Островному мышлению англичан далеко до континентального

Почему Великобритания так не похожа на Францию? Кто станет преемником канцлера Германии Ангелы Меркель? Каковы сейчас главные проблемы и опасности для Европейского союза? Эти и другие темы обсудили генеральный директор "Правды.Ру" Инна Новикова и секретарь президиума партии "Справедливая Россия" по международным вопросам Александр Романович.

— Александр Леонидович, в Германии, как и во многих других странах Европы скоро будут выборы. Утверждается, что Меркель все равно остается единственным реальным кандидатом, несмотря на огромное недовольство ее миграционной политикой. Могут ли все-таки появиться какие-то реальные кандидаты, которые способны будут изменить политику и судьбу страны? Например, от бизнеса, потому что многие деловые люди очень недовольны санкциями…

— Германия в экономике развивается достаточно хорошо, независимо от этих санкций. Как говорят немецкие экономисты и предприниматели, с бизнесом у них все в порядке. Да, естественно, затронуты интересы предприятий, которые работают на Россию и в России. Порядка шести тысяч немецких предприятий было в России до введения санкций. Сейчас их стало меньше, но главное, пожалуй, не в этом.

Главное в том, что на политическом небосклоне в Германии произошла некая зачистка. И тогда осталась госпожа канцлер. Но так произошло из-за обстоятельств и политической обстановки, которые складывались, потому что в течение долгих лет она возглавляла немецкое государство. Сейчас появляются некие новые веяния в другом направлении.

После того как Мартин Шульц перестал быть руководителем Европарламента, у него большие шансы на то, чтобы составить конкуренцию в этом плане. Но эти события произойдут уже после того, как пройдут выборы во Франции. Безусловно, на ход предвыборной кампании в Германии будет накладываться тень от ситуации во Франции.

— Получается такой карточный домик?

— Франция и Германия — два двигателя европейского сообщества, наиболее крупные развитые страны, которые определяют состояние всего европейского сообщества. Поэтому, безусловно, ситуация у них влияет друг на друга и на другие страны. Также надо принимать во внимание всю историю взаимоотношений стран и многое другое.

— Дождемся выборов во Франции, похихикаем?

— Да, можно сказать, что ожидания, которые связывались, допустим, с партией "Альтернатива для Германии", несколько снизились. И появляется лишний раз уверенность, особенно у профессионалов, которые занимаются всеми этими политическими раскладами и процессами, что вот эта новая партия не сможет составить конкуренцию двум гигантам немецкой политики, социал-демократам — ХДС и ХСС. Этого не произойдет.

— Александр Леонидович, а почему вы не говорите о Британии? Это тоже был один из трех китов Евросоюза. Тем более, Британия — это верный помощник США в Европе?

— Есть разные точки зрения. Но я всегда считал, что Великобритания — это несколько такой отрезанный ломоть. Они всегда сами по себе. На этом строилось существование Великобритании на протяжении всей истории. Приведу пример из кинологической жизни. Есть континентальные легавые, есть островные, они — разные породы. Что бы ни думали, этот Ла-Манш — линия водораздела и в бытовом плане, и в экономическом, и в политическом, и в каком угодно. Там всё по-другому.

Мне кажется, что выход Великобритании из ситуации, в которую попало европейское сообщество, был предопределен. Потому что большинство британцев не понимали, зачем в течение трех-четырех лет к этому сообществу надо было присоединять восточноевропейские страны, которые по уровню развития экономики, социальных вопросов и так далее очень сильно отличаются.

Присоединяя эти страны, старшие члены ЕС берут на себя и финансовую ответственность. И я думаю, что эти скоропалительные шаги европейского сообщества на восток, скоропалительные движения к федерации или конфедерации, на самом деле, сыграли с ним дурную шутку. Они говорят, что развитие идет, но сейчас оно приостановилось.

— Идет размывание как бы?

— Нет, это не размывание. Если просто так дальше будет идти, то Брюссель станет столицей всей Европы. И не будет в Париже столицы, а будет там, в Брюсселе, столица. Ну, Соединенные Штаты Европы…

— Но считали, что для Евросоюза гораздо более выгодно торговать со Словакией, нежели Словакии с Евросоюзом. Та же ситуация с Украиной, хоть она и не член ЕС, но экспорт на Украину увеличился в десять раз… Им выгодно иметь в партнерах слабые государства?

— Мы должны понимать, что торговля тоже важна, но это не главное. А вот, допустим, те проекты, которые реализуются сегодня, — большая обуза. Просто чиновники Евросоюза решили, что это не надо делать, а будем делать это. Но на это деньги нужно дать. Нужно построить дороги, инфраструктуру. Все это делается за счет Евросоюза, однозначно, он финансово участвует. И у меня есть внутреннее понимание того, что эта вся история с продвижением на восток англичанам не очень нравилось.

— Всегда же было соперничество Англии и Франции. Говорили, что в Англии — 300 религий и три соуса, а во Франции — три религии и 300 соусов. Поэтому, действительно, континентальное и островное…

— Да, континентальное и островное мышление. Это как разные породы собак. И Британии столько столетий была война. В Ирландии еще лет пятнадцать назад шли бои, они яро противостояли. Сейчас Шотландия сказала, что она хочет в ЕС. Подобного рода конфликты разрешаются, когда есть добрая воля к их разрешению и умные политики, когда нет толстолобости, а во главу угла ставятся интересы государства, империи, содружества.

Я приведу свежий пример. У нас, к сожалению, мало об этом говорят. В Колумбии в начале марта начался процесс сдачи оружия боевиками ФАРК, мирный процесс, который был запущен несколько лет тому назад, увенчался успехом при противодействии определенных политических кругов. Референдум позволил окончательно определить необходимость перевода противостояния в политическую плоскость. Президент страны доказал парламенту и международному сообществу, что это правильный ход. Он за это получил Нобелевскую премию мира.

А были и другие соображения, другая часть политической элиты, которая говорила: "Нет, мы их просто сейчас напалмом сожжем — и на этом всё закончится". Я надеюсь на то, что конфликты, которые могли бы там быть, не возникнут, что найдут противоядие в британском содружестве. Мне кажется, что эти вопросы можно урегулировать на переговорах, идя на взаимные компромиссы.

— В Шотландии сейчас идут разговоры, что опять надо проводить референдум.

— Ну, это практика известная. На этом построена деятельность определенных политических сил.

— Мутить воду?

— Нет, не мутить воду, а строить на этом свою политику. Неоднократные попытки проведения референдумов о самоопределении были в Испании — в Каталонии. Не получается, тем не менее эти попытки не прекращаются. Автономия и самостоятельность Каталонии от каждого этого шага только увеличиваются.

То есть на каждом этапе они себе какие-то условия выторговывают, льготы увеличивают. Это касается и распределения бюджета, и каких-то других социальных вопросов, образовательных и так далее. На каждом этапе они получают все больше и больше того, чего бы им хотелось, но оставаясь в рамках определенного королевства.

— То есть заявить такую глобальную цель, а потом кусочек отщипнуть?

— Да.

— А потом — опять ее заявить…

— Ну, может быть, и так. Тоже методы вполне успешные.

Беседовала Инна Новикова

К публикации подготовил Юрий Кондратьев