«Ну сколько можно работать ради работы?!»
Неугомонные дальнобойщики с понедельника снова начали акцию протеста. В первый же день сотни большегрузных автомашин выстроились на обочинах федеральных трасс в разных регионах. Накануне премьер Дмитрий Медведев объявил, что размер дорожного сбора с 15 апреля повысят «всего» на 25%. Это стало охапкой хвороста, подброшенной в костер. Ведь водители второй год пытаются добиться полной отмены сборов системы «Платон».
Эта стачка объявлена бессрочной, и действия дальнобойщиков напоминают игры в прятки с властями. Сначала около сотни большегрузов припарковались на Московском шоссе в Санкт-Петербурге. Потом под Казанью на обочине трассы М-7 выстроились 200 грузовиков. Следом в Самаре и Иркутске, в Ингушетии и Дагестане водители отказались принимать заказы на перевозки...
Впрочем, порядок действий здесь роли не играет. Цель забастовщиков — максимально затруднить товарооборот российской розничной торговли. «Устроим стачку, чтобы максимально опустели полки магазинов — и власть нас услышала», — заявил лидер Объединения перевозчиков России (ОПР) Андрей Бажутин. Кто-то уже подсчитал, что стачка должна продлиться никак не меньше двух недель. Способно ли на это шоферское братство, не знает никто. И лучше бы не проверять способность людей «стоять до конца». Как говорят на Руси, не буди лихо, пока оно тихо.
Но власть на местах принимает меры. Андрей Бажутин арестован на 14 суток — «за езду без водительских прав». После чего на квартиру к вожаку забастовщиков пожаловали сотрудник полиции и инспектор по делам несовершеннолетних. Нет, не оказывать посильную помощь семье, оставшейся без кормильца. Пытались забрать малолетних детей смутьяна в приют, но не получилось: мама успела вернуться домой, и полицейские ретировались несолоно хлебавши.
Что будет дальше с участниками протестов, как и кого накажут — неизвестно. Пока оперативно снят с должности допустивший «расползание стачки» федеральный начальник ГИБДД генерал-лейтенант Виктор Нилов. Впрочем, в качестве официальной причины указывают «достижение предельного возраста пребывания на госслужбе». Но в президентском указе этой фразы нет.
Ситуация серьезная, как бы ее ни пытались замытарить и замолчать. Большегрузных грузовиков в стране зарегистрировано более 1,7 млн. Плюс еще на российской территории действуют около 400 тысяч транзитников. Не менее 70% этих людей — индивидуалы-частники, то есть водители, работающие на собственных машинах, или владельцы микропредприятий на два-три большегруза. Самый настоящий малый бизнес. Общего начальства, чтобы «держать в узде», у них нет, а общие интересы имеются — кормить свои семьи. Но вот с этим делом как раз все больше проблем.
«Сколько можно работать ради работы?» — задавал риторический вопрос сибирский водитель-дальнобойщик Сергей Привалов на протестном митинге в Челябинске, где потребовали отмены «Платона». И приводил конкретный пример. За рейс Челябинск — Новый Уренгой логистические компании платят 95 тысяч рублей. Из них только за топливо приходится отдавать 64 тысячи (1,6 тысячи литров). А оплата труда водителя составляет 4 руб-ля за 1 км, или 16 тысяч рублей за поездку. Из оставшихся 15 тысяч необходимо вычесть все налоги, а также расходы на «дорожные поборы» и поломки. Владельцам транспорта, по словам перевозчика, практически ничего не остается на содержание семьи и самого грузовика.
Заверениям властей, что система «Платон» введена для финансирования дорожной отрасли и ремонта изношенных дорог, водители не верят.
Тем более что власти сами себе противоречат. Сначала выставляют «Платон» спасителем российских дорог, а потом премьер Дмитрий Медведев оглашает цифры: в год на дорожный ремонт в России уходит более 700 млрд рублей, тогда как «Платон» способен собрать не больше 25-30 млрд — меньше 5% от необходимого. Стоит ли ради такой малости вгонять автоперевозчиков в нищету?
К тому же львиную долю новых автодорожных поборов — 10,6 млрд рублей в год (без НДС!) забирает компания-оператор, мажоритарным совладельцем которой является Игорь Ротенберг — фамилия в России очень известная. И эту «долю», согласно концессионному соглашению с государством, он будет забирать до 2030 года. Спрашивается: за что? Дороги построены государством — на наши общие налоги. И даже сам «Платон» создан на деньги отнюдь не Ротенберга: как следует из открытых источников, инвестиции в проект составили 29 млрд рублей, из которых лишь 2 млрд вложили частные акционеры, а остальные 27 млрд составили кредиты Газпромбанка. И эти кредиты вместе с процентами банку должны будут вернуть все те же автоперевозчики...
