Долгий путь Курляндии в Россию — 15: герцог за решеткой

В ночь на 9 ноября 1740 года Эрнст фон Бирон был арестован гренадерами под командованием адъютанта фельдмаршала Миниха, подполковника Манштейна, и отвезен в Шлиссельбургскую крепость.

Бывший фаворит отчаянно сопротивлялся, но его сбили с ног, связали, заткнули ему рот и вынесли из спальни. Так кончилась печально известная «бироновщина».

 

Арест

 

А ведь какие были планы! Если верить мемуаристам, Бирон собирался женить своего старшего сына на дочери Петра Великого, царевне Елизавете, и так проложить своему потомству дорогу на российский престол.

 

Хотя поводом для ареста была грубость по отношению к матери наследника российского престола, но в обнародованном 18 апреля, накануне суда над бывшим фаворитом, манифесте Анны Леопольдовны, ставшей правительницей при маленьком сыне, были названы серьезные причины: отсутствие в Бироне религиозности, насильственный захват обманом регентства, намерение удалить из России императорскую фамилию с целью утвердить престол за собой и своим потомством, небрежение о здоровье государыни, «малослыханные жестокости», водворение немцев, усиление шпионства и другие.

 

В манифесте Бирон был назван «бывшим герцогом Курляндским», но дать Курляндии другого герцога Анна Леопольдовна не успела.

 

Бенигна фон Бирон (на фото) была статс–дамой покойной императрицы, при дворе ее не любили и боялись. Она была предана мужу. Когда он по делам на время покидал императрицу, Бенигна оставалась при ней и, попросту говоря, шпионила за покровительницей мужа. И была у нее необыкновенная страсть к богатым нарядам. Но, когда гренадеры ночью потащили арестованного Бирона в возок, чтобы доставить в крепость, курляндская герцогиня побежала следом в одной рубашке, по снегу. Манштейн приказал солдатам отвести ее во дворец, но те просто бросили женщину в снег. Она чудом осталась жива.

 

Временно герцога вместе с семьей поместили в двух тесных кельях Александро–Невской лавры, которая по этому случаю была наполнена войсками. Жена и дети бывшего фаворита, привыкшие к роскоши и царским почестям, были в отчаянии. Сыновья герцога, Петр и Карл, бесновались так, что по пути из родительского дворца в лавру их пришлось связать. В лавре они начали бить стекла и крушить мебель, и напрасно отец пытался говорить, что им ровно ничего не грозит, потому что у них есть большое состояние, хранящееся в надежных руках.

 

На следующее утро всю семью Бирона перевели в Шлиссельбургскую крепость.

 

И тут же началась конфискация его движимого и недвижимого имущество: только драгоценности, найденные в его дворце, были оценены в 14 миллионов рублей.

 

Ссылка

 

В Митаве с ужасом ждали новостей. Если Бирон будет лишен герцогского титула — кому достанется трон? А в Митаву, Либаву и Виндаву прискакали столичные чиновники — опечатать герцогское имущество. От них потрясенные курляндцы узнали, что Бирону грозит смерть.

 

За герцога попытался вступиться прусский король Фридрих Август II. Но, поскольку бывший фаворит находился на русской службе и обвинялся как государственный преступник, ничего не получилось.

 

Комиссия по делу Бирона приговорила его к четвертованию. Анна Леопольдовна смягчила приговор, заменив его вечной ссылкой в город Пелым Сибирской губернии с лишением чинов, орденов и имущества. Пострадал и младший брат фаворита, Густав фон Бирон, который стал хорошим боевым офицером и прекрасно воевал в русско–турецкой войне. Его сослали в Нижнеколымский острог.

 

Вместе с бывшим фаворитом в ссылку отправилось его семейство — жена, два сына и дочь Гедвига.

