FP: Россия перешла от обороны в идеологическое контрнаступление

Сегодня, глядя на то, что происходит в мире, кремлёвские стратеги имеют полное право радоваться. И всё это — отнюдь не благодаря их военным или экономическим успехам и не только потому, что Дональд Трамп с недавних пор стал президентом Америки. Главный повод для радости заключается в том, что Москва поняла, как легко может противостоять Западу в политическом и идеологическом плане — поддерживая национализм, пишет обозреватель Foreign Policy Оскар Джонссон.

На Западе часть общества, ориентированная на «либеральные ценности и демократию», неизменно сокращается, в то время как число националистов растёт. И, кажется, им нравится Россия, комментирует автор статьи.

Впрочем, конечно, такая «антизападная волна» зародилась не в Москве. Однако поддержка таких настроений может стать «самой высокой ставкой» для России на международной арене. На сегодняшний день Кремль оказался в таком положении в первую очередь благодаря своей реакции на «цветные революции». В ответ на то, что происходило в окружающих странах, президент Владимир Путин стал вести более жёсткую политику в отношении оппозиции, СМИ и соцсетей, стал внимательнее следить за неправительственными организациями.

Но кроме того, Кремль пошёл в «контрреволюционное наступление», чтобы ударить прямо в сердце западных чаяний о «цветных революциях». В рамках этой инициативы Россия стала поддерживать многие экстремистские политические течения и организации и усилила давление в информационном плане, рассуждает Джонссон.

Эта стратегия находит отражение даже в сирийской военной кампании. Так, российские вооружённые силы «постоянно проводили бомбардировки по мирным районам, редко нацеливаясь на «Исламское государство»*. И хотя вряд ли это и было непосредственной целью, но весьма удачным образом такие авиаудары усилили поток беженцев в Европу, что сыграло лишь на руку пророссийским националистам накануне выборов.

Проблемы Запада по большей части носят внутренний характер, но Россия активно их использует, ведь даже перевес в 1% на голосовании может оказаться решающим, как ещё недавно в случае с Дональдом Трампом. Как отмечал в своё время бывший сотрудник КГБ Юрий Безменов, сбежавший на Запад, 85% деятельности его ведомства составляли «активные меры» и идеологическая подрывная деятельность, а оставшиеся 15% — сбор разведданных. Так что вполне можно предположить, что подобным образом распределяются задачи и для современных российских спецслужб.