Пошли по трубам. Дмитрий Мигунов
Зачем Украина подала в суд на Еврокомиссию
«Нафтогаз» подал в суд на Еврокомиссию за решение расширить доступ «Газпрома» к газопроводу OPAL в Германии. Украинская компания считает, что тем самым главный европейский исполнительный орган вышел за пределы своей компетенции, а кроме того, нарушил права Киева, предоставляющиеся по соглашению об ассоциации с ЕС. Дело в том, что при полной загрузке «Газпромом» этой трубы потребности российской газовой монополии в Украине как транзитной стране резко падают. С юридической точки зрения шансов у иска немного, считают эксперты, но для «Нафтогаза» и Украины это хорошая возможность напомнить Европе о себе и своих нуждах.
Форточка в Европу
Газопровод «Северный поток» в свое время пришел на северо-восток Германии, туда, где европейская трубопроводная сеть была не слишком развита. Параллельно с первой ниткой Nord Stream возводились газопроводы, соединяющие город Грайфсвальд с остальной газотранспортной системой Германии — NEL и OPAL. Первый проложен по северному побережью Германии к Гамбургу и далее к голландской границе. Второй направлен на юг, через восточные земли страны и в государства Центральной и Восточной Европы.
«Газпром» вел переговоры об исключительном допуске своего топлива в трубопроводы еще до окончания строительства «Северного потока». Без этого затея теряла всякий смысл, поскольку до потребителя газ бы просто не доходил. Если с NEL все было достаточно просто, то OPAL российской компании разрешили заполнять только на 50 процентов.
Загвоздка была в том, что, кроме «Газпрома», подавать сырье в отходящую от побережья Балтийского моря трубу было просто некому. Поэтому при необходимости загрузка обеспечивалась при помощи посреднических фирм, покупавших газ на входе в OPAL и далее распределявших его по сети. При этом главный поставщик, естественно, нес издержки.
Такая ситуация сложилась из-за так называемого Третьего энергопакета — документа, принятого ЕС в 2009 году и призванного обеспечить конкуренцию при поставках газа в Европу. Ключевое требование — недопустимость сохранения добычи и распределения газа в одних руках. «Газпром» не смог бы поставлять газ через эти трубопроводы, если бы перед завершением строительства «Северного потока» их не вывели из-под действия энергопакета. Точнее, NEL был выведен полностью, а вот OPAL — только наполовину.
Осенью прошлого года, 28 октября, Еврокомиссия одобрила исключение еще 30 процентов мощностей OPAL из Третьего энергопакета. Для «Газпрома» это принципиально важно, поскольку в перспективе позволит загружать европейские ГТС не только из «Северного потока» (работающего на максимуме), но и из «Северного потока — 2», который сейчас строится.
Польша негодует
Разумеется, страны-транзитеры были этим недовольны. В декабре польская газовая госкомпания PGNiG направила в Европейский суд иск с требованием отменить постановление высшего исполнительного органа ЕС.
И все же для Польши проблема газового транзита не первостепенная (в конце прошлого года даже заявлялось, что республика не намерена продлевать транзитный договор с Россией). А вот для Украины это вопрос жизни и смерти.
За транспортировку топлива по своей ГТС Киев получает от «Газпрома» около двух миллиардов долларов в год. После запуска «Северного потока — 2» и «Турецкого потока» украинский маршрут, когда-то покрывавший экспортные потребности «Газпрома» на 80 процентов, станет просто ненужным. Не будет двух миллиардов в год, и стоимость газотранспортной системы, самого лакомого актива на Украине, упадет в пять раз.
«Нафтогаз» пытался приобщить свои претензии к польскому иску, а теперь подал собственное заявление в Европейский суд. В Киеве считают, что Еврокомиссия вышла за пределы своих полномочий и своим решением угрожает конкуренции на рынках ЕС, а также наносит ущерб Украине. Возникает вопрос: какое отношение имеет Киев к внутриевропейским делам в принципе?
