью 1941 года. Под руководством местных коммунистов они обосновались вблизи села Таллаш, в округе Сенци, районе Регина, и действовали в окрестностях городов Мишкольц, Дьёр, Вац и села Марцеллхаза. Этим малочисленным и практически невооружённым группам не удалось укрепиться, и к 1943 г. они вынуждены были прекратить свое существование. Немногочисленные участники ушли в глухое подполье.
Памятник Олексе Борканюку в Закарпатской области (Украина)
4 января 1942 года у карпатских границ Восточной Венгрии, в районе Ясиня, была сброшена на парашютах группа партизан из шести человек во главе Олексой Борканюком. Борканюк уже тогда был видным деятелем коммунистического движения Закарпатья, его руководителем. Но, к сожалению, его группа была выслежена и уничтожена местной жандармерией. Однако и помимо тех, кто погиб, или не имел возможности сражаться, на протяжении трёх лет (с 1942-го по осень 1944-го) почти в 10 городах страны венгерские коммунистические группы осуществляли диверсии и саботаж.
В сентябре 1944 года в Шаришапе был организован крупный партизанский отряд под руководством коммуниста Яноша Здерка. В октябре-ноябре этот отряд уничтожил до 150 гитлеровцев и подорвал три воинских эшелона. Нельзя забывать и тот факт, что именно партизаны сумели организовать пропагандистскую работу в хортистских войсках, которые расположились гарнизонами во всех стратегических пунктах Венгрии, практически не опираясь на поддержку немцев. Именно это и позволяло партизанам налаживать контакты с солдатами, а зачастую и с офицерами, что в итоге и привело к разложению в армии. С антивоенными настроениями в войсках не смогли справиться даже салашисты, которые всеми силами стремились выслужиться перед германским союзником.
28 сентября 1944 года коммунистами города Мишкольца была создана патриотическая организация «Мокан-комите». Она вела антифашистскую пропаганду, совершала нападения на гитлеровские войска, оказывала посильную помощь советским войскам. Кроме того, в августе—октябре 1944 года в Закарпатье, Северной Трансильвании, Южной Словакии и северной части Венгрии было сброшено 11 смешанных советско-венгерских групп с преобладанием в них венгров. В них было всего 30 советских граждан и 250 венгров, но несмотря на это, всех их впоследствии венгерские прозападные историки однозначно записали в «агенты Советов».
Наиболее успешно действовали в 1943–1945 гг. партизанские отряды под командованием коммуниста Дьюлы Усты в бывшем словацком Закарпатье, которое было оккупировано Венгрией с октября 1939 года. Немало славных подвигов на счету отрядов Йожефа Фабри на словацко-венгерской границе, а также Шандора Ногради в районе Шалготарьяна.
Уже во время тяжелейших сражений за Будапешт под руководством компартии в венгерской столице действовали подпольные боевые группы численностью до 50 человек каждая. Назовём только самые известные из них: «Сир», «Марот», «Лаци», «Хомок», «Шагвари», «Варнаи», «Лакотоша», «Вереш бригад». Характерно, что половина из этих групп действовала под видом подразделений венгерской армии, пользуясь страшной неразберихой, царившей там в дни салашистского переворота. Эти группы, помимо всего прочего, спасли от разрушения салашистами и гитлеровцами ряд важных объектов города.
В конце октября 1944 г. активный участник движения Сопротивления, коммунист Эндре Байчи-Жилински взял на себя подготовку вооруженного восстания в Будапеште. Разработку плана он поручил генерал-лейтенанту Яношу Кишу, полковнику Ене Надю и капитану Вильмошу Тарчаи. Основные пункты плана были изложены в письме к маршалу Р.Я. Малиновскому: это письмо намечалось переправить 23 ноября 1944 г. Но за день до этого руководство подпольной группы было выслежено и вскоре казнено.
В общей сложности на территории Венгрии действовало не менее 35 партизанских групп. Помимо этого, многие венгры сражались против фашистов на территории СССР, Румынии, Югославии, Словакии.
