«Возвращаясь с занятий, я плакала»: редактор InStyle учится актерскому мастерству в Gogol School

София Расторгуева: «Я согласилась на актерский интенсив,как только поймаласебя на мысли, что все происходящее там мне страшно.Начиталась отзывов и поняла, что этотадреналинмне нужен сейчас. Вообще я экстроверт-энтузиаст, в начальной школе постоянноучаствовала в сценках и с успехом выполняла роль камня, столба илиразбойника, привязанного к дереву. Конечно, став взрослее, я начала ходить на танцы, и часто мне давали соло, но внутренние зажимы остались. Ведь они не зависят от того, могу ли я перевоплощаться, скорее, наоборот, яне умеюбыть собой. Как оказалось, именно этому и учат в GS—не стесняться своих эмоций, не бояться показаться не таким,каким тебя ожидают увидеть.

Я не собираюсь менять род деятельностии становиться актрисой, скорее, хочется бросить себе вызов, испытать силы, поработать над собой и избавиться от внутреннего напряжения.

Как проходят занятия

Занятия проходят в большом залес белыми стенами, вспортивной одежде и босиком. Пришедшие студенты рассредотачиваются по периметру, разговаривают друг с другом, кто-то лежит на полу. Люди тутсамые разные —от вчерашних школьниковдо преподавателей из Вышки.
В комнату заходит Илья Ромашко, и все собираются вокруг него.
«Привет.Знаете, я столько раз начинаю этот интенсив, а до сих пор не придумал вступительную речь... Ну так вот, я —Илья (улыбается).
Я, конечно, не увижу, честно ли вы делаете упражнения, потому отвечайте на этот вопрос сами себе. Сосредотачивайтесь на себе».

Дальше онподнимает нас на разминку. Нет, не аэробика под Рианну, с закрытыми глазами мы дышим и представляем, что вдыхаем через макушку, а выдыхаем через солнечное сплетение или кончики пальцев на ногах.Дыхание позволяет сосредоточиться и почувствовать свое тело.

Потом нам предлагают разбиться на пары и встать друг напротив друга. Илья ходит по залу между парами: «Посмотрина человека напротив себя, посмотрив его глаза, рассмотриего одежду, подумай, почему он выбрал сегодня именно такую футболку, что он транслирует через нее? Всматривайтесь в кожу, с недостатками и прыщами, изучите человека полностью, вам сегодня с ним работать».
У меня от волнения ватные ноги, яникогда никому так подолгуне смотрела в глаза. Оглядываюсь по сторонам, все очень сосредоточены на процессе. Видно,что ребята выкладываются на 100%, этозаставляет меня сконцентрироваться иотбросить комплексы. Сюда все пришли для того, чтобы провести честный диалог с самим собой и перестать зависеть отстрахов, шаблонов и стереотипов.

Личные ощущения

После первого занятия, которое длилось пять часов,я сказала себе, что с меня хватит, и специально«забыла» спортивную форму на следующий день, чтобы случайно снова сюда не прийти.Назавтра вконце рабочего дня я не выдержала и убежала за спортивными штанамив первый попавшийся магазин, а затем поехала вGS.И каждый раз,возвращаясьот школы до метро, яплакалаи зарекалась больше туда не приходить.Но приходила снова и снова почему-то...в душетянуло в белый зал к босоногим людям, экспериментировать, узнавать себя, доверять и любить их. То, что там происходит, —невероятно.Я не могла полноценно работать, жить и гулять,постоянно думала о том, что говорил Илья, и пыталась в себе это нащупать.Через две с половиной недели, в выходной день я поймала себя на мысли, чтожду понедельник (это я-то!). Наверное, потому, чтов школе я чувствовала себя по-настоящемуживой и искренней. На последнем занятиимне хотелось лечь поперек прохода и закричать:«Пожалуйста, не расходимся!Всем оставаться на своих местах!»Gogol School непро готового актера через месяц, через три месяца, через год. Тут команда преподавателейработает не на результат, а на процесс. Аэтот крайне сложный путь познания себя не может быть ограничен семестрами и курсами. И яне знаю, какая трансформацияможет произойти в человеке за четыренедели и может ли? Но пусть на сотую долю, но теперь я не прежняя.Жизнь делится на до и после, когда видишь, что может быть по-другому, что люди бывают честными,открытыми исмелыми.

ИльяРомашко, актер, основательGogol School

Как вы стали актером?

