Людмила Чурсина: "Я хотела уйти в монастырь..."
Красота - страшная сила. Красота плюс гордый нрав - крест, нести который под силу не многим. Но Людмила Чурсина, признанная красавица экрана, которую на Западе когда-то окрестили русской Мэрилин Монро, не привыкла жаловаться и просить о помощи. Все сама, сама...
Сама выбирала роли, сама оставляла мужей. Сама оставалась у разбитого корыта, сама пыталась его склеить...
С Людмилой Алексеевной мы встретились накануне ее очередной премьеры. Все такая же стройная, подтянутая, женственная. Разве что слегка уставшая, но это, видимо, от волнения. До выхода на сцену два часа...
- Людмила Алексеевна, сегодняшняя премьера - ваша первая встреча с Чеховым?
- Первая встреча была, когда я жила в Ленинграде, - в Александринке играла Шурочку в «Иванове». А сегодняшний спектакль - это ранняя пьеса Чехова. По ее мотивам Никита Михалков снял фильм «Неоконченная пьеса для механического пианино», но у нас совершенно другой, трагический финал. Из моей героини, генеральши Анны Петровны, потом, кстати, выросла Раневская.
- Кого из чеховских героинь хотели бы еще сыграть?
- Сейчас сообразно моему возрасту уже осталось мало таких ролей - каких-то тетушек, мамочек, бабушек...
- Ну а та же Раневская?
- С натяжкой. Хотя говорят, что на сцене я выгляжу моложе...
- Так и есть!
- Но есть также природа внутреннего состояния, опыта, усталости, которую всегда выдают глаза. Да, выходя на сцену, актер очень часто забывает не только об усталости, но даже о болезнях. Сцена и лечит, и помогает. Другое дело, что, уходя со сцены, можно в прямом смысле этого слова упасть, если ты играл, допустим, с высокой температурой.
«МЫ ВСЕ НАСТУПАЕМ НА ОДНИ И ТЕ ЖЕ ГРАБЛИ»
- Все свои роли можете назвать любимыми?
- В общем, да. И на экране, и на сцене. Роль, даже не самая положительная, нуждается в твоей любви, в том, чтобы ты вложил в нее свою природу, свои эмоции, свою душу и защитил своего героя.
- А обязательно полюбить партнера, чтобы все срослось?
- Это режиссер выбирает артиста, а мое дело - сыграть эту влюбленность. Вообще, любовь играть всегда очень сложно. Любовь - это действие, это желание предугадать то, что хочет человек, в которого ты влюблен, стремление помочь, защитить. Мне кажется, в настоящей любви очень много материнского начала...
Но, конечно, полюбить партнера очень важно. Бывало и так, что я себя переламывала, чтобы взрастить в себе это чувство влюбленности в конкретного человека в конкретный день и час...
- Играя любовные сцены, что-то брали из своей жизни, из личного опыта?
- Конечно. Да, я могу нафантазировать, но все равно это исходит из моего человеческого и женского багажа. Может, поэтому и роли давались по-разному.
Скажем, в «Олесе» у меня были очень сложные отношения с Геннадием Воропаевым за кадром, а в кадре надо было его героя любить и обожать. А вот с Евгением Леоновым в «Донской повести» были очень хорошие отношения. Потрясающий был партнер, замечательный человек. Более того, шел тебе навстречу, а таких очень мало, в основном идут навстречу своим героям.
Но у меня были удивительные партнеры, я всем им благодарна и всех вспоминаю добрым словом, особенно тех, кто уже ушел: это и Анатолий Папанов, и Олег Ефремов, и Георгий Епифанцев, с которым, правда, были довольно непростые отношения, но мы их как-то вырулили.
- Знаю, что вы не любите сослагательного наклонения, но если можно было бы что-то вернуть, исправить, то что бы вернули и исправили?
- Пожалуй, ничего. Все, что прожито, - это все мое. Мои потери, обретения... Возвращать родных и близких, простите, - это нелепо. А если говорить об ошибках, то я все равно совершила бы те же самые. Мы все и всегда наступаем на одни и те же грабли.
- Но красавицы, наверное, ошибаются чаще? Может, потому, что находятся в плену своей красоты...
- Говорят: не родись красивой, а родись счастливой.
- Так вы счастливая?
- Счастливая. Потому что не меня выбирали, а я выбирала. Хотя, быть может, так только кажется. Нам же все посылается свыше... Но самое главное - что я еще занята любимой работой, у меня есть, о ком заботиться, - родственники, друзья. Мы порой думаем, что счастье - это что-то особое. А на самом деле...