В середине марта 1949 г. тогдашний глава Венгрии Матиас Ракоши прибыл в Москву для встречи с Иосифом Сталиным. Получив своеобразное благословение по политическим и экономическим вопросам, Ракоши согласовал с советским руководством решение создать в Будапеште советско-венгерский Пантеон Великой Победы. Наряду с парадными залами в Пантеоне намечалось открыть и весьма обширную экспозицию, посвященную не только совместным операциям советских войск и венгерских партизан, но и венгерскому Сопротивлению, коммунистическому подполью в Венгрии в годы Второй мировой войны. Разумеется, было выделено место и для рассказа о терроре фашистов и их местных марионеток: хортистов и сменивших их салашистов.
В конце августа 1949 г. лидеры вновь встретились в Москве и, ознакомившись с первыми предложениями историков, архитекторов и художников, подтвердили ранее принятое решение. Однако реализация проекта так и не состоялась. Уже в тот период у самой идеи имелись тогда еще «скрытые» оппоненты, причём не только в Венгрии. Дважды сооружение Пантеона откладывалось венгерской стороной до 1953 года вроде бы по официальным причинам: финансовым и техническим.
После 5 марта 1953 года, с кончиной Сталина, о проекте как бы «забыли» в обеих странах. Хотя подготовка к созданию объекта была фактически завершена уже к 1951 году, а сам Ракоши не раз жёстко требовал от «своих» инженеров и строителей приступить к сооружению Пантеона. Судя по всему, он не случайно запрашивал Москву о замене большей части венгерских рабочих и инженеров советскими специалистами.
Но Москва не стала вмешиваться в ситуацию, скорее всего, по понятным политическим причинам. Тем более что в Венгрии в ноябре 1945-го в Будапеште невдалеке от здания парламента был сооружён величественный 14-метровый монумент венгерского скульптора Антала Кароя советским воинам-освободителям. Чуть позже был установлен «высотный» памятник Сталину, а во многих городах страны оперативно разместили обязательные бюсты советского лидера. Наконец, появился в Венгрии и придунайский городок с названием Сталинварош – бывший Дунауйварош.
Однако достойного памятника героям венгерского Сопротивления – антифашистам, в стране так и не появилось. Помнили о них совсем недолго. Уже в более поздний, социалистический период венгерская историография стремилась замалчивать движение Сопротивления в Венгрии. Причём делалось это с подачи «послесталинских» венгерских властей. В то же время советская сторона предпочитала после венгерских событий 1956 года как можно реже "напоминать" венграм о совместной борьбе против фашизма. Сомнительная политика умиротворения сводилась в основном к тому, чтобы вдруг не "озлобить" не самого надёжного союзника по Варшавскому договору и СЭВ ещё и фактами его же собственной истории.
Как видно, именно поэтому ни советские деятели, посещавшие Венгрию после 1956 года, ни её первые лица в своих выступлениях в СССР и в самой Венгрии даже не вспоминали о венгерском Сопротивлении. А, например, венгерское театральное и киноискусство с конца 50-х вполне «обходилось» без сюжетов об антифашистском сопротивлении, как, впрочем, и о терроре в стране, который был характерен как для относительного мягкого периода правления адмирала Миклоша Хорти, так и для откровенно прогерманского фашизма при Ференце Салаши.
Если говорить о периоде со второй половины 1940-х годов до середины 1950-х, когда в СССР ещё не было даже намёков на развенчание «культа личности», в Венгрии всё же чтили героев Сопротивления. Политика и пропаганда тогдашних «просталинских» венгерских властей полностью опровергала ставшую впоследствии расхожей версию о том, будто бы вся Венгрия сопротивлялась «советской агрессии» и до, и после 1945 года.
Потом о венграх-партизанах стало принято молчать. Но ведь и в СССР, особенно после событий 1956 года, почему-то решили «забыть» о венгерских братьях по оружию. Но ведь именно в 1956 году было «оптом» разрушено подавляющее большинство памятников и барельефов борцам против фашизма. Некоторые позже всё-таки восстановили, но свою роль в разжигании русофобии и агрессивного антисоветизма это, безусловно, сыграло.