Илья Ромашко: Я в какой-то момент не смог ответитьсебе на вопрос «зачем».Я отучился в РГГУ наPR, ни дня непроработал в профессии и со второго курса ушел в компанию,которая занималась тем, что реализовывала реальные активы, были большие, серьезные финансы,это был рынок покупки и продажи бизнеса,сделки сегмента примерно$25–50 млн, и в какой-то момент я не понял, зачем продолжаю это делать. На квартиру заработал, на машину заработал.Мне говорят: «Ладно, Илюш, мы все поняли, вот до сентября отпуск за счет компании, ты давно не отдыхал, иди. В сентябре мы тебя ждем».

И дальше начался очень жесткий период, когда экзамены вступительныечерез полтора месяца, а у меня ничего не готово, у меня ноль вообще. И я занимался с двумяразными репетиторами два раза в день каждый день, и мы подготовили вступительную программу. Япоступил во МХАТ и в Щепкинскоес первого раза. Но это был мой единственный шанс, потому что пацанов берут до 25, но включительно или не включительно, решается в каждом конкретном случае. Аяпоступил в 25, и через две недели мне исполнилось 26.

И потом мне понадобились двагода, чтобы снять галстук. Рядом бегали молодые Авдеев, Горчилин, Кукушкин.Кукушкина хотелось убить сразу, но я не мог его поймать, он быстро бегал, а когда я его догнал, мне уже не хотелось его убивать,хотелосьобнять.

Такчто я очень хорошо понимаювсе те проблемы, с которыми ребята сюда приходят, потому что у меня было все то же самое, и даже не то же самое, это было хуже. Я былабсолютно деревянный, зажатый, недышащий, сложно любящий. Ия помню, что помогало мне, поэтому то, что я даю,я понимаю, на какие проблемные зоны действует.

Как родилась идея создать Gogol School?

Илья Ромашко:Не знаю, мне просто захотелось это сделать. В какой-то момент внутри стало свербить и я захотел создать школу, чтобы делиться знаниями.Это было 2015 год, лето,и GSначиналасьс одним прекрасным парнем Сашей Тишковым, он договорился с Перовским парком,они нам отдалиангар, полный всякого хлама, который мы вычистили, и отдали они его с тем условием, что мы делаем спектаклии показываем их там, в этом ангаре.Группа была 20 человек, и что-то так бабахнуло, что осенью мы набрали уже тригруппы. Полгода существовали в таком цыганско-кибиточном режиме и потом поняли, что нужен свой дом, что невозможно постоянно снимать зал. Необходимоместо, в которое можноприйти и развалиться после рабочего дня, чтобы студентымогли что-то схватить быстро и потащить в этюдили разломать ширму, а это можно дома, в съемномзале это невозможно.Мы стали искать помещение и нашли здесь,в «Мозаике».А сейчас прошло три года, и мы совсем выросли, нужен совсем свой дом. И он теперь у наc есть, буквально двух шагах от Гоголь-Центра. Это было сложно, но мы смогли.

По какому принципупроходит отбор на обучение?

Илья Ромашко:Смотря куда.Если это интенсив —кто первый, того и тапки. Если лаборатории —то, конечно, мы в основномберем ребят с интенсивов, тех, кто говорит:«Мы хотим дальше».Мы их знаем, они уже знают, куда идут, педагоги к ним присмотрелись, они примерно понимают, что будет. Конечно, естьпроцент тех, кто поступает без интенсивов, просто пришли, увидели, но в основном ребята знают, куда идут, даже если они не ходили на интенсивы.
Сейчас уже год я не веду ни одну лабораторию, но каждую лабораторию отбирают те мастера, которые ее ведут. Мастера из лабораторий не пересекаются, я не знаю, по какому принципу они отбирают, но 90% завязано на «нравится — не нравится», но перед этим они все проходят забавное анкетирование. Человека собеседуют вместе с этой анкетой.

Меняются ли люди после GS?

Илья Ромашко:Меняются. Да, меняются, ровно поэтому я этим и занимаюсь как педагог. Потому что увидеть, как кто-то расцветает, увидеть, как кто-то из девочки«с бантиком»становится женщиной, по крайней мере, находит это в себе, — потрясающе.

Что дают занятия в GS?

Илья Ромашко:Каждому свое.Ощущение себя, ощущениеполноты жизни. На всякие комплексы, зажимы и тараканы уходит очень много энергии, очень много. А это ценный ресурс.