Александр Невзоров: Антитабачный бизнес «ломит» табачный
Александр Невзоров, публицист:
В истории нашей страны было много пакостей по отношению к курильщикам — например, им выжигали клеймо на лбу. Но потом пришел Петр I и в приказном порядке засунул всем в зубы трубки.
Нужно помнить, что у любого явления есть простая причина: у футбола, у войны, у проституции. Это всегда некая конъюнктура. Сейчас борьба с курением — это более доходный бизнес, чем табачный: продаются методички, электронные сигареты, у чиновников появляется возможность «выкусывать» деньги из бюджета страны под якобы благое дело. Запрет курения и новые его витки — это новые траты на реализацию этого запрета, новые «распилы». Ситуация такая, что антитабачный бизнес «ломит» табачный, но потом, я думаю, табачный будет «ломить» антитабачный и все восстановится.
Мы, курильщики, совершенно не претендуем на владычество над миром. Мы не суем сигареты в рот новорожденным и не просим, чтобы матерей в роддом принимали только при наличии справки о том, что она — курящая. Мы вообще ничего не просим, мы хотим только, чтобы нас оставили в покое. Мы готовы терпеть неудобства, но если они не будут выражены в хамской форме и не будут чрезвычайными.
Почему-то все молчат, что вся антикурительная пропаганда построена на сфальсифицированных американских докладах, которые уже разоблачены. Несмотря на то что, например, в Финляндии могут посадить курящего подростка, в этой стране в аэропортах есть курительные комнаты.
Нужно сказать, что ни малейшей пользы от антитабачных законов нет. Это грубейшая дискриминация по привычкам. Нам, курильщикам, приходится терпеть гораздо больше, чем некурящим от нас: мы вынуждены все время выслушивать ахинею про курение от людей, которые даже не знают формулу никотина. Разговор про вред никотина исходит от тех людей, которые не могут сказать, при какой температуре никотин превращается в никотиновую кислоту, которая, кстати, является витамином В12. Нам приходится смотреть на мерзкие наклейки на пачках сигарет, отказывать себе в возможности осуществлять привычки там, где это необходимо. Это выдающееся хамство в одностороннем порядке. Это ущемление прав курильщиков.
У горящей сигареты в спокойном состоянии температура 280 градусов, при затяжке — до 400. Поэтому никотин из сигареты вы получить не можете никаким образом. Люди в вопросе абсолютно не разбираются, им лень посмотреть статистику ВОЗ, что некурящие люди опережают курильщиков по частоте заболевания болезнями Альцгеймера, Паркинсона, Пика — и это вполне понятно, потому что никотиновая кислота, то есть витамин В12, ингибирует моноаминоксидазу. И разрушение клеток в мозгу, которое приводит к этим всем нейродегенеративным заболеваниям, не происходит. Все это очень просто.
Сергей Полятыкин, врач-нарколог:
До сих пор есть люди, которые говорят о правах курильщиков. Курение — это индивидуальный выбор, как и наркотики, но с наркотиками борются. От табака вред менее очевиден, поэтому такие меры, как по отношению к героину, будут неоправданны.
В отличие от алкоголя и наркотиков, которые имеют медицинское применение, табак — единственный юридически обозначенный пищевой продукт, который не приносит вообще никакой пользы, только вред. Это доказанная теорема, сами производители табака не отрицают этого. Чем меньше будут употреблять этот продукт — тем будет лучше как для курящих, так и для нас, некурящих налогоплательщиков. Право себя отравлять нужно ограничивать — это связано с тратами налогоплательщиков на лечение и содержание курящих людей, которые в итоге чем-нибудь заболеют. Такое право можно давать людям, но на определенных условиях. Если человек курит, то у него должны быть ограничения по оказанию бесплатной медицинской помощи, он должен под этим подписаться.
Россия — участник международной конвенции о курении, так что все, что делается, находится в логике наших обязательств. Как честное, недвуличное государство, мы выполняем эти обязательства. Мы мешаем внедрению стереотипов о потреблении табака у подрастающего поколения. Для этого запретили курить в общественных местах. Еще лет пять назад курящий подросток не воспринимался как нечто неприемлемое. Для сравнения: попробуй я в советское время закури в общественном месте — я бы вызвал шквал общественного осуждения. Сейчас мы постепенно к этому возвращаемся. Это хорошо, эта норма должна утвердиться среди подрастающего поколения, что не курить — это правильно. Нужно прервать цепочку употребления табака, как и алкоголя.
Ограничения по местам курения должны быть: я имею право, чтобы меня не отравляли, я имею право на экологически чистую среду. Я иду в кафе — и я имею право наслаждаться пищей. Раньше было так, что заходишь в кафе и ничего не чувствуешь, кроме табачного дыма. Я не ходил в некоторые кофейни, потому что не ощущал аромата кофе из-за застоявшегося табачного угара — это нарушение моих прав. В кафе и рестораны идут, чтобы есть, а не чтобы курить.
Мы идем по пути перенимания апробированных методов борьбы с курением. Сейчас мы стали одной из передовых стран в этом отношении. Я бываю в Европе и вижу, что у нас более серьезное отношение к ограничению курения табака. Там общественное сознание не настолько вдохновлено идеей, что нельзя окружающим мешать табачным дымом. Во многих странах на ходу есть и пить воду не принято — это некрасиво. Так и публичное курение должно стать некрасивым.