Модные извращения 18 года: тогда и сейчас
Восемнадцатый год сто лет назад прошел под знаком, как бы сейчас сказали, модных девиаций. Стоило только выйти на улицу, как глаза рябило – вернее, чернило – от огромного количества народу, выглядевшего весьма и весьма… оригинально по дореволюционным меркам.
Черная кожа от макушки до пяток. Кожаные сапоги, кожаные галифе, кожаная тужурка. Сразу вспоминается Мурка, но Мурка была чуть позже… Тогда же был товарищ Свердлов.
Чуть позже Троцкий писал: «Думаю, что во введении кожаной формы большую роль сыграл пример Свердлова. Сам он, во всяком случае, ходил в коже с ног до головы, то есть от сапог до кожаной фуражки... В моей памяти фигура Свердлова осталась в облачении чёрной кожаной брони».
Этот черный кожаный образ настолько полюбился господам революционерам, что аферисты, выдававшие себя за комиссаров использовали его просто вот так, безо всяких документов.
Оделся как комиссар и вперед, вершить справедливость.
Это привело к тому, что в 18 году в Москве на учет пришлось ставить не оружие и не комиссаров, а галифе и тужурки.
Гражданское население одевалось просто. Вернее, извращалось над модой как могло. Ну, а что – времена тяжелые, революционные.
Самые популярные цвета и ткани в то время были те, которые раньше обтягивали биллиардные столы. Чуть полегче стало, когда пошла волна всеобщей атеизации страны – священнические облачения весьма и весьма нарядно смотрелись перешитыми по фигурам прекрасных дам.
Сегодня я понял – сто лет прошло, а времена не изменились. Населению, особенно дамам – все так же тяжко. Материалов не хватает, денег нет. По-прежнему приходится извращаться, как только могут.
По улице шла девушка в черных кожаных штанишках, на самый верх которых (ну, там где у обычных штанов попа с ширинкою), ткани не хватило. Держались они на талии исключительно за счет каких то непонятных перемычек. Из-под перемычек торчали шортики.
Хорошо еще шубочка из мексиканского тушкана от бабушки осталась.
Чуть не растрогался – как, все-таки циклична история!