На самом деле некоторые основания для иска есть. По словам юриста адвокатского бюро А2 Екатерины Ващилко, «Нафтогаз», судя по всему, рассчитывает на пункт 274 «Соглашения об ассоциации», где говорится о том, что стороны проводят консультации с целью координации своих действий по развитию газотранспортной инфраструктуры. «Исходя из этого положения, Нафтогаз делает выводы о том, что решение ЕК по OPAL должно быть согласовано с украинской стороной, чего сделано не было, следовательно налицо (с точки зрения украинской компании) нарушение положений соглашения», — рассказала юрист «Ленте.ру».
Страдания из-за невнимания
Ващилко, однако, считает, что Киев вольно истолковал документ. Согласовывать с Украиной ЕС ничего не обязывался. «Де-юре между консультациями и согласованием существует принципиальная разница. В рамках консультации украинская сторона может быть уведомлена о том, что ЕК намерена принять положительное решение в отношении развития прокачки российского газа с использованием OPAL. Именно «может», а не «обязана». Про согласование с государством, обеспечивающим альтернативные маршруты прокачки и не входящим в ЕС, речи ни в Соглашении, ни в Энергетической хартии, к которой «Нафтогаз» апеллирует, и про возможность этим государством решение ЕК блокировать, нет ни слова», — подчеркнула собеседница «Ленты.ру»
Более того, предполагается, что консультации проводятся на уровне государства, а не компании, обеспечивающей транзит. То есть согласовывать с конкретным юрлицом, «Нафтогазом», свои действия ЕК не обязана тем более. Учитывая все это, можно предположить, что у украинской газовой корпорации нет никаких шансов добиться своего в Страсбурге.
Речь идет скорее о попытке Украины просто привлечь к себе внимание европейского руководства. В Киеве очень сильно обеспокоены сотрудничеством Германии и России по «Северному потоку — 2» и тем, что Брюссель смотрит сквозь пальцы на это сотрудничество. В отличие от «Южного потока», где Еврокомиссия полностью отказалась от каких-либо компромиссов. Что и понятно: одно дело создать трудности для Болгарии, Греции или даже Италии, и совсем другое — для Германии.
Помимо Страсбургского суда, Украина сейчас участвует и в других арбитражах, и везде ее позиции выглядят слабыми. К примеру, в Стокгольмском арбитраже. В «Нафтогазе» уже заявили о вероятном банкротстве, если этот процесс будет проигран.
Действительно, Стокгольмский арбитраж рассматривает взаимные претензии «Газпрома» и «Нафтогаза». Их объем исчисляется десятками миллиардов долларов. Российская компания обвиняет украинскую в нарушении условия «бери или плати», согласно которому «Нафтогаз» должен приобретать определенные объемы топлива по прописанной в контракте цене. Украинская компания утверждает, что цена несправедлива. Кроме того, она жалуется на недополученную прибыль за прокачку газа по своей территории.
«Это все жонглирование цифрами. В реальности есть несколько исков, пока речь идет об общей сумме взаимных претензий порядка 50 миллиардов долларов. Там есть большая нарастающая с каждым платежным периодом часть, так как Украина все еще находится с «Газпромом» в договорных отношениях. Иными словами — от Украины зависит, достигнет ли эта сумма прогнозных 80 миллиардов. Если выплатить быстрее, то будет меньше. С другой стороны, денег у компании на то, чтобы рассчитаться по всем долгам, все равно не найдется, поэтому единственная дорога — иски и поиск единомышленников в Европе», — говорит аналитик «Алор Брокер» Кирилл Яковенко.
В то же время паниковать Киеву не стоит. Немцы, разумеется, заинтересованы в беспрепятственных поставках газа из России, но Украиной и ее газотранспортной системой жертвовать не готовы из чисто политических соображений. «Банкротства единственного крупного игрока на Украине в области нефтегазовой отрасли не допустят, во всяком случае пока через эту страну осуществляется транзит и МВФ решает проблемы ее экономики», — заключил Яковенко.