Протесты, потрясшие Россию 26 марта 2017 года, волей-неволей сравниваешь с предыдущими выступлениями недовольных граждан в 2011-2012 годах. Тогда десятки тысяч митингующих в Москве и других крупных городах выступили против нечестных выборов и политических ограничений. Власть сначала пошла им на уступки, а затем, напротив, закрутила гайки еще сильнее. Znak.com поговорил с экспертами и старается понять, в чем основные сходства и отличия протестов 2012 и 2017 года. Протесты 2011-2012 годов и акцию 26 марта, как мне кажется, роднит использование случайного повода для концентрированного выражения недовольства властью как таковой, - говорит публицист Иван Давыдов. - И фальсификации на выборах в Думу, и дворцы Дмитрия Медведева - как раз повод, а мишень в обоих случаях - власть в целом . Отличие первое: повестка Руководитель аналитического департамента Центра политических технологий Татьяна Становая говорит, что протест 2011 года был более политизированным. Он был формой несогласия, противления новому сроку Путина как угрозе возвращения инерционного сценария развития страны после медведевской оттепели . Поводом для этого стали массовые фальсификации, но реально речь шла о конфликте сценариев развития страны: между носителями прогрессивных идей и консерваторами. В этот раз топливом для недовольства стала не политическая повестка (она-то как раз остается консолидирующей), а социальная. Кризис резко ухудшил положение россиян, а оформление и обособление путинской олигархии стало самостоятельным раздражителем, на который власть не дает должного ответа. Это протест не за права, а за справедливость , - считает Становая. Координатор Открытой России в Санкт-Петербурге Андрей Пивоваров, напротив, думает, что более политизированы нынешние протестующие. Даже если учитывать, что повесткой они владеют не на самом глубоком уровне. Если вспоминать 5 декабря 2011 года, то в Санкт-Петербурге люди спонтанно вышли к Гостиному двору, так как у них украли выборы. А политических требований было мало. В этот раз даже у молодежи есть четко артикулированные требования. Протестующие говорят, что их не устраивает премьер Дмитрий Медведев, президент Владимир Путин, также звучат местные темы - например, протестующие не хотят передачи Исаакиевского собора РПЦ, они против того, чтобы один из петербургских мостов назывался именем Ахмата Кадырова, и так далее , - объяснил Пивоваров Znak.com. Отличие второе: молодежь Второе важное отличие - в составе участников протестов заметно выросла доля молодежи. В конце 2011 года речь шла о восстании разгневанного городского класса, протесте белых воротничков , а сама протестная волна по большей степени затронула столицу и города-миллионники, вспоминает Татьяна Становая. Сейчас протест носит более масштабный в географическом плане характер и является внеклассовым, если угодно. Причем фокус на фигуре Медведева позволил вывести и ту часть общества, которая голосует на выборах на Путина. Это более разнородная публика, которую объединяют проблемы социально-политического характера , - считает эксперт. Бывший пресс-секретарь движения Наши (сейчас - член Общественной палаты) Кристина Потупчик говорит, что митинги 2011 года были, во-первых, гораздо более массовыми, гораздо более сытыми с социально-экономической точки зрения. Это был протест условного среднего класса , с удовольствием возглавленный тогдашними звездами желтой прессы вроде Собчак или Быкова , - говорит Потупчик. Неудивительно, что надолго такого протеста не хватило, он схлынул, как только его предводители подставили своих сторонников под винты болотного дела . Сегодняшний протест гораздо более молодой, растерянный и децентрализованный, несмотря на кажущуюся лидерскую роль Навального. Сегодняшние школьники умнее тогдашних взрослых и, надеюсь, не поддадутся на провокации. Власти сейчас стоит не ждать, пока эти провокации все-таки произойдут, а начинать диалог и самостоятельно делать первый шаг по отношению к недовольным - только так можно добиться конструктивного решения проблем , - рассуждает Потупчик. Политолог Виталий Иванов, напротив, считает, что внимание и Кремля, и оппозиции к теме участия в протестах молодежи излишне. Тема практически отсутствует, уверен эксперт, однако в нее все поверили. Навальному это выгодно для долгосрочной электоральной инвестиции. А власти считают, что в участии молодежи в протестах заложена уязвимость противника, которого можно будет теперь сравнивать с крысоловом из Гаммельна . Координатор правозащитного проекта Открытой России , а некогда - одна из обвиняемых по болотному делу Мария Баронова в эти дни координирует юридическую помощь задержанным (такую помощь оказывает и Русь Сидящая Ольги Романовой). Сейчас те люди, которые выходили на акции протеста в 2011 году, помогают людям, которые впервые вышли на акции в 2017-м. Эти новые люди пока не идентифицированы, и неправильно говорить, что на улицы вышла одна школота . Это не так. Это не интеллигенция Бульварного кольца, но и в 2011 году тоже протестовала не интеллигенция Бульварного кольца. Еще мне кажется важным, что митинги прошли не только в крупных городах, но и в огромном количестве населенных пунктов. А что касается количества задержанных в Москве - последний раз столько людей задерживали в 1993 году, и по моим данным, мэрию Москвы уже упрекают в том, что она отказалась согласовать мероприятие , - говорит Баронова. Публицист Иван Давыдов особой концентрации детей и подростков