 

Бирон от огорчения расхворался, и в Сибирь его отправили, только когда он окончательно поправился. Там его уже ждал новый дом — архитектора послали в Пелым заблаговременно, а чертеж здания изготовил лично Миних. Тогда фельдмаршал не подозревал, что вскоре сам будет жить в этом доме. Опальному герцогу и его семье определили приличное содержание и даже дали хирурга — осужденного за убийство русского офицера. Хирургу сохранили жизнь только при условии сопровождать Бирона.

 

В Пелыме ссыльные пробыли год. Бирон всегда говорил, что царевна Елизавета Петровна освободит его из заточения. Взойдя на престол в апреле 1742 года, новая императрица действительно о нем вспомнила, даже решила вернуть ему поместье Вартенберг, послала в Сибирь гонца с соответствующими бумагами, но передумала и освобождать не захотела. Бирону с семейством было велено жить в Ярославле. И просидел он там до воцарения Петра III — почти двадцать лет.

 

Гедвига

 

Все это время Курляндия как–то обходилась без герцога, но подданные знали, что его высочество не бедствует — в Ярославль направлялись все доходы от его курляндских владений.

 

В отсутствие Бирона курляндское дворянство утратило чувство меры. Положение крестьян в герцогских имениях, которые бароны взяли в аренду, стало еще тяжелее, чем в частных имениях. После «великой чумы», случившейся во время Северной войны, рабочих рук все еще не хватало, крепостных привозили из литовских и прусских земель, с острова Сааремаа. Дошло до того, что возле Межотне появилась целая деревня купленных в России татар. Интересно было бы проследить судьбу их потомков…

 

Крестьян сгоняли с возделываемых ими полей, а сами поля присоединяли к господским землям. Землепашцев же заставляли распахивать новые участки в болотистой или лесистой местности. Максимальные доходы помещикам обеспечивало винокуренное производство. На спирт перерабатывалась третья часть всего собранного зерна. Большая часть алкоголя реализовывалась через корчмы на территории имений. Фактически народ спаивали. В общем, ничего хорошего.

 

Но Гедвиге фон Бирон до этого не было дела. Она хотела домой, в родную Курляндию.

 

Ссылка, пусть даже не в Пелыме, а в Ярославле, беда для девицы, которую растили в роскоши и готовили к великолепному замужеству. Гедвига фон Бирон родилась в Митаве 23 июня 1727 года. Вот она–то как раз была некрасива и очень сутула. Горб несколько десятилетий спустя мемуаристы приписали ее матушке.

 

В 1737 году, когда Бирон стал герцогом Курляндским, Гедвига получила титул принцессы и даже свой маленький штат придворных. А 3 июня 1739 года девочка впервые присутствовала на официальном обеде во дворце и впервые управляла танцами в маскараде, устроенном вечером в большом дворцовом зале. Это был день свадьбы племянницы императрицы, принцессы Мекленбургской Анны Леопольдовны с принцем Антоном Ульрихом Брауншвейгским.

 

Когда Бирон был арестован, Гедвига семь месяцев провела в казематах Шлиссельбургской крепости, ожидая суда над отцом и отправки в Пелым. Зимовать в каменном мешке, потом тащиться за тридевять земель в Сибирь, потом из Сибири в Ярославль — тяжкое испытание. Гедвига старалась быть хорошей дочкой, ухаживала за больным отцом, потом в доме, где жило семейство, случился пожар.

 

Оказавшись в 1742 году в Ярославле, хотя была надежда вырваться в Курляндию, и поняв, что это надолго, девочка сперва затосковала, потом приняла удивительное решение. Маленькой курляндке было всего пятнадцать лет, когда она приехала в Ярославль, и двадцать два — когда она, выждав подходящий момент и собравшись с духом, осуществила план. Впереди была уже не провинциальная Митава — девушка нацелилась на Санкт–Петербург.

 

Она все рассчитала удивительно верно — на основании слухов о нраве императрицы Елизаветы Петровны, которые доносились до Ярославля. Это был ее единственный шанс…

 

Дана ВИТТ.