У дальнобойщиков накопились и другие вопросы к власти. На прошедших в разных регионах России «предзабастовочных» митингах говорили, в частности, об отмене транспортного налога: «Когда вводили акциз, нам обещали отменить транспортный налог. Естественно, обманули. После этого акциз поднимался несколько раз:» Водители требовали наведения порядка в системе весового контроля, пересмотра «драконовских» штрафов, которые уже доходят до 400 тысяч рублей, а также ликвидации штрафных стоянок, где правят бал вымогатели...
Даже на недавнем специальном совещании у премьер-министра Дмитрия Медведева, куда позвали самых «миролюбивых» представителей шоферского племени, прозвучала уйма абсолютно справедливых претензий к организации грузовых автоперевозок в стране, состоянию дорог. А также говорилось (и абсолютно справедливо) о полном отсутствии информации о том, куда расходуются средства, уже собранные по системе «Платон», и с каким результатом.
Но ведь все эти автодорожные беды были известны и полгода, и год, и два года назад, когда «Платон» еще создавался и внедрялся. Так где гарантия, что требуемые перемены начнутся сегодня?
Голос
Анатолий Шилов, дальнобойщик
— Я с вечера дежурил возле дома Бажутина, наши люди там и сейчас, и будут круглосуточно. Ночью там постоянно крутилась машина, не знаю, чья, в ней были три человека. Наших несколько автомобилей стоят там возле дома, следят, кто входит, кто выходит. У Бажутина четверо детей, жена беременна пятым, это дружная, прекрасная семья. Если понадобится, то для их защиты приедем все, хоть со всей страны!
Мы требуем полной отмены «Платона». Мы больше не хотим платить, потому что сколько им ни давай, а дороги лучше не становятся. Мы требуем отмены транспортного налога, потому что это было обещано президентом. Он говорил: повысят акциз, но отменят налог... И где это? А главное, требуем прозрачности, финансового обоснования. Почему акциз такой дорогой, куда он вообще уходит? Если виновато правительство, то, значит, эти люди не способны решать вопросы, выводить страну из кризиса.
К этой забастовке мы готовы, будем держаться, настаивать на своем. Вынуждены не возить грузы, чтобы нас увидели и услышали, пошли на переговоры. Мы обозначили эту забастовку, выставив колонну на Московском шоссе, она и сейчас там стоит со стороны Шушар в сторону Москвы. Все машины не стали выставлять, чтобы не мешать движению. Там стоят около 40 машин — надо обозначить, что стачка началась. Протест идет по нарастающей. Мы сначала поставили 20 машин в колонну, но люди подъезжают и тоже хотят встать, мы не можем им отказать. Стоянки в регионе забиты большегрузами...
А в это время
Очень назойливая опека
Накануне акции лидер Объединения перевозчиков России Андрей Бажутин решением мирового судьи судебного участка № 160 Санкт-Петербурга Марины Афанасьевой был лишен водительских прав сроком на 22 месяца и арестован на 14 дней. Адвокаты считают, по сфабрикованным основаниям, и будут добиваться отмены приговора.
А пока суд да дело, в семью Бажутина явились чиновники органов опеки. Дома застали бабушку, старшего сына, 23-летнего Артема, и трех несовершеннолетних детей. Мать, Наталья Бажутина, ждет пятого ребенка, и, дабы избежать осложнений, доктора ее поместили в роддом на сохранение. Незваные гости сообщили, что коль родителей нет, да к тому же «условия проживания не соответствуют социальным нормативам», то есть решение отправить малолетних детей в приют. Домашние ударили в набат, на подмогу подтянулись дальнобойщики, выставили пост у подъезда. А там подоспела и беременная мать, отпросившаяся у врачей. В общем, на этот раз детей отбили.
Когда страсти улеглись и напряжение чуть спало, Наталья Бажутина рассказала корреспонденту «Труда»:
— Сейчас я дома, немного оправилась от шока. Ведь органы опеки уже пришли, чтобы забрать детей. И были ошарашены, когда увидели меня дома. Я говорю: вы что, мне предлагаете рожать дома на диване, чтобы защитить от вас своих детей? А они глаза отводят — мол, идите в роддом, только через доверенность оформите опекунство на старшего сына и бабушку. Что прикажете делать? Едем с документами к нотариусу, а тот говорит, что оформлением таких бумаг занимаются органы опеки... Как это называется? Сживание со свету? Мне юристы говорят, что приставы обычно долго раскачиваются, после обращений детей из семей забирают в течение 30 дней. А тут мужа арестовывают, а через 20 минут органы опеки уже стучат в дверь. Когда пришли к нам домой, осмотрели всю обстановку, вынесли вердикт: в двухкомнатной квартире трое несовершеннолетних детей не могут существовать, это плохие условия для детей. Но мы подавали заявление на расширение — нам отказали. И как нам быть? Значит, опеку не устраивает, что дети живут в двухкомнатной квартире, а на расширение мы подаем, и власти нам отказывают, потому что у нас достаточное количество метров. У меня постельный режим, но, естественно, я не могу его сейчас соблюдать. Вчера по нотариусам ходила, завтра в органы опеки придется ехать...