Политэмигрант, бывший киевский священник, которому пришлось после государственного переворота 2014 года переехать в Москву, рассказал изданию Украина.ру, что он думает о провокационных действиях Константинопольского патриарха Варфоломея, отменившего анафему Филарету.

Издание Украина.ру продолжает освещать непростую церковную ситуацию, которая сложилась сейчас на Украине после того, как с подачи Петра Порошенко Константинопольский патриархат встал на путь создания в стране «поместной церкви». Сначала сюда были присланы два экзарха из США и Канады. Потом через 300 с лишним лет Варфоломей отменил решение своих предшественников дать согласие на переход Киевской митрополии Московскому патриархату.

- Объясните нам, людям, несведущим в тонкостях церковного права, как может Константинопольский патриархат отменить анафему человека, которую другой патриархат, в данном случае Московский, объявил члену своей церкви. Речь идет, конечно же, о Михаиле Антоновиче Денисенко, который известен всем нам как «патриарх Филарет». Это вообще церковные правила, постановления Вселенских соборов и Отцы церкви разрешают делать?

— Никоим образом. Даже никто из священников не может отменить епитимью, наложенную другим священником. Точно так же и патриархи между собой: один сделал, второй не лезет. У нас верховенство какого-то одного патриарха. Поэтому действия патриарха Варфоломея — это вопиющее беззаконие. Больше даже нечего и говорить. Это попрание всех норм. Это как ЖЭК наложил какую-то пеню, а ЖЭК другого дома ее почему-то отменил. Все эти действия Варфоломея — абсурд.

- Константинопольский патриархат отменил свое согласие от 1688 года на переход Киевской митрополии в состав Московского патриархата. Он что, может это делать? Это правильно с точки зрения церковного права?

— Это все лукавство. Византийское лукавство, из-за которого Византии больше не существует.

- А другие поместные православные церкви отреагируют на это вопиющее безобразие?

— Это в интересах всех церквей — отреагировать на это твердым и недвусмысленным протестом против этой наглости константинопольской. Тут вопрос: насколько они свободны в своих решениях. Насколько они не подвержены влиянию извне, насколько они не связались с агентурой противника, общего противника, поскольку на них влияют политические структуры различных государств, насколько они слабы. Они по совести понимают, насколько и как надо делать. А публично они могут поступать по-другому, так как являются заложниками.

- Какой должна быть реакция Русской православной церкви?

— Резкой и жесткой. Риторику войны надо принимать. Раз бросили перчатку, значит, надо принимать войну и воевать, а не делать вид, что всё в порядке, и мы всё порешаем. Это война! Нам объявлена война!

- Известно, что 15 октября в Минске состоится заседание Священного Синода РПЦ. Стоит ли на нем объявлять анафему патриарху Варфоломею?

— Я полагаюсь на наших архиереев и не буду ничего предвосхищать. Если они решат анафематствовать Варфоломея, я скажу: «Аминь!» Если скажут: не время еще. Ну что ж, будем ждать другого времени. В общем-то я полагаюсь на архиерейский разум, на то, что через них действует Дух Святой.

— Мне трудно сказать, чем всё закончится практически: посылкой добровольцев или нотами протеста, или всякими гуманитарными акциями, но реакция на это должна быть всесторонняя, комплексная и вполне активная. Потому что нельзя отдавать своих на заклание.

- До 2014 года вы были священником Украинской православной церкви. Сначала во Львове, а потом в Киеве. Вы знаете ситуацию изнутри. Как думаете, многие из архиереев, монахов, священства и мирян уйдут из Московского патриархата в «поместную церковь»?

— Нет, таких не больше трети. Скорее всего, меньше трети. Это люди изначально гнилые. Их имена и фамилии в принципе известны. Эти гнилушки спят и видят, как занять теплые места, но, к счастью, их не так много. А основная масса будет исповедниками и терпеливыми защитниками истины.

- А как в этой ситуации поведет себя православная Волынь — останется верна митрополиту Онуфрию или пойдет в раскол?

— Я не знаю, я не хочу прогнозировать. Многое зависит от архиереев. Армия львов под руководством барана превращается в стадо баранов. И наоборот — стадо баранов под управлением льва превращается в армию львов. Всё зависит от начальствующих лиц. Архиерей будет достойный — церковь будет достойная. Архиерей будет крыса — в церкви будет крысятничество.

- Ваш давний оппонент, московский диакон отец Андрей Кураев, поддерживает предоставление томоса, радуется возможности создания на Украине поместной церкви, а раньше, как мы помним, он боролся за единство украинской церкви с Москвой. Почему он так себя ведет, и как вы к этому относитесь?

— Я никак к нему не отношусь. Этот персонаж меня интересует очень мало. А если интересоваться им, то надо поинтересоваться, кто его взял в оборот, в разработку. Кто ему платит, и на кого он работает. Вот это всё, чем стоит интересоваться в отношении этого человека. Всё остальное меня совершенно не интересует.

— Я слышал от некоторых российских политиков такое мнение: после того как начнется свалка за церкви, многим батюшкам придется худо. Поэтому их надо тут принимать и давать им российское гражданство. Как вы к этому относитесь?

— Думаю, да, надо спасать людей. Бог не в бревнах, а в ребрах. Если люди будут спасать свою душу, детей своих, веру свою и будут исходить из этого очага чернобыльской духовной катастрофы, то надо принимать их здесь, облегчать принятие ими гражданства. Надо насыщать изначальную Русь этим белым христианским населением. Всё остальное нас мало волнует.

Александр Чаленко