Будущее Латвии — мертвая страна, мертвый язык

Латвия находится за гранью вымирания. Балтия пустеет, превращается в демографические пустыни с территорией без населения. Процесс умирания этих стран уже не остановить. Об этом говорят эксперты из самих балтийских республик, которых трудно заподозрить в работе на «русскую пропаганду». Латвия проводит политику депопуляции, эмиграции и обнищания.

Часть территории Литвы всё больше напоминает пустыню Сахару, считает старший научный сотрудник Литовского центра социальных исследований Видмантас Даугирдас.

 

«По темпу сокращения численности населения мы лидируем в ЕС и являемся одними из лидеров в мире. Причины, кажется, ясны: сильная эмиграция, низкая рождаемость, старение общества, — говорит Даугирдас. — Нам знаком термин “демографический взрыв”, но как назвать процесс, когда число жителей сокращается на 2% в год?»

 

В авторском материале публицист Александр Носович замечает, что ведущие эксперты называют происходящее в Литве демографической депрессией и утверждает, что вымирание малонаселенных территорий — это уже необратимое явление. При этом малонаселенными являются 45% территории Литвы. По словам Даугирдаса, в стране есть староства, где за год не рождается ни одного младенца, а умирает при этом 3–4% жителей.

 

«Думаю, что малонаселенные территории — показатель того, что нас ждет. Появятся демографические пустыни. Через 15–20 лет все сельские территории будут малонаселенными», — считает сотрудник Литовского центра социальных исследований.

 

В то же время сокращается количество жителей и в городах. Все они в большей или меньшей степени сталкиваются с сокращением населения. В Клайпеде эта тенденция менее заметна, в Каунасе более заметна, в Вильнюсе почти незаметна, но «точек роста» нет нигде. Города неуклонно сокращаются в размерах. «У нас 22 мэрии, которые можно назвать малонаселенными, а в 2011 году их было семь», — говорит Видмантас Даугирдас.

 

Печальный вывод эксперта: «Эмиграция забрала большую часть потенциала репродуктивных жителей, и демографическая яма станет еще глубже».

 

Заместитель председателя Центробанка Литвы Раймондас Куодис недавно заявил, что при сохранении нынешних демографических тенденций в Литве скоро останется два с половиной города, а затем исчезнут и они. В Литве существует две экономики: столичная и остальная, считает экономист. Удельный вес вильнюсской экономики приближается к 50% от общестрановой. Вильнюсские зарплаты на треть выше, чем в среднем по Литве.

 

В Литве скоро останется только три города: Вильнюс, Каунас и отчасти Клайпеда. Жизнь в стране будет пульсировать только по оси между этими тремя городами — по направлению от белорусской границы к Балтийскому морю. Все территории, лежащие вне этой оси, превратятся в пустоши и богадельню.

 

С карты Литвы уже исчезли сотни хуторов, теперь с нее исчезают и города. Статус города ранее потеряли Юодупе, Тируляй и Кулаутава, завтра возникнут сомнения в этом статусе у Мариямполя и Паневежиса, послезавтра — у Шяуляя, а там демографическая катастрофа дойдет и до Клайпеды с Каунасом.

 

О катастрофической ситуации с демографией в своей стране говорят и эксперты из Латвии. Профессор Латвийского университета Леон Тайванс, например, считает, что латыши как этнос обречены на вымирание. «То, что вымирание латышей происходит, — это ясно, об этом говорят демографы, и мне кажется, что никаких возможностей изменить эту ситуацию нет. Через 40 лет эта страна, может, и будет называться по-прежнему, но здесь будет совершенно иная этническая ситуация», — говорит Тайванс.

 

По подсчетам латвийского демографа Илмара Межса, к 2050–2060 годам число иммигрантов в Латвии сравняется с числом местных жителей, а затем и превысит его. Это при условии, что иммигранты будут приезжать в Латвию без всякого государственного стимулирования: этническая структура всё равно будет меняться естественным путем. Латвия перестанет быть латышской — все латыши вымрут, а латышский станет мертвым языком.

 

Угроза исчезновения своего этноса нависла и над литовцами. Надежды на то, что литовцы и в эмиграции будут оставаться литовцами — это обман и самообман. Об этом говорят опять же литовские эксперты. «Как показывают исследования, третье поколение эмигрантов уже не знает литовского языка. От полумиллиона литовских эмигрантов конца XIX — начала прошлого века сегодня не осталось никаких следов. В конце Второй мировой войны, летом и осенью 1944 года, вместе с отступающей немецкой армией на Запад ушли около 60 тыс. литовцев. Сначала они несколько лет жили в Западной Европе, а потом все уехали в США, Канаду, Австралию. И кто вернулся? Единицы», — считает, например, сотрудник Вильнюсского педагогического университета Людас Труска.

 

В том, что делать для того, чтобы остановить демографический коллапс, у балтийских экспертов тоже нет противоречий. Проводить активную социальную политику, вкладываться в социальную защиту населения, помогать молодым семьям, заводящим детей, финансово поддерживать и поощрять многодетные семьи, создавать хорошо оплачиваемые рабочие места в своей стране, чтобы людям не приходилось из нее уезжать.

 

Но правящий класс Балтии ничего этого не делает. Правительства Латвии, Литвы и Эстонии осознанно проводят политику стимулирования депопуляции, эмиграции и обнищания населения.

 

«Самый главный враг латвийской демографии — это, кажется, Министерство финансов. Оно блокирует любые улучшения в сфере демографической политики», — говорит Илмар Межс из Латвии.

  

Балтийские эксперты подчеркивали и подчеркивают: страны Балтии убивают их собственные политики, врагов государства Латвии и Литве надо искать не в Кремле, а в собственных Сеймах, правительственных зданиях и президентских резиденциях.

 

Со времен Андрюса Кубилюса в Литве и Валдиса Домбровскиса в Латвии в Балтии ничего не изменилось. Уже второе литовское правительство приходит к власти с обещанием социальных реформ, но перехода к социальной модели в Литве по-прежнему не предвидится. Правительство Латвии всё так же закрывает больницы, школы и вузы, обещает народу «непопулярные меры» в социальной политике и повышает налоги.