тоже не заметил, но отмечает, что протест сильно помолодел. На улицы вышли студенты, те, кому во времена снежной революции было, в лучшем случае, лет 14. И, конечно, не будем забывать, что это другая страна и другая власть. Это власть, породившая безумный карнавал запретов как раз после тех прежних протестов, власть, взявшая Крым, власть войны, власть международных авантюр, сформулировавшая свою довольно архаичную идеологию. И вот на улицы вышло в физическом смысле будущее - те, кому здесь жить и дальше - и прямо сказало власти, что будущему с ней не по пути. Наверное, это очень обидно. Отсюда и ошарашенное молчание пропаганды в первые два дня. Кстати, вспомним, митинги 2011-2012 годов вплоть до 6 мая 2012 года не замалчивали, пытались вписать в общепропагандистский контекст, придумывали каких-то креаклов и рассерженных горожан , это тоже важное различие , - говорит Давыдов. Отличие третье: единый лидер Эксперты сходятся на том, что у митингов 2011 года в начале вовсе не было лидера. Потом возникла широкая линейка выступающих с трибуны, а закончилось все выборами в невнятный Координационный совет оппозиции, не сделавший за год своего существования ничего заметного. А вот у нынешних недовольных лидер один - Алексей Навальный. Татьяна Становая отмечает, что в конце 2011 года наблюдалась волна протеста снизу, подхваченная на ходу лидерами оппозиции, причем как системными, так и внесистемными. Наблюдалась конкуренция за возможность эту волну возглавить. К протестующим выходили не только Навальный и другие откровенно антипутинские игроки, но и представители КПРФ, Справедливой России , а также Алексей Кудрин и Михаил Прохоров. В нынешнем году протесты организованы внесистемной оппозицией, а Навальный стал тут монопольным лидером. Это новый статус Навального, заставляющий Кремль выбирать в отношении него более осторожную политику. Причем для организации ему потребовалось лишь нащупать тот самый раздражитель, который будет достаточен для мобилизации. А сама мобилизация произошла относительно легко , - рассуждает Становая. Отличие четвертое: радикализация Протестная волна 2011 года, как принято считать, зародилась еще в сентябре, когда Владимир Путин заявил, что хочет вернуться в президентское кресло. Известно, что этому заявлению предшествовала серьезная борьба элит, так как ряд игроков желал второго президентского срока для Дмитрий Медведева. Эта партия пользовалась симпатиями интеллигенции - в Новой газете даже публиковалось открытое письмо в поддержку Медведева с просьбой к нему выдвинуть свою кандидатуру в 2012 году. Письмо подписали, к примеру, культуролог Мариэтта Чудакова, политолог Дмитрий Орешкин и другие. Спустя 5,5 лет Медведев стал самым отрицательным персонажей протестной акции: вышедшие на улицу скандировали слоган Он вам не Димон и требовали его отставки. В 2011 году даже с трибуны звучали реплики, что президент Медведев должен прийти на площадь к митингующим, начать реформы, отменить итоги выборов и идти вместо Путина в президенты, - говорит глава Института политической социологии Вячеслав Смирнов. - Хотя именно Медведев на тех выборах возглавлял список Единой России , к нему персональных претензий не было. Болотная площадь хотела оставить Медведева в президентском кресле, а воскресная Тверская улица хочет, чтобы Путин назначил вместо него другого человека , - говорит Смирнов. Профессор МГИМО, руководитель кафедры по связям с общественностью Валерий Соловей говорит о радикализации протеста. Люди настроены совсем не так мирно, как в 2011-2012 годах. Произошел серьезный сдвиг в психологии участников протестных акций. При этом протесты проходят на фоне тяжелейшего экономического кризиса. Поэтому, думаю, осенью мы увидим новую и более серьезную фазу протестов. Наличие проблемной локальной повестки - как в том же Санкт-Петербурге - усиливает политический эффект и говорит, что нынешний протест является частью серьезного политического кризиса, в который мы входим , - считает Соловей. Аналитик Станислав Белковский говорит о той же проблеме: у нынешних протестующих, в отличие от людей на Болотной в 2011 году, никакой надежды на власть нет. Митинги 2011 года в основном объединяли людей, которые надеялись на власть и на уступки с ее стороны. Нынешние митинги собирают тех, кто на власть больше не рассчитывает и не считает, что диалог с ней возможен. Это не принуждение к диалогу, а заявление, что эта власть себя пережила и устарела , - отмечает Белковский. Какой будет реакция? Но перспективы нынешних протестов эксперты, вспоминая историю движения 2011-2012 годов, оценивают пессимистично. Рискну предположить, что ответ власти тоже будет, может быть, не более жестким, чем болотное дело , но более тотальным - с усилением пропаганды в вузах и школах, давлением на недовольных со стороны педагогических коллективов , вовлечением родителей, усилением патриотического воспитания и прочей гнусью , - считает Иван Давыдов. Оптимистичнее настроена Татьяна Становая. В 2011 году протесты застали власть врасплох, Кремль не был к ним готов и до конца не понимал, что стоит за этим новым политическим явлением (каковы его масштабы, устойчивость, динамика и т. д.), говорит эксперт. Именно поэтому сначала последовала умеренная либерализация, а затем реакция. В этот раз Кремль к протесту подготовлен лучше. Тактика силовиков была более разумной, нет и признаков паники. С протестом будут работать более скрупулезно и системно, считает она.