Вот я сегодня встала, и слава Богу. Давление более или менее нормальное, руки-ноги работают - отлично. Ведь в спектакле надо много двигаться, танцевать. Значит, надо быть благодарным тому, что пока все хорошо. А дальше...
Вы знаете, моя героиня из спектакля «Та, которую не ждут» - Смерть. И она говорит старику: «Я вас не понимаю. Я слышу, как вы все время жалуетесь на жизнь. Почему же вы так боитесь смерти?»
Не так давно было прощание с замечательным актером Алексеем Петренко, мощнейшей личностью - и человеческой, и мужской, и творческой. Мы с ним играли в фильме «Сказ про то, как царь Петр арапа женил»...
Так вот когда приходим проститься, мы все говорим какие-то слова, слова, слова. А надо больше тишины. Слова надо успеть сказать при жизни... Думаю, Алексей понимал свою мощь, темперамент. Хотя полгода назад мы были в Казани на Неделе российской культуры, и он уже был не в лучшей форме, ходил с палочкой. И почему-то именно тогда, глядя на то, как он уходит со сцены, мне пришли в голову грустные мысли. Но, как говорится, каждому отпущен свой срок. К счастью, он реализовал дар, который ему был дан... Но я хотела сказать о том, что скорбь должна быть короткой, а вот память - длинной. Дай Бог, чтобы помнили...
«ЖАЛКО ТРАТИТЬ ВРЕМЯ НА БЫТ»
- Значит, вы довольны всем, что было в жизни?
- Сейчас об этом поздно размышлять. Каждый раз, когда что-то не получалось, а это бывало часто - и комплексы мучили, и стеснительность, с детства идущая. Казалось, что я занимаю чужое место и кто-то интересней, ярче, уместней...
- Откуда этот комплекс?
- Это из-за того, что я была очень высокого роста для того времени. Сутулилась, каблуки были для меня недоступны. И только когда появились модели под метр восемьдесят, я поняла, что у меня хороший рост.
- Вы ведь и сейчас выходите на подиум?
- Года полтора назад выходила. Была Неделя российской моды - я демонстрировала несколько туалетов Доры Бланк. С удовольствием ношу ее одежду, правда, вечерние туалеты редко приходится надевать.
- Откройте секрет, как удается поддерживать такую великолепную фигуру?
- Это не секрет - это природа, это гены. Этим я пошла в папу, он и в преклонном возрасте оставался очень стройным. К тому же понимаешь: если с годами появляются проблемы с суставами, лучше быть полегче.
- Вы, наверное, и по характеру папина дочка?
- Это сейчас я абсолютно понимаю, где во мне папа, где - мама. Иногда ловлю себя на интонации, на мизансцене тела, на позе, на взгляде. А куда от этого деться? Все в нас.
- Тихими вечерами общаетесь с родителями?
- И с родителями, и с сестрой. На ночь благодарю их, рассказываю о каких-то событиях. Они же все равно с нами... Я стараюсь как можно чаще выбираться в семью племянника - они живут под Петербургом. Очень люблю двух своих внучек, скучаю по ним.
Совсем недавно ездила на пару дней, привезла их любимую вкуснятину. Фейхоа, курагу, инжир, чернослив, орехи и лимон через мясорубку прокручиваю, заливаю медом - они это очень любят. Для себя-то я готовлю редко, дома предпочитаю делать то, что быстрее. Не хочется тратить на готовку время - кто знает, сколько его осталось? А если встреча с какими-то знакомыми, то сейчас это не проблема - кругом столько ресторанчиков, кафе...
Знаете, не хочется тратить время на то, что в этой жизни по горизонтали. Хочется делать то, что тебя как-то отрывает от быта, от бренной земли, которую мы изуродовали и не уважаем. Читать, например: есть много книг, которые я еще не прочла и едва ли уже успею. Люблю произведения философов, старцев, святых - они силы дают.
- Всегда с таким благоговением говорите о том, что связано с верой. У вас никогда не возникало желания уйти в монастырь?
- Возникало, и очень часто. Но всякий раз, когда бываю в женских монастырях, я понимаю, что все это не просто так. Ты не просто молишься - это работа, работа и еще раз работа. А главное - это должно доставлять радость, иначе очень трудно жить в монастыре. Превращать в радость любой труд - тоже большое умение и талант.
Да и потом в жизни бывает столько послушаний, которые ты сам себе организовываешь. Например, я лет 40 каждый Новый год делала праздник родителям. И 8 Марта, и 9 Мая. И каждый раз думала: будет ли еще в нашей жизни вот такое совместное 9 Мая? А теперь стараюсь устраивать праздники своим питерским родственникам. Сама себе назначаю это послушание. И моей душе это доставляет радость...